только одна женщина, которая может выбесить меня так, что из ушей дым валит коромыслом. Эта особенность целиком и полностью, с потрохами принадлежит моей супруге.
Липучке.
Пытаюсь отвлечься…
Надо было лететь одному. Хотя… украдкой бросаю взгляд на стройные, длинные ноги.
Вдвоём веселее будет.
— Тигран, — ещё раз зовёт Кира и достаточно интимно смеётся. — Я знаю, что ты не спишь. У меня есть таблетки с Бали…
— Не продолжай, — приоткрываю один глаз. — Дурь не для меня, Кира, — брезгливо морщусь.
Отец с детства приучил. Наркота — удел слабых. А мы, Мансуровы — старинный татарский род, не можем себе позволить быть слабыми.
— Да нет, — мотает светлой головкой мой финансовый директор. — Я тоже не по этой части, Тигран.
— А что тогда?
— Это классные успокоительные. Я боюсь летать, как и ты, — подмигивает и протягивает мне блистер.
Подозрительно на неё смотрю.
Зачем-то сравниваю.
Волосы не такие, как у Липучки… Тоже светлые, но не такие мягкие. У Киры они прилизанные, блестящие, словно на них две тысячи долларов случайно вылили.
Мажу взглядом по еле-еле заметным, оттопыренным соскам. В салоне тепло, но острые вершинки упорно смотрят в мою сторону.
— Пей, не бойся, Серый Волк, — улыбается Кира игриво.
Хватаю блистер и открываю бутылку с водой.
Чем чёрт не шутит?.. Может и правда полегчает?.. Да и от мыслей о работе избавлюсь.
Последние три дня я практически не выходи́л из-за компьютера. Глаза слезятся, ничего не соображаю.
Всё потому, что закрытый тендер, который мы с Кирой в прошлом году с таким трудом выгрызли у «НефтеГаза», грозит обойтись мне многомиллионной неустойкой. А точнее, ста пятидесяти миллионной неустойкой.
Мой поставщик не успел поставить на объект буровые насосы, а моя бригада, соответственно, вовремя их не установила. Видите ли, из-за санкций, не привезли сырьё, и насосное производство в России встало.
А мне, что теперь делать? Самому нефть качать?.. У меня целый куст нефтескважин на сегодняшний день простаивает.
Штрафы внушительные. Я бы сказал ощутимые.
Усмехаюсь.
Да ещё десять лет назад, я бы волосы драл на голове. Сейчас только пару раз сорвался. По привычке, на жену… Псих недоделанный. Растираю лицо ладонями.
— Не переживай, — успокаивает Кира, проезжаясь по моей ноге узкой ладошкой. Чуть выше колена. Уже не как подчинённая, но и не как шлюха… Я бы сказал приглашающе. Кира умеет быть гостеприимной и хочет ей быть, это я уже понял. — Может, «Горные технологии» всё-таки разродятся и поставят нам эти насосы.
— Тридцать первого декабря? — кошусь на неё пессимистично. — Ты веришь в чудеса?
Кира посмеивается.
— Конечно, нет, Тигран. Я же не ребёнок. Я взрослая, красивая женщина, — облизывает сочные губы.
Су-ка!
А я взрослый мужик, если ты не в курсе. И не надо светить передо мной буферами.
Всё это я думаю про себя, а затем наклоняюсь к Кире и чётко проговариваю:
— Давай ты выпрыгнешь из роли взрослой и красивой, и побудешь моим финансовым директором, которая оценит репутационные риски и попробует найти выход из огромной задницы, в которую мы в данный момент летим. Вечером мне надо быть дома, с сыном. Даже если вся нефтедобывающая промышленность страны встанет. Новый год будь он неладен, терпеть его не могу.
Кира недовольно морщится, а потом быстро находится:
— Ой, а как твой Савелий?
— Савва, — довольно резко поправляю.
— Прости, Тигран, — смеётся она. — Всё время кажется, что это одно и то же.
