Я оказалась у своего любимого окна. Здесь темно, широкий подоконник. Раньше мы собирались здесь, залазили на него, и болтали, наблюдая за спортивной площадкой. Сейчас я одна здесь, и отчетливо понимаю – я в отчаянье, мне нужно уйти, я вообще зря пришла. Решила доказать самой себе, что все в прошлом, и уже отболело.
Но это не так.
— Понравилось? – услышала я голос Мирона.
Он за спиной, я смотрю в темное окно. И не оборачиваюсь. А его шаги все ближе, я уже чувствую жар его тела.
— Я заметил, – он огладил пальцем лямку моего бюстгальтера, — тебе понравилось. А моей сестре – нет.
— А мне плевать на твою сестру! – выплюнула я, резко обернувшись. — Мне…
Я оборвала саму себя – слишком многое мне хотелось высказать. Про Марину – гнусную шантажистку и предательницу; про самого Мирона, не слишком горевавшего из-за нашего расставания; про их гадкого отца; про Руслана.
Но вместо этого я потянулась к губам Мирона, обвила руками его шею, прижалась, и поцеловала.
Глава 4
Глава 4
Он притянул к себе. С заминкой, с легким удивлением моей смелости. Прижал крепко и ладонью зарылся в мои короткие волосы.
Я их остригла, сразу, как уехала, и уже несколько лет ношу стильное каре, и самой себе кажусь другой.
Но сейчас, здесь, с ним превратилась в прежнюю девчонку. Которая голову теряла от этого бунтаря и жадно отвечала на поцелуи.
Горячий язык ворвался в рот, глубоко и напористо, мужские руки скользнули по платью, смяли ткань, задирая.
Мы в школе, возле окошка, в полутьме - эта мысль пришла, когда Мирон оторвался и прерывисто выдохнул:
- Пойдем в спортзал, Яна.
Он стиснул ягодицы сквозь платье, губами скользнул по шее и прикусил.
- Подожди. Отойди, - вырвалась, уставилась в его потемневшие глаза, завороженно посмотрела на приоткрытые губы.
Я не за этим вернулась, чтобы вот так, в первую же встречу, он меня в спортзале разложил на матах.
- Отойти, говорю! - повысила голос и стряхнула с себя его руки. - Мирон.
- Что, Яна, - он не двинулся с места, крепче сжал меня, в горячих тисках. - Не я полез целоваться.
- Я ошиблась.
- За ошибки надо платить, - его голос хриплый, в нем насмешка сквозит, он не всерьез это, просто дразнит. Смотрит пристально, изучающе, и у меня ноги дрожат, кожа покрылась мурашками. - Ты возбуждена?
Он склонился ближе к моему лицу. И захотелось зубами вцепиться в четкие, влажные губы и пусть к черту идет этот вечер, руками обвить сильную шею, прижаться всем телом, почувствовать его.
- Помнишь, как мы здесь. На заднем дворе, в теплице. Прятались, - с паузами, медленно, разбудил он память, и картинки из прошлого мелькнули в голове. Его ладони скользнули по бедрам, сминая платье, провели по кружевным резинкам чулок.
Я даже дышать перестала.
- Хватит, - усилием оттолкнула его и поправила лямку, упавшую с плеча. Не выдержала. - Если так скучал - мог приехать за мной, нет? Найти меня. Это не так сложно было, Мирон.
Двинулась по темному коридору, услышала его шаги за спиной.
- Ты меня бросила и свалила. Ничего не объяснив. Хотя, нет, - он хмыкнул. - Сказала, что друга моего хочешь. Удивительно, Яна. Почему я не побежал за тобой.
Он нагнал меня и толкнул к стене, навалился сверху.
Пальцами вцепилась в его плечи, встретила мрачный взгляд
Ну конечно. Я что угодно могла сказать тогда, ведь и его отец, и сестра - они мне выбора не оставили, и я сама сделала больно парню, который мне до безумия нравился, он в тот день так же смотрел - недоверчиво и колко, когда я букетом цветов в него швырнула и кричала, что он достал таскаться за мной, мне его друг нравится.
Он молча сел на байк и уехал, а я потом собирала опавшие лепестки с крыльца, а на балконе напротив Руслан стоял и курил. Он все слышал, но тоже промолчал.
- Значит, не так уж и любил, Мирон, - все таки сказала, в лицо ему. Я ведь ждала, что он поедет за мной. - Человека, который дорог. Нужно добиваться.
