Тем не менее местная оборона начала отвечать огнем – не знаю уж, прицельным или как. Совсем рядом грохнула пара мощных взрывов – у меня даже в скафандре зубы лязгнули, а потом я получил порцию направленного излучения, от которой волосы встали дыбом и на один миг парализовало всю мою верхнюю половину, по самые локтевые отростки. Если бы скафандр не получил перед этим импульса к прыжку, там бы я и остался.
Такие-то штучки и наводят порой на мысль – какого черта понесло меня в армию? Однако сейчас мне некогда было размышлять на эту тему. Дважды прыгнув через улицы наугад, я вдруг приземлился прямехонько в толпу туземцев и тут же прыгнул снова, отмахнувшись струей пламени из огнемета.
Это придало мне прыти, и я сократил разрыв примерно наполовину – однако, затратив минимум времени на продвижение, не нашел ни одной стоящей цели. Бомбодержатели отстрелили последние бомбы еще два прыжка назад. Оказавшись во дворе, похожем на колодец, я остановился, чтобы перезарядить их, и тем временем посмотрел, чем занимается Эйс. Оказалось, что я все еще достаточно далеко от наших и вполне могу подумать, что делать с остатком ракет. Я вскочил на крышу самого высокого дома поблизости.
Света было уже достаточно, чтобы видеть без инфравизоров. Я поднял их на лоб и быстро огляделся. Высматривал я что-нибудь находящееся позади нас и достойное ракеты с ядерной боеголовкой. Впрочем, времени на выбор почти не было.
На горизонте, по направлению к их космодрому, маячило нечто подходящее. Может, контрольное сооружение, а может, даже звездолет. Примерно на полпути к нему туземцы отгрохали что-то непонятное – даже приблизительно не похожее на что-нибудь знакомое. Космодром был почти на предельном расстоянии, однако я все же показал его ракете: «Ну, маленькая, дай им!»
Пустив ее, я тут же приготовил вторую, последнюю, выпустил ее по непонятному строению и прыгнул.
Стоило мне покинуть крышу, как здание взлетело на воздух – прямое попадание. Вероятно, местные рассудили, и совершенно справедливо, что стоит пожертвовать домом ради одного из нас. А может, это кто из наших парней решил, что нечего больше осторожничать. Во всяком случае, мне расхотелось передвигаться по крышам, и следующую улицу я решил пройти насквозь. Вытащив из-за спины тяжелый огнемет, я стряхнул на глаза затемнители, сконцентрировал луч, вырезал, будто ножом, кусок стены напротив, вошел… И тут же выскочил обратно.
Не знаю, куда это меня занесло. Может, это была их церковь, может, ночлежка, а может, и штаб командующего обороной. Громадное такое помещение, а худышек там собралось больше, чем мне за всю жизнь хотелось бы встретить.
Хотя не церковь, один в меня выстрелил, когда я отходил назад. Для моего скафандра это, конечно, семечки – просто тряхнуло немного, но даже не ранило, а пуля ушла рикошетом. Только в ушах зазвенело. Звон этот напомнил мне, что невежливо было бы уйти, не оставив им что-нибудь на память. Я сорвал с пояса что под руку попало и, бросив в пролом, услышал кваканье. Да, верно нам говорили в учебке: сделать сразу куда полезней, чем все обдумать и то же самое сделать через час!
Совершенно случайно выбор оказался идеальным. Это была специально изготовленная для сегодняшнего рейда бомба – каждому дали только по одной такой с указанием использовать наиболее эффективно. Квакала она на местном языке – в вольном переводе примерно так:
«Раз-два-три-четыре-пять, надо, детки, убегать! Я не рыбка, я не гусь, полминутки – и взорвусь! Двадцать девять, двадцать восемь…»
Предполагалось, что это должно потрепать им нервы. Да уж, такого и мои нервы не выдержат… Будто такой злобный малец бойко тараторит считалку, по окончании которой взорвет все вокруг. Конца считалки я не стал дожидаться, а прыгнул дальше, гадая, найдется ли в зале достаточно окон и дверей, чтобы все смогли убраться вовремя.
В прыжке я взял пеленг Реда, а приземлившись – Эйса. Ух ты, опять отстаю – времени в обрез.
Через три минуты мы сомкнули фланги: теперь Ред находился в полумиле слева. Он доложил об этом Джелли. В ответ по общей связи раздался облегченно-радостный рык:
– Отлично! Круг замкнулся, но маяк еще не сброшен. Давайте потихоньку вперед. Не стойте столбами, добавьте им перцу, крушите все, что найдете! Только следите за напарниками справа и слева – к нашим это не относится! Хорошо сработано, теперь главное – напоследок не подгадить! Взво-од!.. По отделениям!.. Рассчитайсь!
Да, похоже, и вправду неплохо сработано – почти весь город в огне. Было уже совсем светло, однако еще вопрос, снимать ли инфравизоры – такой дымина кругом!
