термин «профессиональный солдат»,— ответил он в свою очередь с оттенком презрения.
— Значит,— сказала она,— вас можно нанять.
Он почувствовал, как в нем поднимается холодный гнев. Он слегка наклонил голову и отступил, освобождая дорогу.
— Я ошибся,— сказал он и повернулся с намерением уйти.
— Нет, подождите,— сказала она.— Теперь, когда я знаю, кто вы такой, у меня нет причин отказываться от вашей помощи.
— Конечно, нет,— ответил он.
Она сунула руку за вырез облегающего платья, извлекла оттуда маленький прямоугольник бумаги с печатным текстом и протянула его Доналу.
— Это нужно уничтожить,— сказала она.— Я заплачу вам. Сколько вы берете по обычным расценкам?— Глаза ее расширились от ужаса, когда ой расправил клочок и начал читать.— Что вы делаете, вас не просили читать это! Как вы смеете?!
Она попыталась выхватить клочок, но он удержал ее одной рукой. Взгляд его не отрывался от текста, глаза расширились от удивления при виде факсимильного портрета ее самой.
— Анеа Марлевана,— сказал он,— избранная из Культиса.
— Ну, да!— воскликнула она.— Так что из этого?
— Только то,— сказал Донал,— что вам следовало бы быть более разумной.
Она открыла рот:
— Что вы хотите этим сказать?
— Только то, что вы глупейшая из женщин, с которыми мне приходилось встречаться,— он положил листок в карман.— Я об этом позабочусь.
— Правда?— Лицо ее на мгновение прояснилось, но потом вновь стало встревоженным.— Мне это не нравится. Вообще, вы мне не нравитесь.
— Понравлюсь, если узнаете меня получше.— Он повернулся и открыл дверь, через которую пришел сюда несколько минут назад.
— Но... постойте,— догнал его ее голос,— а где я смогу найти вас, когда вы справитесь с этим? И сколько я должна заплатить?
Он отпустил дверь, которая сразу же захлопнулась, оборвав ее вопрос.
Через всю секцию Донал прошел в свою каюту. Здесь, закрыв за собой дверь, он более внимательно разглядел полученный клочок. Это было не что иное, как пятилетний контракт, по которому она обязывалась находиться в свите принца Уильяма, президента торговой планеты Сета — единственного обитаемого мира у звезды Тау Кита. Контракт был очень выгоден, он предусматривал лишь постоянное сопровождение во всех его поездках. Но не либеральность контракта удивила Донала — избранных из Культиса трудно было привлечь к любой работе, кроме самой утонченной и интеллектуально изысканной,— а тот факт, что она просила уничтожить контракт. Кража контракта у владельца— достаточно серьезное преступление, нарушение контракта еще серьезнее, а уничтожение влекло за собой на любой планете смертельную казнь. Он подумал, что девушка, вероятно, сошла с ума.
Но в этом и заключалась ирония судьбы: будучи избранной из Культиса, она могла быть безумной не более, чем обезьяна, желавшая превратиться в слона. Наоборот, будучи продуктом тщательного генетического отбора на протяжении многих поколений на планете, достигавшей чудес в развитии науки, она должна была быть совершенно нормальной! И действительно, при первом знакомстве в ней не оказалось ничего ненормального, за исключением этой самоубийственной глупости. Очевидно, ненормальность заключалась не в девушке, а в ситуации.
Донал задумчиво вертел контракт. Анеа не понимала, что делала, когда просила его уничтожить этот листок. Это было единое целое, даже слова и подписи были неразрывной частью единой гигантской молекулы, которая была почти неуязвима и не могла быть изменена или испорчена никакими средствами. Донал был уверен, что на борту не найдется ничего, чем можно было бы разорвать, сжечь, растворить или другим путем уничтожить этот листок. Единственным законным повелителем этого листка был принц Уильям.
Донал расправил свой штатский пиджак, вышел из каюты и через длинные коридоры ряда секций прошел к главному залу отдыха. В узком проходе собиралась толпа одетых к обеду пассажиров. Глядя через их головы, он увидел стол и среди сидевших за ним — эту девушку, Анеа Марлевану.
В зале были исключительно красивый молодой человек, офицер-фрилендер, как можно было заключить по его форме; неопрятный молодой человек, такой же рослый, как и офицер, но без воинских регалий, он полулежал в своем кресле. Еще худощавый, приятного вида человек средних лет с металлически-серыми волосами. Пятый человек за столом был несомненно дорсайцем — массивный пожилой в форме фрилендского маршала. Вид этого последнего побудил Донала к внезапному действию. Он пробился сквозь толпу, загораживающую вход, и направился прямо к столу. Подойдя, он протянул сжатый кулак маршалу-дорсайцу.
— Здравствуйте, сэр,— сказал он.— Я надеялся увидеть вас до старта корабля, но на это не было времени. У меня для вас письмо от моего отца, Ичана Кана Грима... Я — его второй сын, Донал.
Голубые глаза дорсайца, холодные, как вода в зимней речке, уперлись в Донала. Несколько мгновений положение было крайне напряженным; маршал, казалось, не знал, что предпочесть — дорсайский патриотизм вместе с любопытством или возмущение наглостью Донала. Затем маршал крепко пожал руку Донала.
— Значит, он еще помнит Хендрика Галта?— улыбнулся маршал.— Я уже много лет ничего не слышал об Ичане.
Донал почувствовал, как холодок возбуждения пробежал по его спине. Единственный человек из всех, с кем он хотел завязать знакомство, даже путем обмана, был Хендрик Галт, первый маршал Фриленда.
— Он шлет вам свой привет, сэр,— сказал Донал.— И... может быть, я принесу вам письмо после обеда, и вы сможете прочесть его.
— Конечно,— ответил маршал,— я расположился в каюте номер 19.
Донал все еще стоял. Дальше разговор продолжать было трудно, но спасение пришло — впрочем, Донал ожидал чего-нибудь подобного — с дальнего конца стола.
— Возможно,— сказал человек с серыми волосами мягким и вежливым голосом,— наш юный друг согласится пообедать с нами, прежде чем вы уведете его в свою каюту, Хендрик?
— Это будет для меня честью,— быстро ответил Донал.
Он придвинул кресло и сел, вежливо кивнув сидящим за столом. Глаза девушки встретились с его взглядом. Выражение их было суровым, они сверкнули, как изумруды в скале.
НАЕМНИК-II
— Анеа Марлевана,—сказала Хендрик Галт, знакомя Донала с сидящими за столом,— а джентльмен, пригласивший вас,— Уильям из Сеты, принц и глава правительства.
— Вы оказываете мне честь,— пробормотал Донал кланяясь..
— ... это мой адъютант Хьюго Киллиен...
Донал и офицер-фрилендер кивнули друг другу.
— ... и Ар-Делл Монтор с Нептуна.
Развалившийся в кресле молодой человек вяло махнул рукой в знак приветствия. Его глаза, черные, особенно по контрасту со светлыми бровями и такого же цвета волосами, на мнговение прояснились, взгляд стал резким, пронизывающим, но вот он вновь откинулся
