Об этой книге
К сожалению, слава еще ожидает того, кто напишет популярную книгу о СОВРЕМЕННОЙ палеоантропологии и издаст ее тиражом в миллион экземпляров.
Моя книга – это попытка более скромная. Я попытался хотя бы начать разговор о современной антропологии. Сразу скажу: мои высказывания признают далеко не все уважаемые коллеги.
Во-первых, у каждого из них свое представление об эволюции человечества. И каждый из них найдет в книге что-то такое, что я напишу или «неправильно», или «без достаточных оснований».
Во-вторых, тема у меня необъятная. Я могу не знать каких-то деталей, а пока пишу книгу, наверняка будут сделаны новые открытия, появятся новые идеи, гипотезы и теории.
Свою книгу мне пришлось разделить на две части. Первая часть посвящена тому, как в течение ста пятидесяти лет со времен Дарвина древнейших людей придумывали, искали, пропагандировали и ниспровергали.
Ведь если я сразу буду писать о том, что думают антропологи и эволюционисты в XXI веке, просвещенный читатель или удивится, или даже возмутится: где же питекантропы?! Ведь современные ученые и слова этого не употребляют… «Обезьяночеловек»… Так даже как-то неприлично назвать людей, строивших дома, знавших начатки искусства, убивавших копьями громадных зверей весом по нескольку тонн. А «питекантропы», «архантропы» все это делали.
Но многие мои читатели воспитаны на «питекантропах», что поделать! И потому необходимо рассказать, почему пришлось отказаться от этого слова, так важного сто лет назад.
Первая часть – в основном для людей старшего поколения: для тех, кто уже что-то читал, слышал, знает. Ее можно прочитать со всем вниманием, а можно просто просмотреть по диагонали. Или можно прочитать в ней отдельные куски, которые вас заинтересовали, опуская все остальное.
Вот во второй части я уже не буду разбирать допотопных гипотез и объяснять, почему их пришлось отбросить. В ней мы окажемся на самом передовом рубеже науки и будем говорить не о выдумках столетней давности, а о реалиях сегодняшнего дня.
Часть I. Как люди выдумывали предков
Кто такой коммунист? Это тот, кто читает Маркса и Ленина. А кто такой антикоммунист? Это тот, кто понимает Маркса и Ленина.
Р. Рейган
Глава 1. Что сделал Дарвин, а что ему приписали?
Мы были очень похожи и даже – взаимозаменяемы. Почти любой заключенный годился на роль охранника. Почти любой надзиратель заслуживал тюрьмы.
Повторяю – это главное в лагерной жизни. Остальное – менее существенно.
С. Довлатов
Кто на ком стоял?!
Наивные люди верят в то, что «наука доказала происхождение человека от обезьяны». В действительности сама эта фраза на удивление неграмотная. Наука доказала? Какая именно наука? Наук на свете известно больше 20 тысяч.
От обезьяны? Никто никогда и не пытался доказывать такой чепухи. То есть называть шимпанзе «предком человека» пытались, но отдельные люди, а не официальная наука. Ни одна кафедра, факультет, научная школа, академическое учреждение никогда не говорили ничего подобного.
Некоторые ученые (не все) считают, что человек произошел от обезьяноподобных предков. Речь шла и идет исключительно о том, что предки человека были не хоботными, не копытными и не хищниками. Они были обезьянами в систематическом смысле. Если ископаемый гигант индрикотерий – носорог, а мастодонт – хоботное, так же точно и вероятный предок человека, дриопитек – обезьяна.
Но никому даже в бреду не приходило в голову доказывать, что человек произошел от ныне существующих видов обезьян.
Еще одна уверенность: что «Дарвин доказал» это происхождение человека от обезьяны. Якобы до Дарвина все и всегда верили, что человек сотворен Богом, а вот пришел Дарвин и все понял правильно, после тяжких трудов и сомнений.
И это не так… Дарвин на тогдашнем уровне знаний обосновал эволюционную идею лучше и грамотнее предшественников. К тому же он появился очень вовремя и стал знаменем идеологии эволюционизма.
А вот сама идея о родстве человека с остальными животными очень древняя. Чем примитивнее народ, тем меньше он сомневается в родстве такого рода. Не зря же одно из важнейших направлений первобытной религии – тотемизм, то есть представление о животном-предке. Целый род заявляет, что происходит от этого животного и что «предок» заботится о своих «детях», помогает им. Так думали целые племена! Индейцы делавары считали своим родоначальником орла; соседи делаваров, осаги – улитку; некоторые папуасы – собаку; бушмены в Южной Африке – гепарда, австралийцы – попугаев, кенгуру и змей.
