– Мадам! – У Ларк от стыда запылали уши.
– Разумеется, лучше бы ему сначала жениться, но Оливер всегда был...
– Госпожа Харбут! – прокричала Ларк ей в рожок.
– А? – вздрогнула Нэнси. – Слава тебе, Господи, девушка, я еще хорошо помню, как меня зовут.
– Простите. Вы меня не поняли. Я не... – Ларк не хватало слов, чтобы описать свое возмущение. Как Нэнси могла принять ее за падшую женщину, которая носит ребенка этого распутника?! – Мы с лордом Оливером просто случайные знакомые. Я должна поговорить с ним. Он дома?
–К сожалению, нет. – Нэнси нахмурилась, но тут же просияла. – Я знаю, где он. В это время он всегда уходит по делам.
Ларк облегченно вздохнула. Возможно, молодой аристократ занимается чем-то достойным, например, заседает в парламенте или помогает бедным.
Если так, ей будет приятно присоединиться к нему в его богоугодных делах.
Оливер де Лэйси на мгновение оторвал взгляд от игрального стола и взглянул на вошедшего в таверну. Судя по хрупкой фигурке, закутанной в черный плащ, и неуверенным движениям, это была женщина.
– Черт побери, – Кларисса поерзала у него на коленях, – пуританка в нашем заведении!
Оливер втянул ноздрями воздух, возбужденный призывными движениями ее мягких ягодиц. Кларисса была всего лишь дешевой проституткой, но она женщина, а он обожал всех женщин без разбору.
Тем более сейчас, когда ему выпала возможность начать жизнь заново.
– Не обращай на нее внимания. – Он скользнул губами по шее Клариссы. – Наверняка высохшая старая перечница, которая терпеть не может людей, наслаждающихся жизнью. Да, Кит?
Сидевший напротив Кристофер Янгблад ухмыльнулся в ответ.
–Ты-то наслаждаешься жизнью слишком жадно. Смотри, объешься, стошнит.
Оливер театрально закатил глаза и взглянул на Клариссу, словно в поисках поддержки.
– Кит без ума от моей сводной сестры Белинды и хранит ей верность.
Кларисса покачала головой, и ее светлые кудри рассыпались по обнаженным плечам.
– Какая жалость.
Вторая шлюха, Рози, наклонилась к Киту и, схватив его за пуговицу, заставила повернуться к себе.
– Пусть леди получит свою верность, – заявила она, – мне хватит и остального. – Она чмокнула Кита в губы и, увидев его смущенное лицо, довольно расхохоталась.
Оливер приказал принести еще эля и позвал Самуэля Холлинза и Эгмонта Карпера, своих постоянных партнеров, поиграть в кости. Потягивая эль и наслаждаясь прикосновениями мягкого женского тела, он встряхнул стакан с костями.
И выиграл. Боже, как ему везло. Это был его первый выход «в свет» после того несчастного случая – он отказывался называть свое краткое пребывание на виселице как-то иначе, – и госпожа Удача теперь не покидала его.
Оливер выжил, как кошка, у которой девять жизней, но ни разу не задумался, а заслужил ли он жизнь. Забыл он и о том, что все случившееся с ним было довольно странным, если не сказать больше. Два совершенно незнакомых человека зачем-то рисковали жизнью, чтобы спасти его.
В маленьком уютном домике на окраине Лондона он нашел ванну с горячей водой, бритву и смену чистой одежды. Он побрился, расставшисьнаконец с бородой, переоделся и вернулся домой, где и проспал почти сутки.
Теперь он был в полном порядке, если не считать синяков на шее, искусно прикрытых воротником.
Конечно, он не забыл, как его таинственные спасители, доктор Снайпс и госпожа Ларк, обсуждали в его присутствии, почему какой-то Спенсер выбрал именно его, Оливера.
Однако сам Оливер вовсе не ломал над этим голову. Он знал, что угоден самому господу богу, а потому наделен красивой внешностью, избалован любовью семьи, обладает живым умом и страстной жаждой жизни.
И обречен, черт побери, умереть молодым.
От его болезни нет лекарства. Приступы астмы были редкими, но когда случались, то разили словно кинжал. Оливер годами сопротивлялся болезни, но знал, что в конце концов она победит его.
– Олли? – Кларисса лизнула его ухо. – Твоя очередь бросать.
Оливер отогнал от себя тревожные мысли и привычным движением бросил кости. Семерка. Кларисса завизжала от радости. Карпер нехотя отдал ему монету, и Оливер вознаградил Клариссу, сунув дукат глубоко в вырез ее платья.
– М-милорд? – внезапно раздался сзади чей-то нерешительный голос.
Оливер поднял смеющиеся глаза.
– Да?
На него смотрела затянутая в черное пуританка. Тонкая белая рука откинула капюшон. Бесцеремонно столкнув Клариссу с колен, Оливер вскочил на ноги.
– Ты?!
Лицо госпожи Ларк было бледным, глаза походили на подернутые дымкой озера, нижняя губа дрожала.
– Сэр, я бы хотела поговорить с вами.
– Разумеется, госпожа Ларк. – Он подвинулся, освобождая место рядом с собой, куда тут же плюхнулась Кларисса.
– Пожалуйста, садитесь. – В ее присутствии он чувствовал себя неловко. Девушка сейчас не выглядела неземной красавицей, как это было два дня назад. Более того, простенький наряд и заплетенные в косу волосы даже уродовали ее.
– Здесь нет места, – сказала Ларк. – Кроме того...
– Готов предложить выход. – Схватив Ларк за руку, Оливер силой усадил ее к себе на колени.
Она вскрикнула, словно коснулась раскаленных углей, и поспешно встала.
– Нет, сэр!
Карпер, Холлинз и Кит захихикали, многозначительно подталкивая друг друга локтями. Кларисса и Рози смеялись в открытую.
Но госпожа Ларк не сдавалась.
– Я подожду, пока вам будет удобно поговорить со мной. Наедине.
– Пожалуйста, – согласился Оливер, гадая, почему ему такхочется поддразнивать эту девушку. – Однако тебе придется долго ждать. Судьба сегодня благоволит ко мне. – Он поднял кружку. – Выпьешь эля?
– Нет, спасибо.
Ему вдруг смертельно захотелось прикоснуться ртом к ее сжатым губам и целовать их, пока они не станут податливыми; ласкать ее стройное тело, заставляя его пылать от страсти.
Прекрасно понимая, что он задает тон игре, Оливер подмигнул Ларк и повернулся к своимпартнерам.
Ларк кляла себя последними словами. Какая же она дура, если решила, что Оливер де Лэйси может заниматься богоугодными делами. И вдвойне дура, что пришла сюда одна, без Рэндала. Она заплатила паромщику, чтобы тот переправил ее через Темзу, а потом, словно вор, одна пробиралась по зловонным улочкам, и все для того, чтобы найти мужчину, которого Спенсер ошибочно счел достойным человеком.
На самом же деле все «занятия» лорда Оливера сводились к азартным играм, крепкому элю и прелестям, скрытым за кружевным корсетом женщины по имени Кларисса.
Игроки переговаривались между собой на таком жаргоне, что Ларк не понимала ни слова. Несмотря на унизительное положение, она продолжала терпеливо ждать. Оливер де Лэйси не знал ее.
