Эту башню даже не нужно было оборонять, она сама защищала себя – чёрные глыбы полированного камня были подогнаны так, что нечего было и думать засунуть штурмовой крюк в стык между камнями… И как только славный Орлон ди Литт в своё время брал крепости альвов? Если бы сейчас замок остался таким же, каким его впервые увидел основатель рода ди Литтов, и сейчас было бы нечего опасаться… Ни в какую, даже самую тупую или отчаянную башку не могла бы прийти такая мысль – попытаться штурмовать крепость, от одного вида которой в дрожь бросает. Видите ли, славный Орлон ди Литт не пожелал проживать в замке, построенном нелюдями. Что ж, победитель мог позволить себе иметь причуды…
– Франго, останься здесь, – распорядился лорд, обнаружив, что командор продолжает идти следом, не отставая ни на шаг. – Не надо бегать за мной, как собачонка. Или ты чего-то боишься, мой храбрый Франго?
– Ходят слухи, будто в замке есть подземный ход, и вы, мой господин, намерены бежать, как только враг окажется на стенах, взяв с собой только вашу дочь и носильщиков, которые понесут сундуки с казной, – на одном дыхании выпалил командор. – Я полагаю, что вам не стоит ходить без охраны, не ровён час, кто-нибудь сорвётся…
– А сказать тебе, кто эти слухи распускает? – поинтересовался лорд.
– Как скажете, мой господин…
– Эти слухи распускаешь ты! А до этого их распускал тот, кто шепнул об этом тебе, – Робин схватил Франго за серебряный командорский медальон, и, казалось, вот-вот одним рывком разорвёт алую шёлковую ленту. – Скажи Тренту – пусть допросит того, кто тебе сказал об этом, а потом того, кто сказал ему, и так далее – пока не доберётся до того, кто это выдумал.
– А если кто-то откажется говорить? – на всякий случай спросил Франго, не сомневаясь, впрочем, что в волосатых лапах палача Трента заговорит кто угодно.
– Повесить! Только не на стене. Горландцам не обязательно знать, что в замке есть трусы и предатели.
Командор кивнул, ударив себя в грудь железной рукавицей, а лорд двинулся своим путём, вниз, к подвалам башни, куда, кроме него, никто не смел спускаться под страхом смерти. Чем дальше вниз, тем круче становилась лестница, тем уже были ступени… Перед последним пролётом лорд забрал из рук караульного факел и, освещая себе путь, начал спускаться туда, где за последние шесть столетий не бывал никто, кроме его предков, полновластных лордов ди Литт, владетелей замка и всех земель между Серебряной долиной и Альдами, горным хребтом, за которым начинались Окраинные земли. О том, что в замке такое место есть, знали многие – наверное, и слухи о возможном бегстве господина начали расползаться именно из-за этого… В этом подземелье не было запаха затхлости, наоборот, снизу тянуло тёплым сухим воздухом, какой бывает только солнечным летним днём, и временами казалось, что к нему примешивается лёгкий аромат цветущего сада… Ди Литт воткнул факел в щель между двумя камнями и потянулся к тяжёлой связке ключей, висящей на поясе. Замков на двери, окованной бронзой, было семь – магическое число альвов. Магическое число… Нельзя было доверять чародеям! Их тоже было семеро в замке Литт, но накануне вторжения горландцев все они под разными предлогами попросили отпустить их на время – кому-то потребовалось срочно попасть в Имперскую библиотеку, другим вдруг приспичило отправиться за травами, чтобы составить снадобья, третьи просто отпросились до ближайшей деревни по личным делам… И никто не предупредил своего лорда о предстоящем вторжении. А ведь они знали, не могли не знать… Один из них даже имел наглость требовать жалованье за год вперёд, но получил вместо этого двадцать ударов по пяткам – и как только он смог после этого уйти – не иначе, повозку нанял…
Тяжко заскрипел механизм последнего замка, и лорду пришлось отогнать подальше теперь уже нелепую мысль о том, что его надо бы смазать. Он ухватился за бронзовую скобу и потянул на себя – дверь медленно, со скрежетом начала поддаваться.
– Опять ты здесь… – донеслось из темноты, и могло показаться, что лорд уже утомил своего пленника частыми визитами. На самом деле, ди Литт не появлялся здесь уже полгода, но у того, кто находился в темнице, был свой счёт времени.
– Тебе чего-то надо или просто пришёл проведать, как тебя там… – Пленник пережил не одну дюжину хозяев замка, и в том, что он не помнил имени нынешнего, не было ничего удивительного.
– Робин. Робин ди Литт, – на всякий случай представился лорд. На этот раз у него действительно было дело к пленнику, а значит, следовало быть с ним повежливей.
Он распахнул дверь пошире, и из темноты на него уставились два светящихся изумрудным светом зрачка.
– Убери факел, человек, – потребовал альв. – Ты же пришёл не любоваться мной, а говорить.
Нет, лорд Робин желал ещё и видеть пленника, которого его предки передавали друг другу по наследству вместе с замком. Хрустальная ёмкость с водой была ещё наполовину полна, из фруктов и ягод, которые он сам, будто лакей, принёс сюда полгода назад, тоже осталось не меньше половины – альв мало пил, а ел ещё меньше.
Давным-давно, когда другой замок с тем же названием, стоявший на этом же месте, принадлежал альвам, здесь располагалось хранилище провианта, и до сих пор вода и пища могли находиться здесь годами, не портясь – и эту тайну альвов не могли разгадать многие поколения чародеев.
Пленник был прикован к стене длинной бронзовой цепью, вцепившейся последним звеном в медный ошейник. Альв мог свободно передвигаться по своей темнице, но сейчас он сидел на каменном полу, обхватив руками колени.
– Я вижу, тебе здесь неплохо, – начал разговор лорд, садясь в мягкое кресло, стоящее справа от входа – в одном из немногих мест, до которых цепь не позволяла пленнику дотянуться. – Но, по-моему, ты по-прежнему не очень-то благодарен нам за то, что мы сохранили тебе жизнь.
– То, что твои предки мне сохранили, нельзя назвать жизнью, – спокойно ответил альв. – Да и откуда вам, людям, знать, что такое жизнь…
– Ты по-прежнему дерзишь, – усмехнулся лорд. – Дерзишь, даже зная, что ты в полной моей власти, и тебе не на что надеяться.
– Мне уже поздно менять привычки, лорд. – Пленник едва заметно усмехнулся. – А вот тебя, похоже, ждут большие перемены, и ты их страшишься.
– С чего ты взял? – Лорд вцепился обеими руками в подлокотники кресла, так что пальцы его побелели.
– Я видел немногих людей, которые могли скрыть свои чувства, – ответил пленник. – И те всю жизнь прожили среди альвов. Я думаю, что ты пришёл ко мне просить помощи.
– Я?! Просить?! – Самое время было прийти в ярость, но ди Литт не чувствовал в себе сил для праведного гнева. – А может быть, у меня приступ милосердия, и я пришёл убить тебя…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
