– Как твои пятки, Билли? – спросил он.
– Немного лучше, – сказал я, подумав.
– Хорошо. На сегодня приключений довольно. Давайте-ка вернемся на катер. Время ленча.
И мы все дружно поплыли к «Кассандре».
Не успел я проплыть и несколько ярдов, как снова почувствовал щекочущее прикосновение к ноге.
Водоросль?
Нет.
Легкое скользящее прикосновение к бедру больше всего напоминало прикосновение… пальцев?
– Сейчас же перестань, Шин, – крикнул я, разозлившись, и резко повернулся, чтобы плеснуть ей в лицо водой.
Но сзади ее не было. Ее вообще не было рядом со мной.
Она плыла впереди, рядом с доктором Дипом.
Значит, меня щекотала не Шин.
Но ведь кто-то щекотал. Совершенно явно щекотал.
Я посмотрел вниз, в воду под собой, и почувствовал, как меня снова охватывает ужас.
Что там таилось?
И что это за странная игра?
Или теперь меня схватят и утащат в пучину уже навсегда?
Александр Дюбрау, помощник доктора Дипа, помог нам взобраться по штормтрапу.
– Я слышал крики, – сказал он. – У вас все в порядке?
– Все чудесно, Александр, – успокоил его доктор Дип. – Билли влез на огненные кораллы, но теперь уже все прошло.
Когда моя голова показалась над бортом, Александр подхватил меня под мышки и легко поднял на палубу.
– Сочувствую, Билли, – сказал он. – Огненные кораллы жуткая вещь. У меня из глаз искры посыпались, когда я на них в первый раз наступил. Не веришь? А зря. Ты в самом деле в порядке?
Я кивнул и, поочередно поднимая ноги, показал ему пятки.
– Теперь уже намного лучше. Но это не самое жуткое. Меня чуть не сожрало подводное чудовище!
– Никаких чудовищ на свете нет, – завела свое Шин.
– Я его вправду видел, – настаивал я. – А они не верят. Оно и правда там. В лагуне. Большое, зеленое и…
Александр улыбнулся.
5
– Если ты так говоришь, то конечно… – сказал он и подмигнул Шин.
Этот тоже сегодня у меня получит! Подумаешь, студент-практикант! Много он понимает!
Александру чуть больше двадцати. Но, не в пример Подводному Доктору, он совсем не похож на ученого.
Гораздо больше он похож на футболиста-гиганта. Рост – под два метра, и мускулы, как у борца. Жесткие светлые волосы слегка вьются, а в уголках голубых глаз, когда он улыбается, появляется множество лучиков-морщинок. Косая сажень в плечах, руки как у медведя, ладони – с лопату. Ходит он постоянно в плавках, и кожа у него блестящая, гладкая и почти черная от загара.
– Надеюсь, вы здорово проголодались, – сказал Александр. – На ленч сегодня бутерброды с салатом и цыплятами.
– О, классно, – сказала Шин, красноречиво вращая глазами.
Готовит на «Кассандре» в основном Александр. Он считает себя мастером в этом деле. Но – увы! – сильно ошибается.
Я спустился в свою каюту, чтобы сменить мокрые плавки. Каюта у меня крошечная, в ней стоит только кровать и небольшой шкафчик для вещей. Каюта Шин точно такая же. А вот у доктора Дипа и Александра каюты побольше, в них даже можно ходить.
Обедаем мы на камбузе – так на судах называют кухню. Здесь есть стол, намертво привинченный к палубе, такие же стулья, а в одном из углов – маленькая плита и все, что нужно для приготовления пищи.
Когда я вошел в камбуз, Шин уже сидела за столом. На тарелке перед ней лежал большой бутерброд. На тарелке рядом такой же бутерброд дожидался меня.
Оба мы не горели желанием отведать цыплячьего салата Александра. Накануне вечером он пытался накормить нас запеканкой из брюссельской цветной капусты. А утром подал красивые и жесткие блины. Тяжелые, как «Титаник», они сразу же опускались на самое дно желудка. И по-моему, до сих пор там оставались.
– Давай, ты первая, – шепнул я сестре.
– У-у-у-у… – затрясла головой Шин. – Лучше ты. Ты – старше.
Я вздохнул и почувствовал, как на дне желудка недовольно заворочались блины. Но делать было нечего. Я действительно был старше.
Я взял бутерброд, внимательно его осмотрел, осторожно надкусил и начал жевать.
В первый момент мне даже понравилось. Курятина, майонез… Вроде и в самом деле обычный цыплячий салат.
Но тут же язык мой начал постепенно воспламеняться. И через пару секунд во рту бушевал настоящий пожар!
Я испустил сдавленный вопль и на ощупь – глаза застилали слезы – потянулся к стоявшему рядом с тарелкой стакану с охлажденным чаем. Найдя его, выпил залпом.
– Огненные кораллы! – заорал я, придя в себя. – Ты добавил в салат огненных кораллов?
Александр добродушно улыбался.
– Всего лишь щепотку красного перца, – объяснил он. – Для вкуса. Тебе понравилось?
– Я, пожалуй, съела бы овсянки, – сказала Шин, опасливо отодвигая от себя тарелку с бутербродом. – Если, конечно, никто не возражает.
– Нельзя же есть одну овсянку, – нахмурился Александр. – Шин, ты только посмотри на себя: кожа да кости. Ты же, кроме овсянки, ничего не ешь. Попробуй бутерброд. Риск – благородное дело. Ты же это знаешь.
– Я, наверное, тоже предпочту овсянку, – поддержал я сестру, решив, что риска мне на сегодня, пожалуй, достаточно. – Просто для разнообразия. Бутерброд я уже попробовал…
В камбуз вошел доктор Дип.
– Что у нас на ленч? – спросил он, энергично потирая ладони.
– Бутерброды с цыплятами, – сказал ему Александр. – И специями.
– С огненными кораллами, – уточнил я. Доктор Дип посмотрел на меня, потом – на Шин. Правая бровь его понимающе изогнулась.
– В самом деле? – сказал он. – А знаете, что-то у меня нет аппетита. Пожалуй, я ограничусь тарелкой овсянки.
– Может быть, сегодня обедом займемся мы с Билли? – предложила Шин. Она насыпала в тарелку овсяных хлопьев, затем налила молока. – И вообще, это несправедливо. Почему все время готовит Александр?
– Прекрасная идея, Шин, – одобрил доктор Дип. – А что вы умеете готовить?
– Я знаю, как приготовить шоколадное пирожное с орехами, – сообщил я.
– А я умею делать трюфели из какао и сухого молока, – сказала Шин.
– М-м-м-да, – сказал доктор Дип. – Обедом, пожалуй, займусь я. Как насчет жареной рыбы?
– Класс! – завопили мы с Шин.
После ленча доктор Дип ушел в свой кабинет заполнять дневник наблюдений. Александр вызвался показать нам с Шин главную лабораторию.
Там было довольно прохладно. Вдоль стен стояли большие стеклянные аквариумы, в которых плавала рыба самой причудливой формы и окраски.
В аквариуме чуть меньше других плавали три ярко-желтых морских конька и рыба-труба. Тело рыбы-трубы сильно вытянутое в длину, с белыми и красными полосками и вправду было похоже на трубу или флейту. Ее иногда так и называют флейторылом. Кроме морских коньков и рыбы-трубы, в аквариуме деловито сновало множество мелких гуппий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