- Я этим и занимаюсь, - его руки сжали бедра, он рывком впечатал меня в себя и шагнул по коридору.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Споткнулась, он удержал, уверенным движением распахнул дверь женского туалета, и вместе со мной ввалился внутрь.
Набросился, не дав мне и слова сказать, прижал поясницей к раковине. С отчаянием ответила на поцелуй и задрожала, страсть не утихла за эти годы, она сильнее стала, взрослее и болезненнее.
Он поднял меня под ягодицы и усадил на столик у раковины, развел бедра и втиснулся между моих ног. Сжала воротничок его рубашки, потянула на себя.
Студенткой себя почувствовала, неопытной и глупой, взгляд поплыл, пока с жадностью исследовала красивое мужское лицо.
Длинные пальцы потянули вниз трусики.
Схватилась за его плечи, носом вжалась в его шею, не соображая, что делаю, он снял с меня белье. Сунул в карман брюк.
- Чувствуешь, как соскучился? - он накрыл моей ладонью твердую выпуклость ширинки, рыкнул на меня. - Шире ноги, Яна.
Обвила его бедрами, спиной откинулась на зеркало и потянула за собой, намотав на запястье галстук.
И скрипнула дверь. Этот звук - как ведро ледяной воды, меня с ног до головы окатило, вздрогнула и повернулась.
- Вот вы где, - в напряженной тишине прозвучал нервный голос Марины, музыка из зала зазвучала громче. Бывшая подруга хлопнула дверью. Огляделась в туалете и приблизилась к нам. - Мирон. Тебя там в зале все потеряли.
- Мне и здесь неплохо, - не глядя на нее, отозвался Мирон. Стоит и вжимается в меня эрекцией, а я сижу тут. Без трусов. В туалете. И краснею, понимая - что-то неправильное творю. Мы чуть было сексом не занялись. Мирон смотрит, сощурившись. - У нас с Яной вечер воспоминаний. Про первую любовь. И все такое.
- Поздравляю, - Марина маячит слева и уходить не собирается, нагло разглядывает меня. - У меня тоже важное дело к подруге. А ты взял и украл ее. Мирон, дорогой. Ну не здесь же.
Откашлялась и уперлась ладонью ему в грудь, отодвигая от себя. Спрыгнула на пол и поправила платье, бросила взгляд в зеркало и ужаснулась - вся помада размазана, по нашим губам, сейчас он вернется в зал - и все сразу поймут, что он долго целовался.
Развернулась к ним спиной и юркнула в кабинку. Прислонилась к двери и послушала раздраженный голос Марины:
- Мирон, выйди я тебя прошу. Это женский туалет. Не буду же я при тебе. Ерунда какая-то. Она только приехала. Дня не прошло. А вы...на раковине. Боже мой, Мирон, выходи отсюда.
Его шаги, и дверь хлопнула.
Тяжело выдохнула и одернула платье.
У него мои трусики остались, куда он пошел.
- Яна! - в кабинку затарабанили. - Я тебя предупреждала? Открывай.
Глава 5
Глава 5
— Сейчас.
Прижала ладони к щекам – горят. Секса не было, но такое чувство, что он был. Что все между нами случилось, и Марина застала меня в момент пика.
Я могу появиться перед ней, зная, что на мне нет трусиков. Что помада размазана, что чувства в раздрае. Но со следами смущения на лице – нет. Марина из тех, кто любит бить по слабостям, а свою слабость я ей показывать не намерена, даже если она твердо знает, что я слаба и уязвима перед ней.
— Яна! – снова стук.
Тихо, но глубоко вдохнула. Выдохнула, стараясь успокоиться. Руки дрожат, но уже меньше. Я ненавижу Марину за то, что она прервала нас с Мироном. И я благодарна ей за это.
За то, что прервала.
— Ну? – я вышла с легкой улыбкой, и направилась к раковине.
— Какого черта ты творишь? – прошипела она. — Я предупреждала тебя, вполне доходчиво сказала, чтобы ты не лезла к Руслану и Мирону, и…
— И насчет Руслана я поняла, – кивнула, перебив ее. — Но Мирон? Ты его дуэнья? Марин, напоминаю, Мирон – твой брат, не стоит так беречь его честь и совать нос в то, что происходит между двумя взрослыми людьми. Я не скажу ему, если ты боишься этого. Про вашего папочку буду молчать. Что еще от меня нужно?
