Читаем без скачивания Муж легкого поведения - Марина Серова

Конечно, иногда случались такие неприятные моменты, когда я сидела без копейки и когда не было денег даже на сигареты и бензин для моей верной бежевой «девяточки». Но это происходило опять же лишь из-за моей неэкономности. Я не умела и не любила ущемлять себя в чем-либо и отказывать себе, любимой, в маленьких радостях жизни. В самом-то деле — зачем тогда нужны деньги, если не затем, чтобы их тратить?

Ну вот, теперь я вновь воспряла духом. Настроение было боевое, и я была вполне готова к новым победам и подвигам.

Мне нужно было упорядочить все сведения, полученные по новому делу от Ирены. Я устроилась с чашечкой кофе и сигаретой в кресле и принялась размышлять.

Женщина была убита у себя дома. Дверь не взломана, но это, если верить Ирене, еще не говорило о том, что Мария Викентьевна знала убийцу и добровольно впустила его в дом. Как сказала Ирена, ее мать была доверчивым человеком и не имела привычки интересоваться, кто звонит в дверь. Вполне могло случиться и так, что она не была знакома с преступниками, и они, зная это, легко и спокойно проникли в ее дом. Но ясно мне было одно: кто-то наверняка навел на нее. Ведь грабители знали, что в доме Марии Викентьевны есть чем поживиться, да к тому же были уверены в том, что сама хозяйка находится дома.

«Интересно, кстати, почему они решили проникнуть в дом именно в тот момент, когда там была хозяйка?» — возник в моей голове закономерный вопрос. Ведь гораздо проще было бы залезть в пустую квартиру и вынести все, что только возможно, не прибегая к насилию и не рискуя вызвать шум, способный привлечь внимание соседей, то есть ненужных преступникам свидетелей. Ведь в этом случае грабители рисковали гораздо больше…

И все же я никак не могла решить, как мне квалифицировать для себя преступление, за раскрытие которого я взялась. То ли убийство, совершенное, что называется, попутно, ради грабежа, то ли преступники намеренно проникли в дом Марии Викентьевны, чтобы убить ее.

В любом случае мне нужно было пообщаться на эту тему с кем-нибудь еще, кто знал Марию Викентьевну лично. А такими людьми, если верить ее дочери, могли быть лишь ее коллеги и подчиненные. Других близких друзей у покойной не было.

Размышляя подобным образом, я так и не смогла прийти ни к какому конкретному выводу. А выводы нужны были мне как воздух. Без них я попросту не смогу начать распутывать преступление. Чтобы долго не мучиться, я решила для начала разузнать официальную версию преступления. А сделать это можно только через соответствующие, то бишь правоохранительные, органы.

В этих самых соответствующих органах у меня был свой человек, и даже не один. Так что трудностей в общении с органами у меня никогда не возникало. Был, например, у меня один однокурсник, Володька Кирьянов, с которым у нас завязалась крепкая дружба еще со студенческих времен. Так вот он — для близких друзей просто Киря — занимал сейчас весьма значительный пост в управлении внутренних дел нашего города. Он часто помогал мне в расследованиях, если требовалось вмешательство представителей власти. Взамен я столь же часто помогала ему продвинуться по службе или получить очередные (чаще внеочередные) звездочки на погоны, разыскав бандитов по делам, которые в милиции считались глухими. Киря без зазрения совести присваивал официальную победу себе, оставляя для меня лишь гонорары и неофициальную славу превосходного частного детектива.

Меня это вполне устраивало. Я не гналась за популярностью, которой, кстати сказать, мне и так всегда хватало. В общем, наше многолетнее и весьма плодотворное сотрудничество обоим приносило то, что нам было необходимо.

Вот и на сей раз мне потребовалась Кирина помощь. Наверняка Володя Кирьянов что-то знает об убийстве Марии Викентьевны Крамер, а если и не знает, то сможет раздобыть эти сведения для меня.

Не откладывая дело в долгий ящик, я подсела к телефону и по памяти набрала Володькин рабочий номер. Киря ответил сам. Голос у него был озабоченный и сердитый.

— Алло.

— Привет, — я не стала представляться, зная, что Володька и так узнает меня по голосу.

— Привет, Танюха! — чувствовалось, что Киря сразу повеселел. — Давненько тебя не было слышно. И видно тоже… Как делишки?

— На букву «х». Не подумай, что хорошо, — отозвалась я.

— Как?! — делано изумился Кирьянов. — У лучшего в городе частного детектива могут так плохо идти дела? Не могу поверить!

