Елена, у них свой бизнес, эти были похожи на две половинки одного целого, удивительно дополняя друг друга от слов до жестов. Вот и все. Антона среди них не было. Вопросы задавать было не уместно.
Стол был заставлен под завязку. Бутылок тоже было много, но никто не налегал. Когда-то, все вместе они ходили в походы. С тех пор и дружат. В сегодняшней жизни уже не находят возможности на такие вылазки. Но, по дням рождениям собираются вот так вместе. Традиция. Виталию стало от чего-то грустно. А что есть у него? В его жизни? Прикрываясь работой и занятостью, он ловко отлынивал от всех встреч и сборищ. Почему? Чего он не хотел видеть? Вопросы множились. Неудовлетворенность собой росла в геометрической прогрессии.
В какой момент появилась гитара, Виталий упустил. Пальцы Михаила медленно перебирали струны, а потом взяв пару аккордов, он запел. Остальные вливались постепенно, некоторые только на припевах, но звучало в целом очень гармонично и слажено. Виталий признался сам себе, что таких душевных посиделок у него не было очень давно, с институтских времен. Точнее после того как….после того как не стало Ромки. Воспоминания лезли наружу сами, утягивая хозяина в пучину горя, обид и вины.
***** *****
— ну, ты чего, Витюх? Пошли, пошли, Димыч нас ждет, говорит в этот раз стопудово все получится! Идём говорю!
— Виталь, ну правда, пошли, — Алька склонила свою маленькую головку, с идеальными прядями пшенично-русых волос к плечу, и моляще смотрела сквозь густые опахала ресниц.
Взгляд без спроса скользнул вниз, задержался на абрисе округлых вершин, спустился ниже поглаживая тонкие изгибы под легким сарафаном и завис на манящих крепких бедрах, которые так беззастенчиво сейчас ласкал ветер. Не любоваться на нее было невозможно, как и отказать. Внутри раздирали совсем другие желания.
Родаки вчера свалили к тетке в Тольятти, квартира была свободна, и терять такую возможность не хотелось категорически. И тут Димыч, чтоб его, не мог еще немного поковырять свои железяки? Нет, требовал верных поклонников своего таланта и просто благодарных зрителей, в свою обитель, на очередную демонстрацию полета его инженерной мысли. Это, конечно интересно все, безусловно, но когда еще будет такая шикарная возможность остаться наедине с Алькой и применить все свое красноречие, обаяние и неопровержимые доводы? Красавец, перспективный студент и будущий бесстрашный командир самого лучшего воздушного судна. Мечта всех девчонок.
Они встречались уже полгода, гуляли, целовались и обнимались в рамках, каким то дураком придуманных, приличий. А дальше по стечению волшебных обстоятельств дело не шло. Никак. И вроде Алька не отказывала, и не одергивала, но всегда что-то мешало, отвлекало и вклинивалось, совершенно не вовремя. Вот как сейчас Димыч со своим болидом недоделанным. Ну не могу же я сказать, что мне чхать на все и всех, и я просто хочу доступ к телу, а лучшей возможности в ближайшем обозримом будущем может и не быть? А лето скоро кончится, и уеду я снова в свой Ульяновск, и нечего мне будет вспомнить о таком прекрасном лете.
Дурак. Какой же я был дурак! Ничего так и не вышло у нас тем летом. Как я не красовался перед Алькой, какие только не подстраивал шедевральные встречи и свидания. Алька все чего-то от меня ждала, чем бесила меня нереально. Ну, чего еще надо? Цветы, конфеты, кинотеатры, стихи, окна и балконы, благо этаж всего третий. Все мимо. И придраться было абсолютно не к чему. Она ничего не просила и не требовала. Улыбалась, вела какие-то странные разговоры о будущем, рисовала такие же странные картины, которые я никогда не понимал. И была недостижимо прекрасна.
Началась учеба, а с ней студенческие будни. Наша переписка все больше сквозила общими фразами, все любовные глупости незаметно исчезли, и к концу семестра истончилась совсем. На Новогодние каникулы я ехал с ощущением сгущающихся надо мной туч. Альке звонить не стал, хотел сначала разведать обстановку, а кто как не лучший друг введет в курс дела и расскажет все новости? В отличии от меня, Ромка учился в родном городе и никуда не уезжал. Почему-то тему Альки в наших переписках мы обходили стороной, Ромка травил байки и анекдоты, а потом у него серьезно заболел отец, и стало не до пустых разговоров. Да и у меня учеба шла полным ходом, я лез во все дополнительные курсы, до которых мог дотянуться, так что свободного времени практически не было.
Трель звонка, открытая дверь. Ромкина вихрастая голова, крепкое дружеское рукопожатие и … девушка за его спиной. До боли знакомая улыбка на безмятежном лице в упругих локонах русых волос, маленькая ладошка в мужской ладони. И я все понял. Сжал покрепче зубы и молча пригласил пройти. Ну, что ж, можно считать ответы я уже получил, не задав ни одного вопроса.
Глава 6
На свою, уже теперь бывшую, девушку я старался не смотреть. А что я собственно хотел? Меня по полгода не бывает дома, мы ничего не обещали друг другу, никаких обязательств не давали. Ну, а то что я себе надумал только мои проблемы. Чего я ждал? Разрешения? Официального уведомления? Предупреждения? Ерунда. Но, на душе было противно. Злость закипала, душила, слова не шли с языка и я был рад, что мой друг никогда не страдал отсутствием тем для разговоров. Ромка вырос, или правильнее сказать возмужал, заматерел лицом и телом. На него легли все мужские заботы по дому, мать и сестра, пока его отец восстанавливался после тяжелой болезни. Уже не тот пацан с которым мы тырили яблоки в детском саду, обрывали палисадники и раздавали тумаки местным заводилам. Только вихры на его голове и задорная улыбка никуда не делись.
— мы заявление подали, в феврале свадьба. Придешь?
До меня не сразу дошел смысл его слов. Ромка, как всегда был прямолинеен и прост, как лом. Я смотрел на своего закадычного друга и не мог понять, почему мне так хреново?
— В феврале? — голова была заполнена ватой и туманом. Свадьба? Нужно что-то ответить, слова с языка сорвались раньше чем я успел подумать, — Нет, не смогу, у меня усиленный английский, хочу попасть на практику в Германию, в июле.
— понятно, — Ромка сосредоточенно кивнул сам себе. В кармане у него завибрировал телефон, он мотнул головой в сторону двери и вышел в коридор, отвечая на звонок. — Да, мам. Хорошо, только давай чуть позже…, - дверь в комнату закрылась и голос друга затих.
— не обижайся на него, он
