морду. — Ничего страшного или сложного в этом нет. Всунул, высунул и оп! Мы друзья. Здорово, правда?
— Да, е*аный в рот, ЭТО ТАК НЕ РАБОТАЕТ! Хотя знаешь что… Давай. Я все равно бессильна помешать тебе в этом. А потому давай. Я не хочу на это смотреть, но мысли твои с радостью послушаю.
— Как же с тобой тяжело. Вот не могла сразу согласиться?
Идель отвернулась и замолчала.
— Ты что, обиделась что ли? Иди…
— Не называй меня так.
— Блин, ну, не дуйся… Иди… — Княжна положила руку на плечо богини и начала ее тормошить.
— Пошла нахер.
— Да, пойду уж… куда деваться.
* * *
Утро второго дня турнира.
Выйдя из корпуса валькирий, горничная довольно быстро двигаясь отправилась в сторону карцера, который находился в удалении от основных построек и представлял из себя утопленное в землю здание.
Основные помещения находились под землей, тогда как видимая часть снаружи представляла из себя выпуклый металлический панцирь. Если включить фантазию, то можно было заметить некоторое сходство с жилищем хоббитов из одноименного фильма, только значительно больше и более бронированное.
В голове Риты сейчас формировались некоторые мысли по поводу Идель, которые она не хотела озвучивать даже самой себе. Однако, интуиция подсказывала что что-то с богиней войны идет не так и дело даже не в том случае с Кристиной.
Осмотрев карцер, Рита набрала номер Терезы. — Госпожа директор.
— Рита, чем обязана?
— Я хотела уточнить по поводу карцера.
— О, боги, зачем тебе он?
— Нужен… Скажите, вы не могли бы смонтировать в центре установку для сдерживания валькирий «S» класса?
Няка аж поперхнулась своим чаем. — Куда столько⁈ Рита, объяснить!
— Возможно, госпожа Тереза, она нам скоро понадобиться… Возможно.
Глава 53
Посиделки
—… Люси-иль Грэй РЭЙВЕ-Е-Е-ЕН! Встречайте нашу железную деву! Лучшая из лучших! Чествуйте чемпионку гарпий! Восхваляйте ее!
Комментатор, как и трибуны, изо всех сил рвали глотки. Люди вскакивали со своих мест, махали флагами, кричали имя своей фаворитки. Однако, саму девушку похоже это ничуть не трогало. Со стороны это выглядело так, как будто ей все равно. И ее можно понять. Да, она победитель. Да, она сильнейшая среди гарпий, но только среди гарпий и стоило ли это уплаченной цены.
— Поздравляю тебя, Люсиль, ня. Ты показала себя как искусный воин и я горжусь, что в моей академии учатся такие как ты.
— Благодарю вас, госпожа директор, — гарпия поклонилась и приняла почетную медаль в виде платинового значка, а после заняла свое место на пьедестале победителей.
Все это время, пока Тереза зачитывала Люсиль поздравительную речь, няка всматривалась в обрамленные неоновым светом глаза гарпии, пыталась найти там хотя бы частичку радости, гордости или хоть что-нибудь из того что не отдавало таким серым и сильным безразличием. Она пыталась, но либо девушка хорошо скрывала свои эмоции, либо ей было действительно все равно.
Над ареной возник огромный голографический герб PGR Group и, судя по тому, что говорила кролик, это послужило для них неплохой рекламой. Однако, даже когда у Люсиль перед глазами появилось сообщение от инвестора, девушка по прежнему оставалась безэмоциональной.
–«Мы увеличим бюджет на твое содержание. Через неделю жди новые сервоприводы и прошивку.» — сообщение было спроецировано в дополненной реальности.
–«Жду.» — сухой ответ.
Следующей на арену вызвали Либерию Пендрагон. Да, это та самая фурия, что отмудохала Синтию.
В отличии от гарпии, Либерия все же улыбалась, хоть и довольно скромно, однако, лицо все равно выглядело чересчур серьезным. Она получила свою медаль и поднялась на пьедестал рядом с механической девушкой.
Ну и последней была Идель. Вот похоже куда отдали все счастье и радость от победы.
— Кр-р-ровожадный дух арены! Безжалостная! Обворожительная и нес-с-с-сравненная Идель Розва-а-а-айс! Выходи! Выходи скорее, наши глаза скучали по тебе!
Заноза вышла на арену пружинистой походкой, улыбаясь и раскидывая направо, налево воздушные поцелуи. Впрочем, трибуны отвечали ей тем же.
— Чувствуете, дамы и господа⁈ Чувствуете как вибрирует воздух в ее присутствии⁈
«Да-а-а-а!», «Идель, ты лучшая!», «Я хочу от тебя детей!», ' Ударь меня своей хонкай-лапой!'