Удивительно, но таблетки Киры действительно действуют и следующие три с половиной часа пока самолёт доставляет нас в Нижневартовск, я спокойно сплю и стараюсь не замечать женскую голову, опустившуюся на моё плечо в середине полёта.
Прилетев, получаем багаж Киры и сразу заказываем такси в здании аэропорта.
Пока ждём, когда оно подъедет, стараемся не околеть, потому что на улице, на минуточку, минус сорок пять. И это в сравнении с московскими десятью градусами ниже нуля.
Телефон отчаянно бренчит во внутреннем кармане пальто. По мелодии уже понимаю, кто решил снова до меня докопаться.
Липучка…
— Тебе звонят, — кивает Миллер, пританцовывая.
— Перезвонят.
Кира пожимает плечами, запахивает шубу поглубже и отворачивается.
Разместившись в комфортабельной Волге, пытаюсь пошевелить пальцами на ногах, но получается, прямо скажем, хреново.
Минут через десять вспоминаю о звонке. Извлекаю телефон из кармана и читаю отправленное супругой СМС.
Чувствую, как внутри закипает кровь.
— Что за цветы? — хриплю в трубку, когда слышу робкий ответ.
Молчит. Су-ка. Когда не надо, она всегда молчит…
— Николь, ты слышишь меня? — нахмуриваюсь.
— Курьер принёс букет. Он же от тебя, да? — лепечет в трубку.
Цветы?..
А на Новый год что принято жёнам дарить букеты?..
— Я ничего не присылал, — равнодушно отвечаю. — Просто избавься от него.
Закатываю глаза, когда слышу очередное бормотание.
— Выкинь, я сказал, — повышаю голос. Зелёная, надоедливая Липучка. Привязалась же на мою голову?.. — Домой прилечу, ещё поговорим.
Убираю телефон обратно в карман и потираю подбородок. Цветы ей прислали, видите ли. Кто этот сумасшедший?
Какой-нибудь гном из её же сказочки?
Улыбаюсь.
Ой, бедовая.
— Что ты веселишься? — спрашивает Кира.
— Скажи мне, — поглядываю в окно. — На Новый год разве принято дарить цветы?
— На Новый год нет, — мотает она головой и проваливаясь обратно в свой мобильный ехидно добавляет: — А вот на день рождения было бы неплохо…
Твою… мать…
С трудом сдерживаюсь, чтобы не ударить себя по лбу. Снова извлекаю мобильный и набираю своего водителя.
— Да, Тигран Рустамович, слушаю, — отвечает Иннокентий резво.
— Кеша, метнись-ка в цветочный.
— Сейчас? — поражённо спрашивает.
— Нет, — сжимаю зубы. — После праздников… Конечно, сейчас, Кеш.
— А зачем?
— Купи цветы, отвези Николь Андреевне.
— Цветы? — удивляется Кеша. И есть чему, между прочим. За три года работы у нас, он ни разу не видел, чтобы я покупал цветы супруге. — В смысле, живые? На праздник?
Стискиваю кулаки и рычу в потолок «Волги». Сначала эти уроды с насосами, теперь Кеша… Кто следующий?..
— Нет, блин, Иннокентий. Мёртвые. На похороны. Кеша, ты там не заболел?.. Побыстрее давай. Потом мне сразу отчитаешься.
— Всё понял, Тигран Рустамович. Будет сделано, Тигран Рустамович.
С удовлетворением прячу телефон в карман и нервно постукиваю пальцами по обивке двери. Смещаю взгляд влево.
Кира давит хитрую улыбку. Красивая она баба всё-таки.
— Спасибо, Кир, — проговариваю тихо.
— Не за что, босс.
Глава 3. До Нового года девять часов
Николь
На кухне царит полный хаос. Воздух напитан всевозможными запахами, а до слуха доносятся голоса любимых героев из советских кинофильмов.
Люблю новогоднюю суету. Пожалуй, это единственный день, когда такая спешка и волнение в радость.
Ну, правда. Ожидание Нового года
