Читаем без скачивания Цивилизация третьего типа - Баир Жамбалов

Казалось, он сделал это преднамеренно. Ребята и так сидели в ожидании чего-то неожиданного. Акон Стан, как и остальные дориане, в своей речи на чистом английском, с синхронным переводом на остальные языки, пользовался земными терминами и смыслами. А в том, что он хорошо осведомлён о Земле, не сомневался никто, особенно Вили Стефенс.

– Ещё в позднем средневековье, 7 января 1610 года ваш Галилео Галилей навёл свой телескоп-рефрактор на ночное небо, – говорил дорианин завораживающим голосом. – Объектив не достигал и пяти сантиметров. На сегодня самый большой телескоп-рефрактор обсерватории имени Йеркса в Вильям-Бей, что в американском штате Висконсин, имеет объектив размером 102 сантиметра. А самый большой телескоп-рефлектор, что находится в России, в Карачаево-Черкессии, имеет диаметр зеркала в 6 метров. В арсенале Земли есть мощные радиотелескопы. Мы по достоинству оценили зеленчукский РАТАН-600 на Северном Кавказе и Большую антенную систему в американском штате Нью-Мехико. На орбите Земли работают ультрафиолетовые, рентгеновские и гамма-телескопы. Мы сами воочию видели ваши космические обсерватории «Эдвин Хаббл», «Росат», «Гершель», «Планк», «Радиоастрон»…

Этим утром дорианский звездолёт пролетал мимо обсерватории «Росат». Возможно, шла передача на Землю новых сведений о Вселенной. Земляне сидели весь в ожидании рассказа о дорианских достижениях в этой области. Оно оказалось недолгим:

– У нас на Дориа были телескопы-рефракторы с трёхметровым объективом и телескопы-рефлекторы с диаметром зеркала более десяти метров. На орбите находились целые комплексы космических обсерваторий.

Засветился экран, сопровождая рассказ Акона Стана. Ребята прильнули к экрану, чтобы хоть краем глаза посмотреть на Дориа, но тщетно. На экране только чернота космоса и космические обсерватории. Похоже, они многое от них скрывали, но и это тоже интересно. Не подозревали ребята, и не догадывались, что дориане забрали их именно с целью показать многое. Им нужен был собеседник, и эти молодые земляне так подходили для этой роли. И разум дорианский нашёл всё-таки собеседника именно в этой области Вселенной.

– Астрономы смотрят космос из двух точек, как мы видим мир двумя глазами. Объективы призматического бинокля, стереотрубы расставлены намного шире, чем зрачки наших с вами глаз. И на Земле, и на Дориа радиотелескопы стараются расположить на большом расстоянии друг от друга, и одновременно наблюдать один и тот же космический объект. Чем больше расстояние между приёмниками, тем выше фиксирующая способность телескопов. Теперь же образно представим, что вы, земляне, хотя у вас на сегодня нет такой возможности, разместили радиотелескопы в противоположных точках Солнечной системы, примерно на расстоянии восьми миллиардов километров друг от друга, где-то в районе орбит Нептуна или Плутона. Вы подумали, какова будет разрешающая способность этой системы. Так вот, мы, дориане, разместили два радиотелескопа на противоположных точках Лентанской системы. Расстояние между приёмниками составило пятнадцать миллиардов километров. И когда система заработала, то вся Вселенная оказалась как на ладони. Мы не только наблюдали отдельные далёкие звёзды далёких галактик, но и фиксировали планеты. Наблюдение велось со спутника, передававшего сигналы всем планетам. Мы осмотрели много областей необъятного космоса. Особое внимание привлекли несколько мест Вселенной. В их число входила и ваша Галактика «Млечный Путь». Вот тут-то подключились тысячи учёных, быстродействующие ЭВМ, нейрокомпьютеры, квантовые суперкомпьютеры и сверхпроводниковые транспьютеры. Все они делали математические выкладки, анализировали полученные данные, и, главное, подключали интуицию, что говорило о высшей целенаправленности. И, наконец, пришли к выводу, что в этой области Вселенной, в этой галактике, и, что самое важное, именно в этой части «Млечного Пути» есть не только жизнь, но и развивается цивилизация. И теперь мы здесь, и я разговариваю с вами в этом зале. А как мы попали сюда, узнаете позже.

Глава шестая

В эти дни они чувствовали себя на корабле как на экскурсии. Это были как кратковременные курсы, где информация шла за информацией, как единый поток, богатый разнообразием. Каждая лекция дорианина сопровождалась видеоизображением на стереоэкране, а то и голограммой в формате 3-D. Перед молодыми учёными воочию предстали те самые гигантские радиотелескопы на разных концах Лентанской системы. И многое другое. Небывалые, по земным меркам, знания представляли собой цену несоизмеримо высокую, чем какие-либо материальные сокровища.

После завтрака лекцию вела дорианка по имени Сари Ларн, само проявление стройности и красоты. Маленький, но уютный зал покорил мягкий мелодичный голос, так приятный для слуха землян.

