Читаем без скачивания Магическая Экспедиция - Елена Звёздная

Но, совершенно проигнорировав его, дознаватель продолжил:

– … поддерживалась преподавательским составом университета, на что прямо намекает наглость и апломб, с которыми Горски приступил к реализации задуманного. И полагаю, достиг бы желаемого, не появись во дворе университета королевский гонец, принявший на себя удар заклинаний, что привело к обнародованию искаженной и порочащей корону информации!

Горски пошатнулся.

Я застыла.

Студенты не знали, как на все это реагировать. Драконы с явным интересом посмотрели на лорда Энроэ. Лорд Энроэ выразительно посмотрел на меня… Очень выразительно. Просто до крайности выразительно. И я поняла, что у меня проблемы. У меня значительные проблемы. Гораздо хуже, чем те, что могли бы последовать, поступи лорд-дознаватель в соответствии с правилами возглавляемой им службы.

Собрание продлилось еще довольно долго. Пытались оправдаться преподаватели, брались подписи о неразглашении «заведомо ложной» информации со студентов, налагали печати молчания дознаватели. Нас продержали в душном зале до десяти вечера, заставив нервно думать о том, что надо же было еще успеть выполнить заданную на дом работу. И лишь в начале одиннадцатого отпустили.

Меня студенты теперь обходили стороной, не приближались даже Славен с Тихомиром, зато, как выяснилось, именно меня ожидал один из дознавателей неподалеку от входных дверей.

– Милада Радович, – он шагнул ко мне, пугая всех окружающих, – с вами хотят побеседовать. Накиньте плащ.

Молча кивнула.

И все так же медленно и заторможенно направилась к себе в комнату, понимая, что, если сказали накинуть плащ, значит, беседа будет не в университете… что совсем плохо.

В комнате сняла мантию, оставшись в платье, подаренном Камали, переобулась, набросила плащ и уже хотела выходить, когда раздался стук в двери. Несколько удивленная визитом, подошла, распахнула створку и вздрогнула, увидев дракона. Зэрнур молча окинул меня взглядом, выразительно посмотрев и на сапоги, и на плащ, затем заглянул мне в глаза и хриплым драконьим голосом, в котором грохотом отдаленной грозы слышалось глухое рычание, вопросил:

– Леди Милада, вам нужна помощь?

Первой реакцией было: «Да, очень нужна!» Я даже кивнула, подтверждая то, насколько сильно нужна, но затем…

– Нет, спасибо, все хорошо, – солгала дракону.

Запоздало вспомнила, что драконы чувствуют ложь.

Но Зэрнур промолчал, принимая мой ответ, и сухо произнес:

– Вы всегда можете воспользоваться блокнотом.

Затем развернулся и молча ушел.

А я точно знала, что никогда ничего не буду писать в этом блокноте. Никогда и ничего.

«Я не желаю вас больше видеть! Никогда, никоим образом, ни даже по самой обоснованной причине!»

И я намеревалась исполнить желание Черного дракона.

На улице разразилась буря, все выло, гудело, ветер сбивал с ног, и мой сопровождающий был вынужден несколько раз поддержать меня, не давая упасть. А потом как-то вдруг среди бурана возникла карета и распахнулась дверь в освещенное магическим камином пространство, откуда мне протянули руку. Не решившись отказаться, осторожно вложила пальцы в раскрытую ладонь, и меня практически втянули в карету.

Предложенный лордом Энроэ платок пришелся очень кстати – снег облепил мое лицо ледяной маской, застрял в ресничках, пришлось долго и старательно вытираться.

Карета тронулась, едва я села, но, пока занималась собой, не сразу обратила внимание, что мой провожатый остался во дворе университета и сейчас в карете находились только я, лорд-дознаватель и магический камин, согревший воздух настолько, что плащ уже можно было расстегнуть и снять, как поступил сам лорд Энроэ – его одежда лежала в углу сиденья. Но я раздеваться не стала.

– Как вам моя сегодняшняя речь, госпожа Радович? – едва я завершила с приведением себя в порядок и взглянула на него, поинтересовался тайный советник короля, откинувшись на спинку сиденья и глядя на меня внимательным, пристальным, изучающим взглядом.

– Она была впечатляющей, – вынужденно признала я, в свою очередь вглядываясь в лорда Энроэ. Дело в том, что на нем оказалась иллюзия. Искусно выполненная, маскирующая далеко не все морщины на его лице и делающая само лицо немного более… привлекательным?! Точно сказать не могла. Благодаря жемчужине воздушника я отчетливо видела только реальность, а вот иллюзия была призрачной, не совсем четкой.

– Что-то не так, госпожа Радович? – вопросил несколько напряженно дознаватель.

