— Вы будете сопровождать Элис повсюду в Мисти Лейк. — Он уставился на её наряд. — У вас достаточно платьев?
— Я…
— Неважно, — сказал он. — Элис понадобится несколько новых платьев. Я приглашу портниху для вас обеих. За мой счет, конечно, — добавил он. — Я также хочу, чтобы вы познакомились с городом и людьми. Вы с Элис присоединитесь ко мне за ужином в Крукид-лейк, когда позволит моё расписание. Возможно, на следующей неделе. Я представлю вас должным образом, чтобы вы понимали, кто есть кто.
— Вместо того, чтобы намеренно выталкивать Элис в центр переполненной комнаты, не лучше ли сделать это постепенно?
— Как?
— Вы могли бы провести небольшой прием здесь, в доме. Возможно, в саду. Так она будет чувствовать себя комфортнее. Всё же знакомая обстановка.
Лэнден удивился, как он сам не догадался.
— Звучит отлично.
Она кивнула.
— Что-то вроде обеда?
— Да, — ответила она. — Что-то только для своих.
— Вы с Элис можете обговорить детали. Моя тетя Клара приезжает на следующей неделе. Она может помочь с приготовлениями.
— Хорошо. К тому же мы с Элис сможем ближе узнать друг друга.
— Флоренс организует доставку вещей в вашу комнату.
Мисс Йорк встала и направилась к двери. Легкое покачивание бедер привлекло внимание Лэндена к её пышной фигуре. Нельзя отрицать, девушка была привлекательна. И этот аромат…
— Ещё кое-что, мисс Йорк.
Она остановилась и повернулась к нему.
— Пожалуйста, имейте в виду, что вы здесь, чтобы помочь Элис.
Её полные губы сжались, когда она твердо кивнула.
— Конечно.
— Вы — новое лицо в Мисти Лейк, и естественно, вам будут уделять много внимания. Постарайтесь обратить это на пользу моей сестре.
Глава 3
Джиа проснулась вымотанной после ещё одной бессонной ночи. Она ворочалась, вспоминая своё видение о Лэндене Элмсворте и думая об Элис, застенчивой молодой женщине, которая тоже могла пострадать, если видение Джиа о смерти Лэндена сбудется в реальной жизни. Не считая того, что будет больно его брату, тете и бог знает, скольким ещё людям, кому он небезразличен.
Её голова буквально раскалывалась на части от этих мыслей. А бессонница только добавляла боли. На секунду она даже задумалась об опиатах — они помогли бы ей справиться с этими видениями и ответственностью, которую они накладывали на неё.
Во что я ввязываюсь?
Джиа откинула одеяло и решила, что пора встать к завтраку. Спустя почти две недели она всё ещё едва знала Лэндена — он редко бывал дома — но каждый момент быть рядом с ним был подобен пытке. И не только в буквальном смысле. Несмотря на его раздражающее поведение, Джиа чувствовала, что её тянет к Лэндену Элмсворту. Это признание заставило её застыть, и ей пришлось собрать все силы, чтобы сбросить с себя чары притяжения к совершенно не знакомому человеку.
Она спустилась вниз, пройдя мимо усталой горничной с высокой стопкой постельного белья. Завернув за угол, Джиа прошла по широкому коридору в столовую. Она кивнула двум горничным, которые были заняты полировкой дерева и полов. Следуя за ароматом бекона, Джиа вошла в столовую и увидела Элис за длинным столом. Она облегченно выдохнула, заметив, что Лэндена нет.
— Доброе утро, Элис, — сказала она, усаживаясь в одно из ожидающих её кресел.
Элис выпрямилась, плечи напряглись.
— Доброе утро.
Джиа налила себе чашку кофе и взяла бекон с большой тарелки. Безошибочно узнаваемый звук голоса Лэндена донесся из коридора, и Джиа застыла с ложкой джема в руке.
Его голос стал громче, и ещё одна горничная пробежала мимо арки, ведущей в столовую.
— Завтра приезжает тетя Клара, — сказала Элис, чтобы объяснить переполох. — Дэнни зря тратит время. Независимо от того, насколько опрятен дом или как ярко сверкает паркет, она всё равно найдет, к чему прицепиться.
— Твоя тетя?
— Властная старая мегера, — сказала Элис. — Но Беатрис ещё хуже.
