Володьку, про кого же еще.
Слезы брызнули с такой силой, что сразу размазалась тушь. Светка тоже заревела в голос.
— А ты чего? — спросила Таня.
— Потому, что ты плачешь, — ответила подруга.
Девушки обнялись и минут пять тихо лили слезы. Света опомнилась первой.
— Танька! Время видишь?! Через двадцать минут концерт начинается! Тебе уже в зале нужно быть!
— Да! Где салфетки? Посмотри, глаза сильно заплаканные? А ты как про Володьку узнала? Никому не говорила про него?! Губнушку подай, пожалуйста. Нормально? Все, я пошла.
— Ни пуха!
— К черту.
Она успела вовремя. Читая текст, быстро отыскала его в зале. Стараясь смотреть, как положено, прямо в зал, все равно возвращалась к нему взглядом, видела его серьезные с немым вопросом глаза, которые смотрели только на нее. Она боялась, но хотела видеть его каждую минуту, каждую секунду.
А к нему, за десять минут до концерта подошел приятель и в двух словах поведал то, что сейчас Дорошина про Таньку сказала, что она уже пол года влюблена.
— Танька, это симпатичная такая девчонка со 2 «Б»? В спектакле еще играла. И в кого полгода уже влюблена?
— В тебя.
— Ты серьезно?
— Это Дорошина сказала. У нее уточни. Я пошел.
— Давай, пока.
Он смотрел на нее, на пылающие огнем щеки, красивые глаза. Сидел и думал: «Вот дурак, как я раньше ее не заметил!».
После торжественной части начались танцы. Ансамбль уже настроил инструменты. Атмосфера в спортзале была праздничной, слегка возбужденной и радостной. Он отыскал Таньку глазами и собирался пригласить на медленный танец, но к нему подошла бывшая девушка и пригласила первой. Он не хотел с ней танцевать. Даже видеть ее было неприятно, но она требовала объяснений. Он обернулся, увидел, что Таньку уже пригласили. Он начинал наполняться чувством к этой милой девушке, и чтобы поскорее отвязаться от своей партнерши, повел ее в круг, желая раз и навсегда поставить крест на их отношениях.
Потом был быстрый танец. Он не танцевал. Среди толпы поискал Таню, но не нашел. Вышел в коридор, постоял с парнями. Опять подошла Оксана. Наконец снова увидел Таню. У стены среди других она показалась ему совсем одинокой. Уже не слушая, что говорит Оксана, стал проталкиваться через танцующих. Подошел в тот момент, когда парень с его курса приглашал ее. Но теперь это уже не имело значения. Он рукой коснулся ее талии, губы зашевелились, приглашая девушку. Она тоже что-то ответила одними губами и, опустив голову, пошла за ним. Музыка была громкой, говорить было невозможно. Она подняла глаза и улыбнулась ему. Столько в этой улыбке было нежности, доверчивости, стеснительной радости. Она говорила ему глазами: «Очень тебя люблю. Я самая счастливая, потому что мы танцуем вместе, и ты обнимаешь меня».
Он читал все это в ее глазах и был поражен доверчивой простатой, чистотой и наивностью.
«Милая ты моя, — думал он, — ты преподносишь мне такой дорогой подарок. Только что мне с ним делать?»
Больше всего в этот момент словом или жестом он боялся обидеть ее или оттолкнуть. Ее любовь свалилась на него как снег на голову. Он был готов отдать всего себя ей в этот вечер. Но будущее так неопределенно, он просто не успел об этом подумать. А для этой девочки не могло быть сейчас компромиссов. Ей нужна была равноценная и полная любовь взамен на ее чувство.
Такие сложности были ему не нужны. История первой Таниной любви закончилась смешно и печально.
— В каком кабинете мне можно будет тебя поцеловать? — тихо спросил он.
Сказал тихо, но для девушки эти слова были такими громкими и звонкими, что разом оглушили. Она просто физически не могла сразу ответить, потому что во рту пересохло, дыхание перехватило, а голова закружилась. Она подняла на него сияющие глаза и уточнила:
— Прямо сейчас?
Парень слегка растянул губы в усмешке и, прижав ее к себе чуть сильнее, любуясь девичьим волнением, улыбаясь, ответил:
— Если хочешь, сначала дотанцуем…
Танька смутилась и, наверно, убежала бы, но его руки обняли ее так уверенно и спокойно, словно он знал ее давным-давно, и нет повода для смущения. Закончив танец, взял ее за руку и повел, проталкиваясь через людей к выходу. Она послушно шла следом, в ушах почему-то сильно звенело.
Коридоры были полутемными, а кабинеты пустыми. Не выпуская ее руки, он нашел открытый кабинет в самом конце коридора. Пустой, темный, он был совсем не похож на тот светлый шумный класс, в котором шли занятия днем. Словно отдыхал в полудреме, а свет уличного фонаря за окном удивительно преображал его, придавая каждой парте и комнате в целом таинственность и уют. Музыка из зала, преломляясь в узких коридорах, доносилась сюда приглушенно и ненавязчиво.
Девушку начало слегка трясти, когда он сел и посадил ее к себе на колени, обняв одной рукой, принялся касаться губами щеки, уголка рта. Второй рукой, нащупав замок на платье, пытался его расстегнуть. И вдруг Танька почувствовала, что-то твердое, уткнувшееся ей прямо между ног. К такому повороту событий она совершенно не была готова, поэтому все, что произошло дальше, свершилось помимо ее воли и желания.
Его руки стали вдруг жесткими, настойчивыми, а губы раздвинули ее рот и язык полез прямо в горло. Она так испугалась, что, оттолкнув его от себя со всей силы, вскочила и закричала: «Я помню дорогу! Я не спотыкнусь!» — пулей выскочила из кабинета и понеслась по коридору.
Владимир, поднявшись с пола, выскочил за ней, крикнул вдогонку: «Тань, подожди. Ты куда?». Но девушка так быстро убегала, что не было ни одного шанса остановить ее. Он вернулся в кабинет. Открыл окно и, закурив, подумал, что она совсем еще молодая и глупая, а он полный дурак. Танька же, прибежав в комнату общежития, дрожащими руками разделась, залезла под одеяло и больше часа, пока не заснула, пыталась унять дрожь во всем теле. Весь следующий месяц избегала встречи со своей любовью. А когда его группа поехала на практику, увидела лишь мельком его со спины в отъезжающем автобусе, нещадно ругала себя за детское нелепое поведение. Через месяц он вырвался в город ради встречи и разговора с ней, но Таня, участница драмстудии, была далеко. Он написал ей записку, но она потерялась. Таня решила, что ему от нее нужно было только одно, но думать об этом было неприятно. Он решил, что своим идиотским напором так напугал девушку, что она его теперь ненавидит, если не ответила на письмо. Когда его группа заканчивала техникум, Танина