Лгать ему я посчитала не слишком умным делом, вероятно, на лорде с десяток амулетов, реагирующих на ложь, а потому честно ответила:

– Вы несколько изменились.

И проследила за тем, как реальное лицо лорда Энроэ дернулось от ярости, в то время как иллюзия оставалась полна благостного расположения. И реальность вскоре идеально сымитировала ее же, а сам лорд снисходительно произнес:

– Девушкам всегда свойственно приукрашивать своих спасителей. Но я рад, что стал выглядеть привлекательнее в ваших, несомненно, очаровательных глазах.

«Своих спасителей»?! Я внутренне похолодела. Значит, лорд Энроэ желает, чтобы я восприняла случившееся именно так – как благородное спасение, а вовсе не как торжество справедливости… Хотя в этом он прав, ну о какой справедливости может идти речь в нашем королевстве для таких, как я…

Между тем лорд Энроэ продолжил светскую беседу, спросив:

– Какую кухню вы предпочитаете, госпожа Радович?

– Университетскую, – вполне серьезно ответила я.

Снисходительная улыбка стала чуть шире, и дознаватель произнес:

– Понимаю, у вас не было возможности сравнить с чем-либо. – Улыбнулся и добавил: – Мы исправим это упущение.

Мне очень хотелось бы ответить решительным «Нет!», попросить остановить карету и выпустить меня. Хотелось бы… но я осталась сидеть, молча и настороженно глядя на дознавателя. Лорд Энроэ улыбнулся и произнес:

– Вы часто бывали в столице?

– Несколько раз, – нехотя ответила я.

– Полюбили этот город?

– Едва ли.

– Полюбите.

И усмешка, которая не оставляла даже сомнений в том, что меня будут настоятельно пытаться заставить его полюбить.

Дальнейший путь мы проделали молча. Я, печально размышляя над способностью лорда Энроэ несколькими совершенно общими фразами предельно точно обозначить ситуацию, и дознаватель, который не считал нужным скрывать, что весь путь разглядывал меня.

Вскоре карета остановилась, дверца распахнулась, и подчеркнуто радушный голос произнес:

– Добро пожаловать в «Жемчужину моря», лорд Энроэ! Приготовить ваш столик?

Тайный советник короля, насколько мне известно, один из десятка столь же тайных, задумчиво посмотрев на меня, ответил:

– Нет. Приватный.

– Как вам будет угодно! – после некоторой удивленной заминки ответил дворецкий.

Лорд Энрое поднялся и, уже стоя на ступеньках, протянул мне руку. Очень не хотелось принимать его помощь. Очень не хотелось вообще выходить. Все эти взгляды, намеки и «приватный кабинет» вызывали вполне обоснованные опасения. И если в ситуации с Главнокомандующим я не могла допустить даже мысли о каком-либо интересе с его стороны, то в отношении дознавателя все было иначе. Да и репутация у этого человека имелась вполне соответствующая.

И все же я подала руку, молча последовала вслед за ведущим нас дворецким, безропотно позволила снять с себя плащ и, практически не поднимая головы, шла рядом с Энроэ, пока нас вели к одной из приватных кабинок.

Но каково же было мое удивление, когда вдруг на всю ресторацию раздался истошный крик:

– Миладка!

Искренне изумившись, я повернулась на звук и едва рот не открыла, увидев компанию молодых дракониц. Дракониц! Здесь, в столице, под… под человеческими личинами. Я не сразу обратила внимание на иллюзию, но она была, и казалось, что за столиком сидят не три удивительно-прекрасные драконицы в традиционных драконьих узких шелковых платьях, а три столичные модницы в изысканных туалетах с напомаженными белокурыми витыми локонами, удерживаемыми бантами.

– Да, – воскликнула вторая драконица, – это точно Милада!

И первая из дракониц ринулась к нам, своим иллюзорным, но при этом вполне материальным платьем сдвигая стулья на пути, чуть не сбив двух подавальщиков. И в итоге, окутав ароматом цветочных духов, драконица стиснула меня в объятиях, голося на всю ресторацию:

– Миладка! Так и знала, что найду тебя сегодня! А они не верили!

Она отстранилась, держа меня за плечи на вытянутых руках, всмотрелась в мое лицо, в мои глаза и выдала еще более торжествующее:

– Точно ты!

После чего воззрилась на лорда Энроэ, похлопала ресничками, причем у иллюзии они были втрое больше, чем настоящие, и промурлыкала:

– Искренне прошу прощения! Надеюсь, вы не будете против, если мы похитим вашу спутницу на несколько маааааленьких, кроооооооохотных, быстротечных… часиков. Вы ведь не против, правда?