ей встречался. Когда же показались деревянные ворота, Айка ускорилась и буквально вышибла их своим телом. Горные змеи, что слонялись по округе, зависли в ужасе. Перед ними предстал монстр, с головы и до кончика хвоста объятый чужой кровью. В когтистых лапах — копья. Здесь были не только охотники, напавшие на племя лесных змей. Еще женщины и дети. Все подряд.
— Убью… убью! Убью! Убью! Всех убью!
Замахнувшись, Айка метнула копье. Наконечник пробил череп какой-то женщины. Та рухнула на землю, истекая кровью. Страх начал ощущаться в воздухе. Все побежали в разные стороны. Самцы кинулись на защиту, но ничего не могли сделать. Айка просто раскидывала их, разрезая животы и отрывая хвосты когтями. Пронзала хвостом, сшибала и просто давила им же. Она совершенно себя не контролировала. Не видела ничего и никого вокруг.
Медленно продвигаясь вглубь племени, Айка избавлялась от беззащитных особей. Отрывала головы, разрывала их на части. Она не могла насытиться. Все это продолжалось до момента, пока на пути не оказалось знакомое жилище. Зависнув перед ним и тяжело вздохнув, девушка прошептала:
— Кровь за кровь.
* * *
Возвращаясь из леса с несколькими тушами медведей, Харана с Заком болтали о чем-то. Девушка уже успела подметить, что возлюбленный где-то нахватался синяков и порезов. Тот же объяснил это тем, что наткнулся на логово волков. Защищал слабого товарища, вот и попал под несколько простеньких ударов. Конечно, звучало это убедительно. Харана и не догадывалась, что произошло на самом деле. В мыслях было поскорее вернуться в племя и увидеть детей. А затем отправиться в родное племя, чтобы отблагодарить Айку за помощь. Она соскучилась по сестре. Раньше эти двое постоянно проводили время вместе, но после ухода Хараны в горное племя, они отдалились. Не хотелось терять связь с самой старшей из родственников после себя.
— Слушай, может, пожарим мясо сегодня вечером? — предложила Харана, не переставая улыбаться. — Что-то так проголодалась. Да и охота удалась на славу.
— Можно, милая, можно.
— Кстати, все хотела спросить. Тебе не кажется, как-то сильно кровью пахнет из леса? Мы, вроде не так много убили.
— Скоро зимовка. Скорее всего, животные набирают добычу.
— Наверное. Ох, не терпится уже поскорее вернуться.
Но к моменту, как показалось племя, Харана разжала пальцы, выпустив туши медведей. С пригорка были видны кровь и разруха.
— На племя… напали…
— Не может быть, — прошептал Зак, подумав о самом плохом.
— Дети!
Харана кинулась вперед. Ноги тут же сменились на хвост. Зак поспешил за ней, едва ли успевая за самой сильной змеей во всей округе.
Когда же они прибыли — спасать уже было нечего. И некого. Часть убитых уже приняли истинный облик. Остальные валялись, истекая кровью, то тут, то там. Не растерявшись, Харана помчалась к своим детям, что находились буквально за поворотом. Зак тоже тужа пополз, но, когда нагнал возлюбленную, нашел ее в непередаваемом шоке. Она смотрела на окровавленный вход в шалаш, из которого только-только выползла Айка. Пугающая ярость в ее глазах заставила мужика отступить на пару шагов. Харана же не двигалась, дрожа всем телом.
— Айка… что ты…
— А вот и моя любимая сестра. Решила, что тебе сойдет с рук то, что сделала на пару со своим муженьком?
— О чем ты… говоришь… что… что с моими…
— Они спят, — мерзкая, даже для самой Айки, улыбка нарисовалась на лице.
— Ты не… нет… нет, прошу, скажи мне… нет!
Дернувшись, Харана заскочила внутрь шалаша, а через минуту раздался душераздирающий крик. Зак же, боясь пошевелиться, отполз еще немного назад и уже собирался что-то сказать, как хвост Айки мгновенно приблизился, окрутив его шею. Мужик попытался сопротивляться, и даже ударил собственным хвостом, но Айка спокойно схватила конечность.
— Кровь за кровь, — девушка сжала конечность. Хвост передавил шею. Голова, словно пробка, отлетели в сторону. Бездыханное тело рухнуло на землю. Подобравшись ближе, Айка сменила хвост на ноги и, задрав одну из них, ударила, раздавив голову того, кто все это начал. Она уже полностью была в крови. Ярость начинала угасать. Осмотревшись, Айка рассмеялась, словно сумасшедшая. Никак не могла успокоиться. А затем, опустив голову к земле, медленно направилась вдаль. Но до ворот не добралась. За спиной послышался голос сестры.
— Стой, тварь! — Харана нагнала ее, приготовившись напасть. — Что ты сделала! Зачем⁈
— Ты это начала, — произнесла серебряноволосая с пугающим спокойствием. Сейчас она была не в том моральном состоянии. — Нашего племени больше нет. Надеюсь, ты довольна.
— О чем ты⁈ Ты убила… убила моих детей! Я не прощу тебя! Никогда! Ты сдохнешь прямо здесь!
— А как же наши братья и сестры⁈ Твой чертов Зак уб… — развернувшись, Айка выкрикнула, и тут же ощутила адскую боль, отчего и не смогла закончить. Хвост сестры пронзил грудь, заставив дернуться. Уже собственная кровь потекла вниз тонкой струей.
— Ты умрешь! Умрешь, слышишь!
Собравшись с силами, Айка обхватила хвост руками и выдернула его, откинув в сторону. Она сменила облик и помчалась в горы. Харана поспешила за ней. Их гонка длилась недолго. Стоило забраться выше в горы, как Харана нагнала цель и, вновь пронзив девушку со спины, остановилась у уступа. На ее глазах Айка полетела вниз с горы, врезаясь то в один, то в другой булыжник, оставляя красные следы.
Сменив облик, девушка опустилась на колени, начав рыдать. Она потеряла все, чем дорожила. Все, ради чего жила.
Уже чуть позже девушка пришла в свое родное племя. Ее встретил омерзительный запах крови и гниющей плоти. Трупы. Повсюду трупы и останки. Только лишь из-за потери связи с реальностью Харана не заметила нескольких особей из горного племени. Она и представить не могла, что же на самом деле здесь произошло.
Забравшись в палатку сестры, Харана задрала голову, взглянув на труп Нару исподлобья.
— Значит, и тебя не пожалела, Нару. Скажи мне… скажи… почему все так… — слезы вновь потекли по щекам. Опустившись на колени, Харана закрыла лицо руками. Сердце, казалось, больше не бьется. Ее жизнь навсегда изменилась. А ведь еще вчера она думала о том, как здорово проведет время с родными у вечернего костра, и извинится перед Айкой за редкие встречи. А сейчас…
Поднявшись с колен, Харана забрала висящий на колышке кулон сестры. Айка им очень дорожила, ведь это был подарок матери. Выйдя из палатки, Харана тяжело взглотнула и пошла назад. Она собиралась лишь упокоить родных, и навсегда покинуть эти леса. Куда идти было уже плевать. Глаза потускнели. В душе что-то умерло. Жизнь уже никогда не будет прежней.
Глава