Медведь – лучший тотем
Везде, где водится бурый медведь, именно его считали ближайшим родственником, а то и предком человека. Неандертальцы 70–50 тысяч лет назад захоранивали черепа и лапы медведей в каменных ящиках пещер.
Эвенки в Сибири говорили, что «амикан – как человек, только мохнатый». Они верили, что медведи крадут женщин, и у них рождаются дети. В это же верили и литовцы. Проспер Мериме любил все таинственное и непонятное. По мотивам этих сказок он написал историю про графиню, которую во время охоты похитил медведь… Вскоре граф застрелил зверя, да только графиня была не в своем уме. И родившегося у нее вскоре сына считала зверенышем. Только ей покажут мальчика, кричала:
– Убейте его! Убейте зверя!
Молодой граф и правда ведет себя все более странно. В конце концов он женится, в брачную ночь перегрызает жене горло, а сам пропадает неведомо куда.
Прекрасно написанный, и при том на редкость жуткий рассказ. До самого конца остается непонятно, чей же он сын, этот граф![20] Очень может быть, и медведя… Мериме, европейский человек XIX века, писал, конечно, чисто фантастическую повесть – но для язычников тут все очень реально.
И у славян до крещения были суеверия, связанные с медведем. Само название «медведь» – иносказательное. «Едящий мед»… обтекаемое такое называние – чтобы страшный зверь не услышал и не пришел к назвавшему его «настоящее» имя.
Так же и в германских языках название «бэр» – явно подражающее низкому вибрирующему рычанию медведя. От «бэра» названы и Берн в Швейцарии, и Берлин в Германии… А как «на самом деле» называли медведя германцы, спорят до сих пор.
Если же вернуться к славянам, – стоит вспомнить девочку Машеньку, которую поймал медведь и унес к себе в дом, вместе жить. В детской сказке «Машенька и медведь» все очень невинно, Машенька живет у медведя как сестренка или дочка – но в древних легендах все было не так… Вплоть до появления общих детей у медведя и похищенной девушки.
Даже в детской сказке все кончается не так уж весело: медведя, помниться, там разорвали собаки. И это наводит на специальный «медвежий праздник», который устраивали айны и некоторые другие народы на Дальнем Востоке. Для этого праздника брали у убитой медведицы и выращивали в поселке маленького медвежонка. Женщины иногда даже выкармливали звереныша грудью.
А когда медвежонок подрастал, устраивали праздник, пили и ели, радовались жизни. Среди всего прочего, дразнили молодого медведя, доводили до ярости. Тыкали в него березовыми шестами, пока он с ревом не начинал ломать тянущиеся к нему колья, травили собаками… Тыкали уже копьями с остриями, ранили зверя все сильнее. Зверь бросается все с большей яростью, ревет все громче… И, наконец, погибает. После чего кровью и мясом «предка» причащаются все участники праздника.
Почти так же почитали медведя индейцы Северной Америки. И называли его «дедушка».
Ни первобытные люди, ни Проспер Мериме ничего не доказывали. Проспер Мериме просто писал «ужастик» XIX века, и только. Но все же фантазия и у первобытных людей, и у Проспера Мериме куда сильнее, чем у Дарвина! Дарвин был сильнее их доказательно.
Обезьяна – еще лучший тотем
Везде, где водятся человекообразные обезьяны, у местных жителей рождается представление об их родстве с человеком. И не удивительно: уж очень похожи. Своими предками обезьян считали не все. Южные арабы, древние мексиканцы, многие африканские народы и народы Индии считали обезьян скорее потомками человека – одичавшими людьми.
Индусы чтили лангуров и других мартышкоподобных обезьян Индии как «простой обезьяний народ, украшающий рощи». Их чтили и чтут как помощников легендарного героя Рамы в его войне с ракшасами. В эпосе «Рамаяна» подробно описывается, как обезьяний народ во главе со своим царем Хануманом громил гадких демонов-ракшасов.
Правда, жители Южной Индии обижаются: есть серьезные основания полагать, что под «ракшасами» в «Рамаяне» имелись в виду темнокожие жители Юга.
Арабы думали, что на предков обезьян рассердились боги и сделали их дикими и мохнатыми. А вот малайцы полагали, что обезьяны – орангутаны просто очень хитрые: не пошли в люди, потому что не захотели работать.