—…опасная, как яд королевской кобры! Неподражаемая…. — продолжал заливаться диктор.
Что происходило со зрителями трудно описать словами. Трибуны гудели, орали, свистели. Казалось, что люди вот-вот начнут выпрыгивать на песок.
В сторону Идель летели цветы, разноцветные ленты, какие-то бумажки, плюшевые игрушки и даже чьи-то трусики. А я обратил внимание, что среди обычных гостей стал популярен розовый цвет волос. Своим диким поведением во время матчей занозе удалось непросто вызвать чувство симпатии, но буквально влюбить в себя.
— Ох и удивила ты нас всех, Идель. Ох и удиви-ила, — Тереза покачала головой. — Но я рада, что у тебя все получается. Твои успехи греют мое маленькое сердечко, ня. Продолжай в том же духе!
— Буду стараться, — хонкай легонько поклонилась и выжидательно уставилась на поднос с платиновым знаком отличия. Но Тереза по каким-то причинам не спешила его отдавать.
Княжна в нетерпении начала переминаться с ноги на ногу и поглядывать в сторону медальки.
— Госпожа Тереза, ам… а можно? — богиня войны выглядела как школьница в буфете, которая смотрит на сладкую булочку, но вспоминает наставления мамы о вреде мучного.
— Ха-ха, конечно, можно! Даже нужно! Но-о-о… не сейчас.
В этот момент, неожиданно для Княжны, стадион сначала охнул, зашептался, а затем взорвался громкими криками. Зрители повскакивали со своих мест и стали тыкать куда-то пальцем.
— «Хо-о, а вот и наш „друг“ Джек.» — Идель видела глазами Княжны. Картинка хоть и была смазанной, но некоторые детали все-же можно было разобрать.
— Что он тут делает? — Княжна удивленно хлопала ресницами и смотрела на приближающегося мужчину.
— 'Не поняла? Я думаю, он против того, чтобы ты получила эту медаль. Говорила же… топор войны, который мы зарыли, так просто не откопать. А теперь тебе придется выбрать: драться или отдать свою награду ему.
Сложный выбор.
Княжна не хотела драться, но и свою награду отдавать тоже не хотела. Хонкаю очень нравилось, когда ее хвалили, а эту медаль была своего рода квинтэссенцией похвалы. Знаком отличия того, насколько она молодец. Насколько она больший молодец, чем все остальные молодцы.
А между тем, Джек подошел вплотную. Остановился, ухмыльнулся и посмотрел на Терезу. Княжна проследила за взглядом мужчины и увидела, что тот направлен в сторону медали.
— Д-джек? — аж сердечко кольнуло. Так не хотелось выбирать.
— Никогда не думал, что скажу такое…
* * *
Немного ранее.
— Я не буду этого делать! Схренали я⁈ Почему не все остальные⁈
Фу Хуа скрестила руки и покачала головой. — Это ведь несложно, Джек. Я чувствую, что между вами… как бы сказать…
— Сосиска пробежала, — помог договорить фениксу.
— Хм… какое странное выражение, но… да. Пусть будет так. Я чувствую, что между вами пробежала сосиска. И мне хотелось, чтобы этой сосиски больше не было.
— А её, спасибо всем святым, уже нет, но вот осадочек остался. Боюсь мне будет сложно выполнить то, что ты от меня просишь.
«Немыслимо! Это просто немыслимо!»
Я пребывал в некотором шоке от слов Фу Хуа. День начинался так хорошо, а потом она внезапно придавила меня своей просьбой выйти на арену и поучаствовать в награждении занозы.
— Джек, — Фу Хуа тихо произнесла мое имя, подошла ближе и, обхватив мои ладони, стала растирать пальцы. — Что-бы между вами не случилось, это уже давно в прошлом.
— Такое не забудешь, уж поверь. — мне тоже пришлось сделать голос тише. — Идель по своей природе неблагодарна, с весьма скверным характером и желанием портить все и вся.
— Неправда, — взгляд феникса встретился с моим. — Возможно, она была такой когда-то, но Идель изменилась.
Я отмахнулся. — Кто угодно, но только не она. Даже не проси меня этим заниматься, и вот… — я все-таки попал в ловушку. Фу Хуа склонила голову и едва улыбнулась. Пепельные глаза смотрели на меня из под аккуратных длинных ресничек. — Вот не на-а-адо так делать. Не надо!
«Знаю эти бабские приемчики. Где только успела научиться?»
— Хах, — она отпустила мои ладони. — Хочешь я докажу тебе, что она изменилась?
— Валяй,
