Старушка кивнула:
– И хочу сказать, что мадам Мария доподлинно знает об этом, ведь она родила твоему мужу трех дочерей.
Серина приоткрыла от удивления рот и почувствовала, как волна острой зависти захлестнула ее душу. Другая женщина рожала Сайресу детей, а она, законная жена, не может забеременеть? Как это несправедливо!
– Так слухи правдивы?
Ей оставалось только согласно кивнуть в ответ. Огромная часть жизни Сайреса была ей неизвестна. Она никогда не слышала ни о мадам Марии, ни о ее дочерях. Тысячи вопросов и упреков проносились в ее пылающем от гнева мозгу.
– Я знаю, что мне не следовало допускать этого брака, но он заявил, что женится, чтобы обрести наследника. Поэтому я решила, что сплетники лгут. – Бабушка немного помолчала и спросила: – Скажи, имеет ли все это отношение к твоему внезапному приезду в Лондон?
– Да, – ответила Серина. Она вытащила носовой платок и теперь нервно теребила его в руках. – Он хочет, чтобы я завела любовника.
Леди Харкорт приподняла одну бровь.
– Именно так он решил получить наследника?
– Да, но я не могу этого сделать. Бабушка, он просит меня совершить прелюбодеяние!
– О да-а! Следовало бы как следует проучить тетушку Констанцию за то, что она вбила слишком много морали в твою прелестную головку. Все эти посещения молебнов плохо повлияли на твое сознание.
– Ты имеешь в виду мое отношение к измене?
– Конечно, голубка моя. Не будь столь провинциальна. Такие дела не являются чем-то необычным в высшем свете. Посмотри на мою подругу, леди Бессборо. Все знают, что у нее дети от кого угодно, только не от ее мужа. И что? Она великолепно себя чувствует.
– Но я не могу себе представить, что буду заниматься тем, что… стало причиной позора моей матери.
– У тебя все совершенно по-другому. Один любовник ради наследника не идет ни в какое сравнение с тем, чтобы открыто заводить целую армию мужчин.
– Один любовник или сотня, какая разница? Это же грешно!
Бабушка тяжело вздохнула:
– Впервые я полностью согласна с твоим супругом. Ты можешь и должна завести любовника. Будет даже полезно встретить какого-нибудь красивого мужчину и дать ему возможность тебя соблазнить.
– Но это значит, что мне нужно вести себя так, словно у меня нет никакого стыда…
– Оставь стыд и мораль тете Констанции. Пусть они упокоятся вместе с ней. Ты слишком молода, чтобы хоронить себя заживо вместе с этой старой развалиной – твоим мужем. Здесь, в Лондоне, никто не заметит никаких похождений женщины, если только та будет достаточно осторожна. Кроме того, я думаю, тебе пора прислушаться к зову сердца.
Глава 2
Сад Воксхолл сверкал красными, белыми и золотыми фонариками, их свет отражался в глазах Серины. Ее лицо скрывала маска. Мимо проносились люди в ярких костюмах, они громко хохотали, оглушая и лишая ее способности ориентироваться.
Ей не хотелось оставаться в этом саду с веселящейся публикой, не хотелось вообще жить в Лондоне. Большие приемы, которые она посещала каждый день в течение последней недели, казались ей чересчур шумными и абсолютно бессмысленными. Бесконечные сплетни, перешептывания, зависть – все это, вкупе со скандальной репутацией ее матери, три года назад заставило Серину выйти за Сайреса.
Но сегодня она дала Сайресу слово войти в это общество. Серина приехала на карнавал с вдовствующей дочерью его друга, леди Мелани Блэкхарт. Начался фейерверк. В предгрозовом небе засияли разноцветные огни.
Сад заполняла толпа разодетых в маскарадные костюмы гостей.
– Взгляни на этого красавца, – сказала Мелани. Ей пришлось почти кричать, чтобы заглушить звук скрипок.
Серина повернулась к пожилому лорду Хайбриджу, сопровождавшему их с леди Блэкхарт. Но тот, похоже, был целиком поглощен музыкой и не слышал слов молодой женщины. Тогда герцогиня посмотрела на блондина, о котором спрашивала подруга. Молодой человек выглядел по-модному скучающим и совершенно не отличался от остальных мужчин в этом саду.
– Не нравится? А мне он кажется очень симпатичным.
– Тебе все мужчины кажутся симпатичными, – заметила Серина.
– Я слишком долго была одна, – сказала Мелани, пожимая плечами.
– Ты хочешь снова выйти замуж?
Леди Блэкхарт искоса взглянула на герцогиню.
– Пожалуй, мне хотелось бы чего-то не столь постоянного.
– Любовника? – спросила Серина, удивленно приподняв бровь.
В ответ Мелани лишь пожала плечами и удалилась, оставив Серину наедине с ее сомнениями. Может быть, бабушка права, думала она, и действительно не стоит так неукоснительно придерживаться принципов тетушки Констанции?
В этот момент оркестр умолк, и объявили выступление мадам Саки – французской танцовщицы на канате. Публика двинулась к месту представления. Серину оттеснили к самому краю амфитеатра, над которым была натянута веревка.
Неожиданно над сценой возникла женщина, наряд которой состоял, казалось, лишь из перьев и блесток. Огни фейерверка освещали странную фигурку танцовщицы, создавая впечатление чего-то нереального.
Затаив дыхание, Серина смотрела на хрупкий силуэт, паривший высоко над землей на фоне черных туч, и молилась за жизнь этой женщины. Но та кружилась и прыгала, ни разу не потеряв равновесия.
Очарованная волшебством воздушного танца, Серина не почувствовала приближения незнакомца. Она не замечала его до тех пор, пока он не схватил ее за руку. Острая боль пронзила запястье, когда мужчина резко притянул ее к себе и увлек в густые заросли кустарника.
Серина закричала, но аплодисменты публики заглушили ее крики. Тогда она попыталась вырваться, но незнакомец с силой швырнул ее на землю. Серина почувствовала, как острые сучья вонзаются ей в спину. Ужас сковал ее движения, когда она посмотрела на того, кто на нее напал.
Над ней нависла зловещая фигура высокого мужчины в маске.
– Замолчи! – приказал ей грабитель. Его хриплый голос звучал приглушенно и страшно.
В подтверждение своих слов он достал длинный нож из-за голенища потертого черного сапога. Серина с ужасом наблюдала за тем, как острое лезвие приближается к ее груди и упирается в кожу.
– О, прошу вас, – взмолилась она, едва шевеля губами, – не делайте мне больно.
Незнакомец ухмыльнулся и резким движением прижал Серину к земле. Она не видела ничего, кроме страшной темной фигуры. Вся ее короткая жизнь в одно мгновение пронеслась перед мысленным взором.
Отчаяние придало Серине сил, и она попыталась освободиться из цепких рук нападавшего, но тот опустил нож ниже и, предупреждая любое неповиновение, разрезал на ней платье. Холодный пот покрыл ее тело, и Серина поняла, что всякое сопротивление бесполезно.
