— Детка, ты че это носом воротишь? Да мы заплатим, не ломайся, — при этом наглая волосатая рука уже поглаживает меня по бедру.
Беее! С брезгливым видом стряхиваю конечность с себя, сдерживаясь из последних сил.
— Сказала же, отвали, пьянь! — или уже не сдерживаясь. — Я из Академии, шлюхи в другом квартале.
Странно, грозное имя Боевой Академии впервые не производит должного впечатление в Астане. Эта мысль пронеслась в моем мозгу, пока я летела к стене, смачно впечатавшись в нее, после получения нехилого удара по щеке. Ну все, товарищ, тебе крындец.
Мужики стояли ржали, невзирая на крики хозяина и угрозы немедленно вызвать стражу. Нормальная женщина после такого удара лежала бы в отключке с сотрясением мозга. Я же, помотав головой, чтобы разогнать искорки из глаз и шум в ушах, встала и медленно двинулась к обидчикам.
Интересно, думала я по пути, от чего это вы так побледнели и затряслись, мальчики? Неужели от вида моих глаз со зрачком, расширившимся настолько, что радужки уже не видно. А может, от потрескивания электрических зарядов, побежавших по волосам (говорила же, люблю спецэффекты)? А, это, наверное, от гудения огненного вихря, окутавшего мою фигуру вращающимся водоворотом.
— Ни. Один. Ублюдок. Не. Смеет. Бить. Меня. По. Лицу! — чеканю слова, перемежая их низким горловым рычанием. Это так, до кучи, они и остальной демонстрацией были сыты. Протрезвление произошло в рекордные сроки, слово «Академия», наконец, дошло до сознания этих мершессов. — Приласкать собирался, милый? Так я тебя приласкаю, горячий мужчина! — резкое движение, сжимаю в кулаке основное достоинство ловеласа. Тот взвыл от боли, завоняло горелой тканью и паленой кожей.
Выдержав две секунды, брезгливо убрала руки. Идиот упал без сознания, все еще воняя паленым. Рядом бухнулся на колени его скуливший от ужаса дружок.
— Теперь уже не мужчина, — задумчиво произнесла я и посмотрела в глаза второму любителю женской ласки. — Две секунды, чтоб убраться!
Прошла одна. Прямо-таки с молниеносной скоростью несостоявшиеся любовники исчезли, как будто их и не было. Взмахом руки рассеиваю неприятный запах, извиняюсь перед хозяином.
— Вы уж простите, отпугнула клиентов.
— Госпожа магичка, прошу вас, эти балбесы каждый месяц тут околачивались, отпугивали нормальных посетителей, так что вам большое спасибо. Хоть и жалко дураков, сурово вы с ними.
— Ничего, раскошелится на хорошего лекаря — через пару дней в туалет уже сможет ходить. А насчет детей уже не гарантирую. Ненавижу, когда поднимают руку на женщин. Я-то могу за себя постоять, а если б другая была?
— Вы правы. За счет заведения позвольте угостить вас еще одним настоем, снимет усталость и головную боль! — благодарно приняла из рук хозяина чашку, а через несколько минут служанка сообщила, что мои комната и ванна уже готовы.
Залажу в гигантскую бочку с горячей водой, блаженно расслабляюсь. Когда задание выполнено — это самый лучший момент. Плещусь и намыливаюсь, счастливо вздыхая. Щека уже не болит, след от удара тоже исчез. Все же выпускники Академии вам не барышни кисейные, так что подобное происшествие хоть и осталось неприятным осадком, никаких отметин не оставило.
Тут на столе начинает постукивать кусочек горного хрусталя. Издаю мученический стон — не дают помыться толком. После нескольких постукиваний над кристаллом появляется изображение наставника. Такой вот хрусталь — замечательное средство связи. Следить за собой не дает, а вот общаться — запросто. Чтобы отказаться от сеанса связи, достаточно накрыть кристалл какой-нибудь вещью или ладонью. Но моя ладонь в паре метров от кристалла. Ныряю в бочку по самые уши и приветствую наставника.