– Вас, наверное, заинтересовал тот факт, как дорианский звездолёт оказался в вашей Солнечной системе. И не только… Мы не наблюдали просто так, мы провели активную деятельность на самой вашей планете. А ведь нас разделяет пять миллиардов световых лет, – вот так непринуждённо начинала лекцию Сари Ларн.

В воздухе витал ответ, можно сказать, на самый главный вопрос землян. «Как они оказались здесь»? – не раз спрашивал каждый из них сам себя. Кажется, сегодня они узнают это.

– Используя космические корабли с управляемым термоядерным реактором, а также ракеты с фотонным двигателем, мы, дориане, стали хозяевами Лентанской системы, – приятная мелодия голоса так и господствовала в этом зале. – И всё же эти корабли не позволяли нам стать цивилизацией третьего типа и овладеть энергетическими ресурсами всей галактики. Новая идеология – стать именно цивилизацией галактического масштаба, толкала нас вперёд на развитие и только на развитие, на такой неимоверный технико-технологический прорыв. Информация и экономическое взаимодействие между далёкими друг от друга звёздными системами должны будут осуществляться не десятилетиями и годами, а всего лишь днями. Нужен был принципиально новый, не только галактический, но даже межгалактический звездолёт. С созданием его разрешался сам вопрос освоения всей Галактики.

На экране продолжали блистать своей мощью звёздные корабли, когда Сари Ларн лёгким кивком головы поправила волосы и обратила свой ясный взгляд на аудиторию. Казалось, она создавала здесь необычную атмосферу доверия, особенную ауру. Затем она, Сари Ларн, тем же бархатным, но магическим голосом продолжила лекцию:

– Вы, наверное, читали в журнале «Классическая и квантовая гравитация» статью английского физика испанского происхождения Мигеля Алькубьерре про гиперпространственный двигатель.

Сари Ларн оглядела аудиторию, будто искала подтверждение своим словам.

Молодые люди были знакомы с этой статьёй. Никто не удивился, что дорианка упомянула работу Алькубьерре. Как поток нейтрино проходит сквозь Землю, так и они, казалось, пронизали планету вдоль и поперёк, и знали о ней практически всё. Ребята понимали, что гиперпространственный двигатель в принципе возможен, но для этого землянам потребуются столетия, если не тысячелетия, чтобы осуществилась техническая реализация этой идеи. Они знали теперь, что после освоения Лентанской системы у дориан возникла острейшая необходимость в таком двигателе. Ведь они к тому времени получали и хранили антивещество, владели энергией управляемого термоядерного синтеза, широко использовали высокотемпературную сверхпроводимость.

– Везде, где бы ни находился разум различных цивилизаций, будь он в той или иной области Вселенной, раньше или позже, но он приходит к той или иной научной идее, к тому или иному фундаментальному открытию, к той или иной конструкторской мысли, к тому или иному техническому изобретению. Так было и на Земле, когда два человека, Попов в России чуть раннее, и Маркони в Италии, независимо друг от друга пришли к изобретению радио. На Дориа также техническую идею гиперпространственного двигателя почти одновременно выдвинули Кон Сарт и Лен Каран. Дориане отдали честь обоим и кропотливо занялись работой для наступления на галактику. Были задействованы тысячи учёных вместе с мощными суперкомпьютерными и транспьютерными системами седьмого ряда, седьмого поколения, оснащённых пятью новейшими многоядерными процессорами с заданной производительностью в сотни квадриллионов операций в секунду. Анализу подверглись миллиарды вариантов решения этой задачи. Суть всей работы состояла в том, чтобы выбрать один правильный вариант и на его основе создать единственную, но верную конструкцию. Эта конструкция в свою очередь должна развиваться автономно от примитивного к сложному. Ценой титанических усилий и огромного труда дорианский разум и его помощники – суперкомпьютеры и транспьютеры седьмого ряда создали гиперпространственный двигатель для галактического звездолёта. Так техническая идея воплотилась в практическое применение. Дорианская цивилизация ринулась штурмовать далёкие звёзды «Алакса». И так покорилась мечта. Вслед за первым звездолётом были построены сотни, тысячи таких кораблей. Галактика постепенно становилась владением дориан. Мы стали совершать дальние полёты за пределы «Алакса», в соседние галактики. Венцом всех этих полётов стало открытие обитаемых миров. Но, к сожалению, цивилизация, если таковая существовала, находились на таком уровне, что о контакте не могло быть и речи. Мы просто не стали вмешиваться в ход истории этих миров. Пусть муравейник живёт сам по себе. Прошло около ста дорианских лет, примерно равных земным годам, когда мы решили утолить своё давнишнее любопытство. И вот самый мощный в нашей истории звездолёт ринулся покрывать расстояние в пять миллиардов световых лет. Наш звездолёт «Ниракс», что по земному означает «пионер-первопроходец», оказался дальше всех от родной Галактики. До этого дориане не совершали такой гиперпространственный полёт. Отсюда в гигантский телескоп видна только зарождающаяся Лентанская система Галактики «Алакс».