— Меня Лера зовут, — протягивает мне ладошку.
— Марат. Дальше, — тороплю ее, не прикасаясь к руке.
— Очень приятно, — взмахивает ресничками. — Марат, а ты не подвезешь меня до торгового центра сегодня? Водитель задерживается, а мне очень туда надо, — облизывает подкаченные губы.
— Ты меня с такси перепутала, Лера. Я частным извозом не занимаюсь, но могу пару номеров подкинуть, если надо. Нет? Тогда я пошел, у меня пара, — не дожидаясь ответа, выхожу на улицу.
Вижу, как прямо у входа останавливается представительская иномарка. Выходит водитель в черном классическом костюме, обходит тачку, открывает дверь и подает руку пассажирке. Элегантно поставив маленькую ножку в туфельке на тротуар, затем вторую, и оперевшись на его ладонь, из салона появляется Ро. Бледная, но все равно чертовски красивая.
Русые волосы распущены, только на висках собраны маленькими блестящими заколками. Снова в платье. Коротенькое, до середины бедра, с легкой юбкой в несколько слоев, с ремешком на талии. Умница в этот раз сверху накинула короткую курточку.
Увидев меня, Аврора вздрагивает и спотыкается.
Не такой реакции я ожидал.
Водитель уезжает. Она поднимается по ступенькам мимо меня.
— Ро, — зову сероглазку. Снова вздрагивает и не оглядывается, только шаг прибавляет.
Не, так не пойдет!
Догоняю, осторожно ловлю ее за руку и тяну за собой.
— Что ты делаешь? — возмущенно сопит. Я сильнее и ей приходится перебирать ногами, чтобы банально не упасть. — Марат!
Увожу ее за корпус, разворачиваю к стене, выставляю ладони по обе стороны от ее лица и смотрю в глаза. А она взгляд от меня прячет и щеки розовеют. Я не помогаю. Выжидательно смотрю на нее, требуя объяснений.
— Я пьяная была, — а вот и оно. — Впервые в жизни так напилась и вот, натворила… — рвано вздыхает. — Извини.
— За что? — молчит. — За то, что воспользовалась моим интересом к тебе? Или за то, что мы целовались и тебе понравилось? Ро, — прикасаюсь костяшками пальцев к ее скуле. — Маленькая, за что ты извиняешься?
Я понимаю, что совсем не злюсь. Она выглядит такой растерянной и смущенной. Вот там из машины выходила такая надменная аристократия, а сейчас передо мной снова моя настоящая Аврора. Живая, немножко замученная, невыспавшаяся.
— У нас ничего не получится, Марат, — она решается посмотреть мне в глаза. — Это была безрассудная глупость с моей стороны.
— Перестань, — глажу ее по щеке. Ро не отталкивает, но и не поощряет. — Все же было хорошо. Я видел в твоих глазах, тебе нравилось. И ты хотела еще.
— Это текила. Я больше никогда не буду столько пить. Спасибо, что не воспользовался мной и не… ну ты понял.
— Ты обалдела?! — вот сейчас начинает подбешивать. — Ро, я не святой, конечно, но я бы не тронул тебя в таком состоянии! Ты этого испугалась?
— Я не испугалась, — неубедительная ложь. — Отпусти, и давай просто забудем вчерашнюю ночь. У тебя в нашем универе наверняка есть другие девочки для… — ее голос снова рвется. — Не важно. Я пойду. И так сильно опоздала. Извини, Мар.
Отпускаю. Она цокает каблучками, все удаляясь от меня. Жалеет, значит. Только не вяжется у меня то, что она сказала и то, что показала мне в своих красивых серых глазках. Выбор между тем, что правильно, и тем, чего ей хочется. И Ро склоняется к тому, что для нее кажется правильным.
— Блядь! — всаживаю кулак в кирпичную стену и сгибаюсь от боли, прижав руку к себе.
Боль немного отрезвляет. Никто ведь сдаваться не собирается. Не могу я ее взять и отпустить. Она застряла у меня в голове, эта чертова Стоцкая!
Стоять тут бессмысленно. Иду в наш корпус, заворачиваю в сортир, смываю кровь с руки и долго держу под холодной водой, чтобы не было отека.
В аудиторию вваливаюсь и буквально врезаюсь в Ромку. Он отскакивает от меня, удивленно смотрит на раненую руку.
— Ну что, чпокнул папину дочку? — бесит меня своим вопросом.
