Читаем без скачивания Альфа-один - Василий Горъ

– Черт, Сара, он мой брат! Поэтому завтра он оплатит аренду капсулы в «Орвен-VR» и постарается подтянуться хотя бы до шестой «гаммы»…

Рыжая нахмурила брови и… расхохоталась. До слез:

– До шестой гаммы? Парень, который только что аттестовался на альфу-один?!

– Что?!

– То, что слышала! Твой брат – нуб! Но с приставкой «экстра»…

Алька не поверила – метнулась к виртуальному экрану Рыжей, секунд десять ожесточенно тыкала в какие-то сенсоры, потом ошалело вытаращила глаза и повернулась к подруге:

– Са-а-ара?

– Аюшки?

– Скажи, что это не глюк!

– Не глюк…

– И не шутка?

Стервочка задумчиво посмотрела на меня, смешно наморщила носик и, дернувшись, ткнула пальцем сенсор своей «подковы»:

– Да, слушаю…

Того, что говорил ее собеседник, мы, само собой, не слышали. Зато видели, как расширялись ее глаза. И к концу разговора, когда у стервочки задрожал подбородок, а на глаза навернулись слезы, поняли, что у нее крупные неприятности.

– Значит, так… – затараторила она, отключив связь и застучав по сенсорам терминала. – Алька, мне нужна ID-шка комма Ярослава!

– Зачем? – хором поинтересовались мы.

– В три часа дня по стандартному времени ты и твой брат должны быть у ББ, а его еще эсбэшникам проверять…

Огромный шар ОНИИК[20] корпорации «LS-Inc» возник на обзорном экране через сорок две минуты после взлета. Аля, сидящая рядом со мной, тут же прикипела к нему взглядом и, уверившись, что челнок летит к орбитальному спутнику ее мечты, вцепилась мне в руку:

– Скажи, что я не сплю, а?!

– Не спишь… Висишь в своем вирте и глючишь… – пошутил я и автоматически качнулся влево, уходя от удара острым локотком.

– Ты не понимаешь: я проработала на «LS-Inc» четыре с половиной года, но на «шарике» не была ни разу, а ББ видела только по головизору и в Сети!

– И что?

– Ну ты и солдафо-о-он! Ладно, представь, что тебя вызывают к командующему планетарным десантом, чтобы вручить, скажем, орден Пурпурной Звезды!

Представил. Вернее, вспомнил, как это было. И горько усмехнулся: меня вызывали к командующему аж четырежды! Только вот ордена, полученные из его рук, не спасли от позорного увольнения.

Увидев мою усмешку, Алька не на шутку обиделась: свела брови к переносице и по-детски выпятила нижнюю губу:

– Дурак! Я живу играми с самого детства, и… – Она с досадой махнула рукой. – А, нашла кому объяснять…

Извиняться я не стал. Так как припал к одному из обзорных экранов, на котором крутилось изображение планеты, разделенное на две неравные части линией терминатора. Светлая часть была намного больше – люди, живущие на ней, работали, строили какие-то планы или отдыхали, совершенно не задумываясь о том, что в этот момент творится на другой половине планеты. Точно так же, как и я еще совсем недавно не задумывался о том, что на окраинах любого внешне благополучного города есть целые округа, где живут люди, у которых нет ни настоящего, ни будущего. А есть только «дно» с его непрекращающейся борьбой за место под солнцем.

Смотреть на экран сразу расхотелось: там, на темной стороне планеты, было мое настоящее. То самое, из которого я пытался сбежать в виртуальный мир.

– Дамы и господа, наш челнок готовится совершить стыковку с орбитальным исследовательским комплексом корпорации «LS-Inc»! – вдруг ожила акустическая система салона. – Просим вас занять свои места и не покидать их до завершения маневров…

Единственная дама на борту тут же встрепенулась: вцепилась в виртуальную клавиатуру и принялась листать видеоканалы, выбирая ракурс, с которого стыковка смотрится выигрышнее. И тем самым отвлекла меня от грустных мыслей.

Как обычно, определиться с лучшим ей не удалось, поэтому вскоре перед ней висело сразу три голограммы: вид с оптического датчика, расположенного на носу челнока, с одной из солнечных батарей и с посадочной пятки.

На мой взгляд, оставлять следовало только первый, с которого было видно хотя бы ОНИИК. Ибо два других показывали либо космос, либо солнечную корону с крошечным пятнышком в верхней трети экрана. Однако высказывать такую кощунственную мысль я, конечно же, не стал – пока Алька сравнивала картинки, она молчала…

Касание прошло штатно – курсовой искин подвел шаттл к стыковочному узлу всего за четыре коррекции, а уже через четыре минуты нас пригласили на выход. Алька, все еще отказывающаяся верить в то, что мы на «LS-Inc», взвилась с места, как подброшенная катапультой, потом заметила насмешку в глазах заглянувшего в салон стюарда и сделала вид, что поправляет помявшееся платье.

