«Боги, за что?» — явственно читалось на лице уже немолодого директора. Ему совершенно не хотелось ссориться с дворянством, у которого немалое влияние, ради какого-то горожанина, а потому он решил его просто выгнать за драку. Но вот вызывать одновременно с ним Ледяную Принцессу точно не стоило. Логику этой девушки порой понять было невозможно. Она с одинаковым равнодушием могла растоптать и дворянина, даже высокопоставленного, и простолюдина. Ее высокое положение защищало Ленайру почти от всего в школе. Пожалуй, только ее дед и император могли бы повлиять на нее. Но Геррая во всем потакал внучке и выполнял все ее капризы, а император… страшно представить, что с ним, директором академии, сделают, если он посмеет пожаловаться ему на Ленайру Геррая…
От этой мысли лоб директора покрылся бисеринками пота… несмотря на то, что температура в кабинете упала еще сильнее.
— Как я понял, профессор застал только самый финал драки и не успел вмешаться…
— Очень интересно… а я там была с самого начала. Господин Дарейн вызвал Патриса Тернова на дуэль и проиграл.
— Дуэли запрещены без одобрения преподавателей.
— Разве профессор Ралгун не одобрил дуэль? Ах да, по вашим словам, он пришел уже под конец. Кто же врет?.. Господин директор, вы же не станете врать своим ученикам?
Волосы Ледяной Принцессы уже покрылись инеем и побелели, иногда рядом с ней падала одна или две снежинки. На миг директор потерял над собой контроль, и на его лице явственно отразилось все, что он думает об этой девчонке, но тут же это выражение сменилось бессильной яростью и пропало — директор взял чувства под контроль. Быстро глянул на Ленайру: что успела понять? Ага, прочитаешь что-либо на этой ледяной маске, которую ошибочно называют лицом.
— Он не должен был принимать вызов дворянина, — выдохнул директор.
— Правда? — В руках девушки, словно из воздуха, материализовалась небольшая книга в черном кожаном переплете. — Будьте добры, скажите, в каком пункте устава это сказано?
— В каком пункте…
— Пункт четвертый.
Девушка зашелестела страницами. Вчиталась.
— Ага. Простолюдин не может вызывать на дуэль… но может принять вызов дворянина… Насколько я помню, вызов исходил от Миррора… господина Дарейна. Никакого нарушения нет.
— Наверное, я уже подзабыл некоторые тонкости, — сдался директор.
Волосы девушки мигом вернули свой естественный черный цвет, в комнате потеплело.
— Конечно. У вас же столько дел, неудивительно, что вы забыли такую мелочь.
— Патрис, — прошипел директор. — Считайте, что вам повезло. Можете идти. И загляните в больницу.
Патрис с явным облегчением развернулся и наткнулся на ничего не выражающий взгляд Принцессы.
— Господин Тернов, теперь, когда это мелкое недоразумение уладилось, я имею честь сообщить вам, что вызываю вас на дуэль завтра в шесть вечера в спортивном зале.
Патрис разом покраснел, потом посерел, наконец, побледнел.
— Примет ли госпожа мои искренние извинения за неподобающее поведение?
— Не примет. — Во взгляде ни презрения, ни гнева, ни сочувствия — абсолютное равнодушие. — Вы имели храбрость… или глупость противостоять моим людям. Пусть некоторые из свиты показали себя недостойными моего внимания, но в тот момент они принадлежали мне. Таким образом, их поражение — это мое поражение. — Ее голос вдруг упал до шепота: — И если мой вызов не будет принят, я позабочусь, чтобы стены этой академии оказались закрыты для того, кто слишком вольно обращается со своей честью.
Патрис Тернов чуть покачнулся, но усилием воли взял себя в руки.
— Хорошо, госпожа… Я буду там, — после чего на негнущихся ногах покинул кабинет.
Ленайра посмотрела на задумчивого директора.
— Если бы его выгнали, я не смогла бы вызвать на дуэль горожанина, — ответила она на невысказанный вопрос.
Директор вздохнул и предпочел дальше эту тему не развивать. Вместо этого ему хотелось как можно скорее отделаться от Ледяной Принцессы. Он почтительно придвинул стул к своему столу.
— Садитесь, госпожа. Я хотел поговорить с вами о вашем заявлении по поводу дальнейшей учебы.
— Я где-то допустила ошибку?
Ленайра неторопливо опустилась на стул, привычным жестом расправив складки платья. Директор торопливо обошел стол и сел за свое место, взял листок, лежащий перед ним.
— Нет-нет, заявление написано совершенно правильно, просто… Госпожа, почему вы хотите поступить на боевое направление? Оно… не очень популярно у высоких родов.
— Я знаю об этом, господин директор.
— Эм-м… да… — директор с трудом подбирал слова. — Понимаете, это очень опасное направление, на котором готовят боевых магов для службы…
— Господин директор, я прекрасно знаю, для чего и кого готовят на этом направлении. Я ознакомилась с обзором академии.
— А господин Геррая одобряет ваш выбор?
— Дедушка сказал, что примет любой мой выбор. На моем заявлении имеется отметка о его согласии.
Директор откинулся на спинку стула и нервно забарабанил пальцами по столу. Ну да, отметка есть. Только вот если с его внучкой что-то случится, то кожу спускать будут именно с него — директора. И, вполне может быть, вовсе не фигурально. Ну как понять, какие тараканы бегают в голове этой… этой… представительницы Древнего Рода. Боевой факультет готовит магов для войны, и там очень жесткий отбор. Дворяне туда если и идут, то обедневшие, у которых за душой ничего. Этот факультет — сборище романтиков, начитавшихся героических эпосов, бедных дворян, решивших сделать себе имя и богатство через служение, отчаявшихся, которым нечего терять. Платят, конечно, боевым магам немало, но и шансов дожить до старости у них не так уж много. Конечно, представительницу Древнего Рода никто на войну и в опасные места не пошлет, но… Но кому нужен такой геморрой? Декан факультета, когда узнал, кто подал заявление о переводе к нему, чуть ли не на коленях стоял перед директором, умоляя избавить его от такой студентки. Но что он может сделать?
— Кхм… госпожа Геррая… тут вот еще какой момент. Распределение направлений осуществляется после шести курсов академии. Студентам тогда исполняется пятнадцать лет, и они становятся официально совершеннолетними. Вы же два курса закончили досрочно, а потому вам сейчас…
— Требования совершеннолетия в правилах выбора специальности нет. Единственное требование — окончания шести курсов академии.
Директор мысленно вздохнул — он и не надеялся, что удастся выкрутиться.
— Госпожа Геррая, вам будет тяжело. Это же факультет… грязеедов. Люди там не ровня вам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