— Аррлея, почему ты еще не на пути в Академию? — я на пути, конечно, только путь проходит через горячую ванную, о чем наставник, конечно, не мог догадаться.
— Учитель Рра, задание выполнено. — позволяю себе выглянуть одним глазком из своего укрытия. — Я уже собираюсь в Академию с трофеем, разве не видно?
Учитель только ехидно хмыкает моему невинному тону. Тут же ныряю обратно в бочку.
— До меня уже дошли слухи, что некая представительница Академии покалечила честного горожанина в неравной схватке. Ты же знаешь, что мы не ссоримся с мирным населением.
Мой голос из глубин бочки возмущенно ответил, что это все гнусная клевета и поклеп.
— Вот нечего было приставать к уставшей от трудов праведных девушке с интимными предложениями в особо грубой форме. А еще он меня ударил. Больно, между прочим.
— Свидетели есть? — судя по заледеневшему голосу Учителя, слово «ударил» ему не понравилось. Ой, чувствую, кляузники еще и от него получат!
— Полно. Например, хозяин заведения.
Учитель хмыкает в бороду. Качает головой и хитро на меня смотрит.
— Ты в своем репертуаре. А приказ «Срочно по исполнении задания вернуться в Академию» тебе ведом?
— Ведом. Я срочно заканчиваю омовения и еду в Академию, поэтому, чтобы вы не смущались моим. ээ. несобранным видом, можно прерывать связь и через полчаса я буду с отчетом. — Размахиваюсь одной рукой и накрываю кристалл полотенцем, успев услышать слова наставника: «Вот паршивка». Да. Я такая.
Срочно вытираюсь, надеваю чистые штаны и рубашку, высушиваю заклинанием волосы, хватаю вещи и кубарем скатываюсь по лестнице. Бегу по улице, на ходу заплетая косу и держа в зубах мешок с камнем. Ничего, когда-нибудь и я буду степенной, серьезной магичкой. Когда-нибудь…
Подхожу к воротам Академии и прижимаю ладонь к красному треугольнику на левой сворке. Ворота с характером — нетрезвых, недобрых и не магов не пускают. Магов тоже пускают не всегда с первого раза. Но, сегодня мне повезло. Ладонь кольнула искорка волшебной энергии, правая створка ворот медленно отворилась. Я проскользнула внутрь. Все. Я в Академии, теперь задание окончательно выполнено.
Шагая по черно-белому мраморному коридору в кабинет Учителя, чувствую себя неуютно. Как всегда. На меня давит великолепие двухцветных стен, черные постаменты, белые статуи. Более вольготно чувствую себя в ученическом крыле, не таком строгом и торжественном, где можно не ходить на цыпочках, не опасаться, что в любую минуту тебя застигнет грозный глас Наставника…
— Аррлея! — ну вот. Помяни упыря — сразу явится.
— Наставник! — отвешиваю поклон Учителю и его спутнику, высокому седобородому старцу в черной с серебром мантии, как нарочно гармонирующему с окружающими стенами. — Готова предоставить отчет о выполненном задании.
Учитель кивнул, пропуская спутника, потом и меня в распахнувшиеся двери своего кабинета. Сколько мы с ним всего пережили, не перечесть. С кабинетом, разумеется. Сколько нотаций было выслушано мною, сколько угроз на мою голову, сколько призывов всех громов и молний. За особо выдающиеся поступки разок даже была порота, пребывания в магически обездвиженном состоянии до сих пор забыть не могу. Сидеть потом не могла три дня, полшколы хихикало. Зато медовуху из личных запасов ректора мы с товарищами продегустировали, чего не удавалось еще ни одному ученику! Хм, памятника своим деяниям до сих пор не дождалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
