сюда! Пол был заварен и отшлифован высокоскоростным буфером — прямо под самой крупной метеоритной пробоиной!
Следы ремонта в пятне света выглядели всего лишь рябью; по ним можно было бы пройти двадцать раз и не заметить их. Энгельхарт перевел взгляд с них на скопление звезд над разрушенным куполом и почувствовал прилив беспричинного страха.
Следуя по следам сварного шва вокруг места падения метеорита, Чанг продолжил вполголоса:
— Кто починил пол? И почему они сначала не починили крышу, чтобы обеспечить себя воздухом для работы?
— Возможно, они послали роботов для выполнения этой работ, — предположил Энгельхарт. — Это объясняет присутствие того, которого мы нашли.
— Возможно, — согласился Чанг. — Но почему они не закончили работу? Что-то остановило их на полпути? Или ремонт все еще ведется и они должны вернуться в любой момент? Кестон! — Не было необходимости кричать в телефон скафандра, но он все равно обнаружил, что делает это. — Передайте Адхему, чтобы пробуждал солдат! Энсон! Отзовите Банерджи и направляйтесь к кораблю! Вон отсюда, Энгельхарт, прыгай!
* * *
Четверть часа спустя Чанг стоял, глядя в иллюминатор в носу корабля, пока они не оторвались от спутника и не начали неторопливое падение на орбиту, которая должна была коснуться атмосферы и затормозить их для плавной посадки на планету.
Вдруг Кестон воскликнул:
— Капитан! Хардести только что заметил вспышку за кормой. Сейчас она ушла в тень радара, но ему хватило времени, чтобы убедиться, что это не метеор. Это был корабль!
— Какого типа? Большой? Маленький?
— Маленькая ракета. Вроде той, которую мы нашли на Луне.
— Наверное, это она и была, — отрезал Чанг. — Дили, Спинелли, быстро посадите нас.
— Вы имеете в виду очень быстро или просто быстро? — спросил Спинелли, когда рука Дили дернулась, чтобы включить навигационный компьютер. К этому времени вся радость навигатора испарилась, но плохое настроение не замедлило его реакции.
— Очень быстро. Как пробка из бутылки. На самом большом участке открытой ровной местности, который вы сможете найти недалеко от полуденного меридиана. Адхем!
Офицер-биолог оглянулся.
— Как там солдаты?
— Сейчас мы вытаскиваем их примерно с интервалом в восемь минут, — ответил Адхем. — Сто двадцать уже бодрствуют или работают.
— Расставьте их по постам, Энгельхарт! — отчеканил Чанг.
Энгельхарт нажал красную кнопку в левом верхнем углу панели управления. На корабле слабо прозвучал звонок.
— Бутылочная пробка приближается! — рявкнул Спинелли. — Мы спустимся менее чем через тридцать секунд… СЕЙЧАС!
Двадцать девять секунд спустя корабль, раскаленный докрасна от ураганного полета сквозь атмосферу, поджег на полмили вокруг себя травоподобные растения, примерно в центре гладкой холмистой равнины. На равнине кое где виднелись небольшие группы деревьев. Энгельхарт приказал активировать огнетушители, и когда дым от их работы рассеялся Чанг увидел в смотровом иллюминаторе голубое небо, немного более темное, чем на его собственной планеты, и солнце, немного более желтое, чем то, под которым он вырос. Но растительность была зеленой и колыхалась на ветру, как обычная трава, а на горизонте слабо виднелись низкие голубые горы. Он сказал почти рассеянно:
— Дили, это великолепный мир.
Дили должен был быть доволен. Он пришел к выводу о существовании этой планеты с расстояния в девяносто световых лет и вывел корабль из гиперпространства в пределах полумиллиона миль от нее — замечательный пример навигации — так что был повод для поздравлений.
Но он надеялся на планету-джекпот. И это была не она, кто-то другой был здесь первым. Энгельхарт спросил:
— Что вы предлагаете нам делать, сэр?
— Сидеть сложа руки, — проворчал Чанг. — Что еще? Мы не можем быть уверены, что корабль, который заметил Хардести, был тем, который мы видели на Луне, но если это так, то тот факт, что его шлюзы оставались открытыми, пока он находился на спутнике, позволяет предположить, что им может управлять робот, которого мы нашли.
Они переварили это молча.
— В этом случае мы можем предположить, что местные жители нанесут нам визит, и очень скоро, даже несмотря на то, что мы обогнали любую мыслимую ракету при проходе через атмосферу. Возможно, мы слишком поторопились, предположив, что, поскольку лунный купол был пуст и поврежден, построившие его люди совершили космическое путешествие и забросили его. Возможно, мы прилетели как раз во время ремонтных работ.
— Тогда где прячутся эти жители? — сухо спросил Кестон, Чанг пожал плечами:
— Это старый мир. Населяющая его раса может не соответствовать нашим представлениям. Может быть, они не строят города и дороги. Возможно, они живут в изолированных домах и передвигаются по воздуху. Энгельхарт, держите своих людей на постах. Адхем!
— Капитан?
— Вы проводите тесты воздуха и почвы, на вирусы, бактерии и яды?
— Да, тесты в процессе. Я сообщу, как только данные будут готовы.
Они ждали. Во всяком случае было маловероятно, что бы в радиусе нескольких миль находилось много туземцев. Спускаясь, они не увидели ни дорог, ни городов, ни космопортов, ни признаков каких-либо сооружений поменьше. Правда, времени на поиски у них было мало. Они преодолели сто тысяч миль, включая сто или около того миль видимой атмосферы, за двадцать девять секунд, и даже так называемые камеры мгновенного действия не могли удерживать фокус на такой скорости. Но эта почти плоская и голая равнина казалась первозданной и дикой, и если бы она была достаточно большой, Спинелли мог бы увидеть ее еще с орбиты внутреннего спутника…
Динамик Адхема щелкнул и что-то пропищал, после нескольких кратких комментариев офицер-биолог беспомощно сказал: "хорошо" и повернулся к Чангу:
— Я могу дать этому месту свидетельство о полной биологической безопасности, — сказал он. В его голосе звучали неодобрительные нотки. Чанг вопросительно приподнял одну бровь, Адхем продолжил:
— Ни в одном из взятых нами образцов почвы, воздуха и растений нет ни одной бактерии, вируса или субвируса. Признаков ядов тоже нет, но я этого и не ожидал. Но отсутствие бактерий — это противоестественно!
— Возможно, это и противоестественно, — спокойно сказал Чанг. — В конце концов, единственные бактерии на борту нашего корабля — это кишечная флора и некоторые хорошо одомашненные организмы в больничном отделении, а это тоже неестественно, мы это прекрасно знаем.
— Но мы не смогли бы сделать это с целым миром! — возразил Энгельгарт.
— Почему нет? Я думаю, что это возможно для расы, представители которой могут позволить себе покрыть дюрасталью шлюз снабжения города, находящегося под давлением.
— Да, но… — Энгельхарт закусил губу и посмотрел на Адхема. — А как насчет местных растений? Как насчет фиксации азота, например?
— О, это не имеет значения, — нетерпеливо ответил Адхем. — Растения выделяют из клубеньков на корнях фермент, который выполняет ту же работу. Но, честно говоря, капитан, это меня беспокоит!