Наш командир полувзвода Джонсон скомандовал:
– Второй полувзвод… Рассчитайсь!
Я отозвался:
– Отделения четыре, пять, шесть – разберись по порядку номеров и доложи!
Среди всего прочего у нас имелись новые многоканальные рации. Джелли мог связаться со всеми сразу и – выборочно – с командирами полувзводов. Командир полувзвода – со всеми своими и отдельно с капралами. Таким образом, перекличка взвода занимала считаные секунды. Я слушал перекличку четвертого отделения, тем временем просматривая свой боезапас, и даже успел бросить гранату в туземца, высунувшего нос из-за угла. Он куда-то пропал. Я тоже смылся. Начальство говорит – не стой столбом…
В четвертом отделении тормозили, пока их командир не допер, что пустой номер принадлежит Дженкинсу, оставшемуся на корабле. Пятое отщелкало, как метроном, и я уж облегченно вздохнул…
…И тут перекличка затормозилась на пятом номере в отделении Эйса.
– Эйс, где Диззи?
– Заткнись, – буркнул он. – Номер шесть!
– Я! – ответил Смит.
– Номер семь!
Подбив итог, Эйс доложил:
– Шестое отделение; нет Флореса. Командир отделения идет на поиски.
– Отсутствующих – один, – доложил я Джонсону, – Флорес, отделение шесть.
– Отстал или убит?
– Не могу знать. Командир отделения и помкомполувзвода идут на поиски.
– Джонни, Эйс справится сам!
Но я уже не слушал и не ответил. Я услышал, как Джонсон докладывает о происшествии Джелли, а тот проклинает всех и вся. Нет, я не рвался за медалью. Выходить на поиск пропавшего – прямая обязанность помкомполувзвода. Он – вроде довеска; на катер возвращается последним, и вообще – прямая расходная статья. А у комотделения свои дела есть. Да вы, конечно, уже догадались, что помком вовсе ни на что не нужен, пока командир отделения жив.
И тут я почувствовал себя действительно никому не нужным и списанным в расход – в наушниках зазвучала приятнейшая мелодия во Вселенной, отбой, сигнал нашего катера. То есть сигнал посылает автоматический передатчик. Его выпускают вперед, а он, достигнув цели, вколачивается в землю на манер гвоздя и принимается передавать позывные.
Катер, который должен нас подобрать, является в указанное место тремя минутами позже, и тут уж тормозить не стоит – этот автобус ждать не может, а следующего не предвидится.
И все же уйти и бросить товарища, пока есть хоть один шанс, что он жив, – нельзя. Ни у Дикобразов Расжака, ни в других подразделениях Мобильной Пехоты. Ты должен попытаться найти его.
Я услышал голос Джелли:
– Ребята, не унывай! Теснее круг, прикрываем отход! Вперед!
И я услышал мелодию маяка: ВО СЛАВУ ПЕХОТЫ СИЯЕТ В ВЕКАХ, СИЯЕТ В ВЕКАХ, СИЯЕТ В ВЕКАХ ИМЯ РОДЖЕРА ЯНГА! Захотелось бросить все и бежать к маяку – так тяжело мне стало.
Вместо этого я, направляясь совсем в другую сторону, связался с Эйсом, разбрасывая по дороге бомбы и жгучий горошек, чтобы не таскать лишнего веса.
– Эйс! Ты нашел его сигнал?
– Нашел, нашел. Топай назад, и без сопливых скользко!
– Я тебя вижу, а где он?
– Прямо впереди меня, может, четверть мили. Мотай отсюда. Он из МОИХ ребят!
Я не ответил, а просто взял чуть левее, чтобы встретить Эйса там, где, по его словам, должен быть Диззи.
Я нашел Эйса стоящим прямо над ним. Рядом валялась пара дымящихся трупов туземцев, а еще целая куча их разбегались кто куда. Я стал рядом.
– Давай вынем его из скафандра – катер придет через несколько секунд!
– Нет, ему слишком плохо!
Поглядев, я понял, что Эйс прав – в скафандре зияла громадная дыра, из которой текла кровь. Я был сбит с толку. Найдя раненого, положено вынуть его из скафандра… а потом просто берешь его на руки – ты-то в скафандре, какие проблемы? – и прыжками вперед. Вес человека куда меньше, чем вес боезапаса, который ты уже успел израсходовать.
– А… Что же делать?
– Понесем так, – угрюмо буркнул Эйс. – Бери слева.
Сам он взялся справа, и мы поставили Флореса на ноги.
– Держи крепче. На счет «два» – прыжок. Раз… два!
Мы прыгнули. Не так уж далеко и высоко. Человек весит не много и ни капли нам не мешал бы. Другое дело – скафандр, он слишком тяжел. Однако вдвоем можно кое-как справиться.
Прыжок, и еще, и еще… И каждый раз Эйс отсчитывал старт, а при посадке приходилось изо всех сил поддерживать Диззи – его гироскоп, похоже, совсем вырубился.