— Беатрис?
— Её вечно брюзжащая подруга.
— Говорят, беда не приходит одна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Кивнув, Элис вернулась к яйцам и снова укрылась в убежище тишины. Джиа нахмурилась. Из-за робости девушки она скучала по энергичным ученицам из женской школы. Выманить Элис из раковины будет, пожалуй, не легче, чем изменить видение.
Вернувшись к своей задаче, Джиа начала:
— Твой брат составил список гостей для вечеринки в саду.
— Сколько их будет? — спросила Элис тоном, который выдавал тревогу.
— Включая твою тетю и её подругу, нас будет двадцать, — сказала Джиа. — Написать приглашения и отправить их до того, как миссис Марч займется платьями?
Элис пожала плечами.
— Буду считать, что это «да». — Джиа вытерла рот и положила салфетку. — Мы можем поработать на террасе.
После завтрака Элис последовала за Джиа на улицу. Яркое солнце согревало тихое патио, запах растений и кустарников наполнял воздух.
— Если мы передвинем папоротники в горшках, то сможем поставить там столики, — сказала Джиа, указывая пальцем.
Элис подняла голову и быстро кивнула. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела в землю.
Её тревога нервировала. Раздражала. Они провели вместе всего две недели, но терпение Джиа иссякло.
— Ради всего святого, Элис. Здесь только мы и маргаритки. Не нужно так напрягаться, — резко сказала она.
Элис уставилась на неё.
— Вам легко говорить, — огрызнулась она. — Вы понятия не имеете, каково это.
Джиа вздохнула.
— На что это похоже? — спросила она, усаживаясь на скамейку. Она посмотрела на хорошенькое личико Элис, которое было искажено болью. — Помоги мне понять.
Девушка опустила глаза.
— Я ненавижу вечеринки. И людей. Они пялятся.
— Пялятся?
Элис сжала руки.
— Я чувствую, как они смотрят на меня, наблюдают за мной. Ненавижу это.
— Ты красивая девушка, Элис. Я думаю, что ты преувеличиваешь.
Элис покачала головой.
— Если только вырез платья не обнажает грудь или ты не танцуешь с горшком на голове. В остальных случаях тебе вряд ли уделяют больше внимания, чем остальным.
Девушка подняла взгляд.
— По опыту знаю, люди слишком эгоистичны, чтобы тратить время на других людей. Особенно, когда есть еда и музыка. И даже если предположить, что то, о чём ты говорила это правда, и люди наблюдают за тобой… Что самое худшее, что может произойти?
— Я могу выставить себя дурой.
— Как именно?
— Я могу сделать какую-нибудь глупость. Скажу что-нибудь глупое.
Джиа кивнула.
— И гости с воплями потащат тебя к озеру и выбросят тебя в воду?
Элис нахмурилась.
— Конечно, нет.
— Что же произойдет, если ты скажешь глупость?
— Не знаю, мисс Йорк, и не собираюсь выяснять.
— Пожалуйста, зови меня Джиа, — в двадцатый раз напомнила она девушке.
Элис фыркнула.
— Я не собираюсь это выяснять, Джиа.
— А почему?
— Потому что, — ответила Элис.
— Потому что всё, что ты говоришь, глупо? — спросила Джиа. — Или потому, что ты глупая?
Глаза Элис широко распахнулись.
— Я вовсе не глупая!
— Я знаю это. — Джиа улыбнулась. — Рада слышать, что ты тоже это знаешь.
Элис сокрушенно покачала головой.
— Когда я нахожусь среди людей, мое сердце колотится, а ладони потеют. Мне часто кажется, что я могу упасть в обморок.
Джиа вздохнула.
— И? В смысле, ты уже падала в обморок?
— Нет.
— Ну, это надо иметь в виду. Ты и раньше выживала в толпе. Независимо от того, насколько нервничаешь, ты должна понять, что потные ладони не заставят тебя упасть в обморок.
Элис подумала над этим.
— Это всё равно ужасно.
— Что же, я обещаю сделать всё, что в моих силах, чтобы тебе было не так страшно. — Она улыбнулась. — Мне кажется, нам удастся хорошо провести время.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Элис покачала головой.
— Пожалуйста, не рассказывай это моему брату. Компаньонка была его идеей, и я просто не вынесу, если он окажется прав.