— Я тебе сейчас ебало вскрою, Макаров! Отвали! — рявкаю на него, схватив за грудки.
— Воу, воу, — он поднимает ладони вверх. Отпускаю его. — Остынь. Ну не дала и не дала. Бывает. Мы не теряем надежды. Ставки растут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вы задрали! Не дай бог Аврора узнает о ваших играх! — мне безумно хочется ему врезать. Вот просто так. Слить куда-то все, что бурлит в венах.
— Не узнает, не боись, — Ромыч на всякий случай делает пару шагов от меня. — Чат же закрытый, Мар. Только для своих. Не кипятись.
А то я не знаю, где учусь. У нас тут спецов хоть отбавляй. Надо будет, и чат вскроют, и всю инфу из него обнародуют, но парням плевать, они развлекаются, меряясь кошельками.
— Кстати, — от одного только моего взгляда Макаров решает отойти еще немного дальше, — вы же на другое ставили.
— Так ты же вчера из клуба с ней ушел. Я продул, кстати. Сорри, думал эта куколка на тебя не поведется…
— Дальше! — я сейчас точно ему всеку.
— Ну мы и решили поднять интерес, — скабрезно улыбается Ромка. — Мар, да я клянусь, не узнает твоя девчонка. Это ж так, прикол между пацанами. Да и ты не участвуешь. Так что я вообще не понимаю, чего ты так паришься?
— Выберите другой объект для своих приколов, — требую у него.
— Ты че, реально влюбился? Брат, да ты же знаешь, там без вариков. Ну погуляли вы вчера. А сегодня она где?
— Просто закрывайте к херам свои тотализаторы! Остальное вас не касается!
— Да я понял, решу, — Ромыч сваливает от меня спиной вперед, едва не рухнув со ступеньки.
Надеюсь, что решит. Потому что все это больше не забавно. До вчерашнего дня мне было просто плевать на их развлечения. Сейчас ситуация в корне поменялась.
Сажусь на свое любимое место и падаю лбом на рюкзак. В висках стучит, на лекции сосредоточиться не получается. Я думаю о собственных чувствах.
«Ты че, реально влюбился?» — крутится в голове.
Смакуя вопрос Макарова, никак не решаюсь на него ответить. Но ведь это так просто.
Да, я влюбился. И это даже не чувство. Это диагноз.
Глава 4. С днем рождения
Глава 4. С днем рождения
Аврора
Я категорически не хотела идти сегодня в универ. Из-за него и не хотела! Еще из-за первого в жизни похмелья, но даже это стало второстепенной причиной. Дома всем оказалось наплевать на мое самочувствие, и даже на день рождения. Отец отчитал за безответственность, мама сказала, что я позор семьи и не сбежала бы в ночной клуб с друзьями, и тем более не явилась бы пьяной под утро, надо мной бы сжалились, ведь «настоящий» праздник запланирован только на сегодняшний вечер и я могла бы выспаться. Но нет. Никто меня не пожалел и «позор семьи» доставили на учебу, хоть и с задержкой.
А тут Марат. И смотреть ему в глаза мне стыдно. Даже перед родителями не было столь сжигающего чувства, сколько перед ним. Такое натворила! Села на байк к парню, которого знала пять минут и … целовалась с ним!
«Ро, у тебя поехала крыша!» — заявила я себе еще утром, когда мать заставила меня подняться с кровати.
А мне так понравилось, как он меня назвал. Ро… Смешно и мило, особенно из уст брутального байкера, от которого так пахнет, что голова кружится. И дело даже не в одеколоне. От него пахнет свободой, ветром, дымом сигарет, бензином и кожей. Его горячей, немного терпкой кожей.
Это было безумие. Краткосрочное помешательство. Я обвинила во всем текилу и решила, что будет правильно с ним больше не общаться. Все равно у нас ничего не выйдет. Мы очень разные. Чтобы убедить себя, представила Марата в его косухе за нашим праздничным столом. Скатерти, множество приборов, дорогое шампанское. Все это никак с ним не сочетается.
Но ведь в этом и прелесть. Разве нет? Он другой, а я хотела попробовать именно это. Нечто не приторно сладкое. Попробовала, при чем и в прямом смысле тоже. На этом все. Тогда почему наш с ним разговор отозвался неприятной болью в центре груди? После него сложилось ощущение, что я его использовала.
По сути, так и есть, но признаваться в этом отвратительно даже самой себе.
