Я рефлекторно кивнул.
– Понимаешь?
Я вновь кивнул.
– Позволь представиться, меня зовут Ярул эль Варух. Я являюсь магом Академии жизни Исварии, ну и попутно на какое-то время твоим лекарем. Голос в твоей голове, – это мой голос, – усмехнулся маг, увидев, как я озираюсь по сторонам. – Ментальная связь позволяет общаться даже с тем, кто не умеет говорить. О том, как это происходит, мне кажется, тебе не интересно, а самое главное, не нужно знать. У тебя, я так понимаю, возникло множество вопросов, и я на них обязательно отвечу. Но сначала мне хотелось бы поинтересоваться, каково твое самочувствие? Думаю, это в твоих интересах.
– Да мне бы сначала в туалет. Ну и ноги-руки развязать тоже не помешает.
Маг на какое то время замолчал, разглядывая меня:
– Тогда, я думаю, мы встретимся немного позже. Сейчас Ерам тебя развяжет и поможет разобраться с твоими делами, затем тебя накормят, а спустя полторы части мы встретимся вновь. Не беспокойся из-за пут на твоих конечностях, это вынужденная мера. Во время магического лечения многие неосознанно начинают вырываться, что может принести вред как больному, так и лекарю. Больше тебя связывать не будут.
После этих слов маг встал, снял и положил на стул обруч, сказал «послушнику» пару слов и вышел из «кельи». В голове сразу же наступила оглушающая тишина.
Ерамом, как я понял, звали «послушника». Он довольно шустро расплел узлы на моих руках и ногах, при этом оставался предельно серьезным, а потом довольно непосредственно улыбнулся и помог мне встать. Ноги были ватными и плохо слушались. Ерам кивнул на стоящую в углу бадью. Мрак! Долбаные толкиенисты, они что, полностью скопировали средневековье?! Маги, какие-то имена с дебильными приставками! А если меня большая нужда припрет – тоже в это деревянное ведро? Хотя фокус с обручем, честно говоря, производил впечатление и заставлял смутно волноваться. Сделав свои дела, благо сделать их оказалось несложно, так как одет я был в подобие женской ночнушки длиной по колено, доковылял обратно до кровати и сел.
Ерам все это время крутился рядом, как бы страхуя меня от падения. В принципе, оценивая свое состояние, я понимал, что подстраховка совсем не лишняя. Парень что-то залепетал, но, видя мое непонимание, показал пантомиму «Ерам кушает». Я кивнул. «Послушника» как ветром сдуло. Не удивлюсь, если у него где-то моторчик вставлен. Минут через пятнадцать он вернулся с глиняным горшком и поставил его на стул. Пододвинул стул поближе ко мне. Достал из-за пазухи деревянную ложку и положил рядом с горшком. Только сейчас я понял, насколько голоден! В горшке находился чистый бульон. Видимо, твердую пищу мне пока есть нельзя – догадался я.
Привередничать не стал и накинулся на содержимое древней посуды. Хотя накинулся… это мне так показалось. Со стороны все смотрелось как в замедленной съемке. Ерам поглазел на меня минуты две, потом подхватил лоханку в углу и исчез. Вернулся как раз к концу «застолья». Я сыто вздохнул. К организму явно подкрадывался сон.
Стоп, Сергей! Какой, к черту, сон? Надо хотя бы выяснить, где я! Я показал Ераму пальцем на обруч, оставшийся от мага, потом на его голову. Парень ошарашенно замотал головой. Так, у этого ничего узнать не получится. Явно чего-то боится, либо мага, либо обруча. Паренек изобразил процесс умывания. Я кивнул. Он снова испарился. Мыслим далее. Вроде меня не охраняют, дверь не закрывают, то есть не предполагают, что сбегу, не удерживают насильно. Хотя кто его знает, может, там за углом взвод солдат! Я медленно встал и доковылял до окна. Особо мне это ничего не дало, здание явно было многоярусным, а из зарешеченного окна виднелась лишь крыша нижнего яруса. Проковыляв к двери, толкнул ее – массивная деревянная конструкция с легким скрипом качнулась и сдвинулась с места. Длинный пустой коридор заворачивал за угол. Другая сторона коридора была не видна из-за двери, а выходить я побоялся, можно ведь и напугать кого-нибудь: в этом балахоне я явно похож на привидение.
Ерам вернулся довольно быстро, с тазом и ведром воды, похожими на уже знакомую мне деревянную бадью. Поставив таз на пол и вытащив из-за пояса ковш, показал: вставай в таз, буду поливать. Я помотал головой, переложил со стула на кровать обруч и указал на таз пальцем. Ерам хмыкнул, мол, как хочешь, и переставил таз на стул. Я наклонил голову над тазом, Ерам вылил ковш воды.
– Стой, изверг, она же холодная! – Я чуть не подпрыгнул.
Ерам сразу уменьшился в размерах. «Какой-то он запуганный!» – прокралась мысль. – Ладно, давай дальше», – жестами показал продолжать и снова наклонился над тазом. Повторный крик совпал с очередным ковшом воды. Теперь уже Ерам отпрыгнул от меня, а я замер, вглядываясь в свое отражение. На меня смотрел – не я.
Молча плюхнулся задом на кровать. Посидев немного, заглянул в таз еще раз: нет, точно не я. Молча осмотрел свои руки, приподняв ночнушку, глянул на ноги: как я раньше не заметил – это не мои ноги, не мои руки! Я повернулся к Ераму, тот сжался и застыл около дверей. Потом, видимо поняв, что к нему мое состояние не имеет никакого отношения, ткнул пальцем в таз, следом указал на дверь. Я кивнул.
Вернулся Ерам не один, наверное, слетал к руководству. Сначала в дверь вошел воин. Настоящий, средневековый, с мечом на поясе, в кожаной безрукавке, явно надетой не для понта и выполняющей функции бронежилета. Следом вошел Гэндальф-два, вернее Ярул эль. Не помню. За ними, пятясь задом по причине наличия огромнейшего стула в руках, кочевряжился Ерам. Впрочем, Ерам появился ненадолго и практически сразу же вспомнил о своей привычке быстро исчезать. Я молча взял обруч и протянул его магу. Он надел его и сел на стул. Я повторил действия Гэндальфа-два и напялил украшение на голову.
– Где я?
Маг ухмыльнулся:
– Обычно разговор начинают старшие. – В его голосе явно чувствовалось раздражение. – Если ты помнишь наш уговор, сначала вопросы задам я. Тем более что это не займет много времени. Но на первый твой вопрос отвечу. Ты находишься в лаборатории лекарского факультета Академии жизни.
– Почему в лаборатории?
– А ты, молодой человек, нетерпелив. Хорошо, отвечу и на этот твой вопрос. Вероятно, тебя смущает слово «лаборатория». Тут все просто, академия занимается обучением студентов и новыми разработками в области лекарского дела, отдельных помещений для содержания больных у нас не предусмотрено. Тебя все лекари признали неизлечимым, но твой отец уговорил магистра нашего заведения, чтобы лечением занялись наши маги. Заметь, успешным лечением. Все остальное я расскажу после осмотра. А сейчас я бы посоветовал тебе успокоиться – во избежание возвращения болезни.