— Ладно, Володька, кончай прикалываться, — притормозила я Кирю. — Дело есть.

— Не хочу дело есть, — продолжал веселиться Киря. — Хочу мясо!

— А конкретно — мне нужна твоя помощь, — не обращая внимания на Володькины приколы, проговорила я.

— Слушаю, — наконец посерьезнел Киря.

— Ты ничего не слышал об убийстве некой Марии Викентьевны Крамер? Это случилось на прошлой неделе. Ее убили дома и квартиру ограбили.

Киря подумал немного — видно, порылся в своей памяти, — а потом выдал отрицательный ответ:

— Нет, ничего не слышал. А что, ты работаешь по этому делу?

— Вроде того, — согласилась я. — По крайней мере, пытаюсь.

— А от меня что нужно?

— Официальная информация по данному делу.

— Я ничего не знаю, но могу разузнать. Для тебя, — доверительным тоном добавил Володька.

— Разузнай, не сочти за труд, — попросила я. — Мне нужно все, что есть у ментов по этому делу. Интересует любая информация.

— Как скоро?

— Чем скорее, тем лучше.

— Сегодня? — уточнил Киря.

— Да. Когда ты сможешь узнать?

— М-м-м… — задумчиво промычал Володька. — Через пару часиков сможешь подрулить?

— Легко, — ответила я.

— Тогда жду.

— Спасибо, — сказала я и положила трубку.

Вот и ладненько. В ближайшее время у меня будет дополнительная информация по делу об убийстве Марии Крамер. А пока… До встречи с Володькой оставалось немного времени, и я решила наведаться в дом, где жила мать Ирены. Надо же посмотреть, как там и что там.

Глава 2

Дом оказался и вправду самым обычным — заурядная панельная девятиэтажка с облупленными старыми стенами и разномастными остекленными лоджиями.

Мария Викентьевна проживала во втором подъезде, на последнем этаже. Поднявшись на лифте наверх, я вышла на площадку и осмотрелась. На лестничную клетку выходило четыре квартиры — никто из соседей почему-то не пожелал отделиться от подъезда собственной дверью, создав закуток на две квартиры. Осмотрев все четыре двери, я сразу поняла, которая принадлежала Марии Викентьевне. Это была единственная металлическая здесь дверь с красивым номерком посередине, затейливо украшенным узором. Остальные двери были деревянными и самыми обыкновенными. А я-то уж думала, что все давным-давно поменяли свои двери на металлические, более надежные. Но, по всей видимости, прогрессивные веяния не коснулись жильцов данного дома.

Дверь Марии Викентьевны уже не была опечатана — вероятно, туда наведывалась Ирена. Я не стала выяснять, есть ли кто сейчас в квартире убитой, а направилась к соседней двери.

Позвонив, я долгое время ждала, пока мне кто-нибудь откроет, но так и не дождалась. Вероятно, соседи были на работе.

Попытка побеседовать с другими соседями также не увенчалась успехом — за второй дверью тоже было пусто. У меня оставалась последняя надежда на третьих соседей. Я, слабо веря в чудо, все же надавила на кнопку звонка. Вслед за этим за дверью сразу же раздались шаги, и женский голос негромко спросил:

— Кто там?

— Откройте, пожалуйста, — проговорила я. — Я по поводу убийства вашей соседки.

Я поразмышляла некоторое время над тем, стоит ли мне представиться сотрудником правоохранительных органов или же сказать правду, чтобы поскорее открыли, но соседка без дополнительных вопросов открыла мне дверь.

Я увидела на пороге женщину лет пятидесяти с небольшим в легком домашнем халате. Волосы, заметно кое-где поседевшие, были заколоты наверх. В руках она держала газету, которой время от времени обмахивалась. Мне понравилось приятное и доброе лицо соседки Марии Викентьевны — оно располагало к доверительной и откровенной беседе.

— Здравствуйте, — улыбнулась я.

— Добрый день. Вы из милиции? — доверчиво спросила женщина.

Я решила не лгать ей и сказала правду.

— Нет. Но я тоже занимаюсь расследованием убийства вашей соседки. Я — частный детектив. Меня наняла ее дочь — Ирена.

— Проходите, — женщина широко распахнула дверь, приглашая меня войти.

Квартира была обставлена очень скромно: старая, но еще неплохо сохранившаяся мебель, на полу тонкие половики, а на окнах — тюлевые занавески.

Мы прошли в зал, и хозяйка предложила мне сесть.

— Разрешите представиться, — начала я. — Иванова Татьяна Александровна.

— Ольга Михайловна, — сказала в ответ хозяйка.