Он сделал вид, что поверил. И учтиво попросил нас следовать за ним – провел к стыковочному узлу, первым вышел в «рукав», а затем учтиво пожелал хорошего дня.

…Вместо привычных взгляду рекламных голопанелей почти вся поверхность стен приемного зала орбитального комплекса оказалась украшена трехмерными изображениями каких-то пейзажей, фантастических существ и средневекового оружия. Я оглядел все это «великолепие» без всякого интереса, а Алька аж обмерла от счастья. А когда пришла в себя, дернула меня за рукав и принялась рассказывать о тех местах Ллеваррена[21], которые запечатлела виртуальная камера. Честно говоря, большую часть ее рассказов я пропускал мимо ушей, так как, следуя за нашим провожатым, пытался понять причины, которые могли заставить главу одной из крупнейших корпораций Конфедерации возжелать личной беседы с рядовым тестером и человеком с улицы.

Никаких особых идей в голову не приходило, поэтому к моменту, когда нас усадили в транспортный модуль и прикрыли дверь, я пребывал в сосредоточенной задумчивости – таких причин не могло быть по определению. И это меня здорово нервировало.

Еще через несколько минут, когда модуль остановился и выбросил нас в приемной, стилизованной под тропический сад, сомнений в нормальности происходящего стало в несколько раз больше. Ибо, судя по внешнему виду секретарши и стоимости оборудования на ее рабочем месте, мистер Барни Т. Баррен был просто обязан иметь как минимум десяток высокооплачиваемых сотрудников по работе с персоналом. Впрочем, стоило секретарю встать и улыбнуться, как мне стало не до размышлений: она выглядела в несколько раз сексуальнее, чем мисс Вселенная этого года!

– Ярослав и Альбина Колпины? Проходите, мистер Баррен вас ждет…

Сказать, что ко мне можно обращаться не так официально, не получилось: заметив, что я засмотрелся, Алька вцепилась в мой локоть и, не говоря ни слова, втолкнула в протаявшую слева дверь.

– Доброго времени суток, леди Альбина… Доброго времени суток, мистер Ярослав! – раздалось откуда-то издалека, и я, перешагнув через порог, оказался в самом странном кабинете, который когда-либо видел.

Он был совсем небольшим. Зато облицован не многофункциональными 3D-панелями, а настоящим камнем! На каменном же полу, прикрытом роскошной шкурой с очень густым мехом, стоял массивный деревянный стол, а вокруг него – несколько древних кресел, обтянутых, видимо, натуральной кожей. Но это было не самым странным – в правой стене кабинета зияла закопченная дыра, из которой ощутимо пахло гарью!

Похоже, удивление, которое я испытал, увидев все это «великолепие», как-то отразилось на моем лице, так как, прежде чем я успел вспомнить о приличиях и поздороваться, мистер ББ жизнерадостно хохотнул:

– Это камин. Что-то вроде очага. Его использовали в древности для обогрева жилищ открытым огнем. Да, он крайне нефункционален, никак не вписывается в требования системы безопасности орбитальных комплексов, но нужен мне для работы…

– А для чего, сэр? – не удержалась Алька.

– Живой огонь, он какой-то… настоящий, что ли… – посерьезнев, объяснил мистер Барни. – Когда я смотрю в бушующее пламя, мне в голову приходят потрясающие идеи. Кстати, что вы стоите? Располагайтесь, разговор предстоит долгий, и мне бы хотелось, чтобы вы чувствовали себя уютно…

Глава 4

Ярослав Колпин

– …Яйцеголовым из «LS-inc» надо завязывать с дурью… – буркнул я, ощутив себя комком глины, лежащим на гончарном кругу. – Или прекратить делиться своими глюками с ни в чем не повинными людьми…

Увы, слушателей, способных оценить мои выводы, поблизости не оказалось, и я попробовал осмотреться. Вернее, почувствовать окружающий меня мир, ибо глаз, впрочем, как и физического тела, у меня еще не было.

Оказалось, что я лежу на гончарном круге, стоящем в центре темной и мрачной пещеры, освещаемой лишь слабыми искорками, чем-то напоминающими свет угольков прогоревшего костра.

Тьма, окутывающая меня, ощутимо давила на психику, и минуты через две ожидания неизвестно чего я вдруг понял, что с ностальгией воспоминаю и набившую оскомину комнату для брифингов виртуального тренировочного комплекса Академии, и тупые рожи «командиров» виртуальных ДРГ[22], объясняющих нам очередную боевую задачу.