Бывший муж донес меня до гостиной и сбросил на мягкий диван. Я подскочила на мягком матрасе. Там еще валялся плед, и видимо, Арман и вправду тут спал. Хотя какая мне теперь разница? Изменял он или нет? Меня это больше не должно касаться! Тем более сейчас есть проблемы куда важнее.
Раньше я была любимой женой, стояла за спиной своего мужчины, была под его защитой, и появление детей стало бы закономерным и долгожданным итогом. Но сейчас, когда он отказался от меня так же легко, как проиграл целое состояние в карты, после того как пошел на поводу у недодрузей и подписал магический договор о расторжении нашего брака, оказаться беременной от него было бы большой ошибкой.
Когда я слышала от воспитательницы в приюте, что мы прежде всего должны выбирать отца нашим детям, а уже потом мужчину себе, я не понимала ее. Верила, что однажды полюблю мужчину, и уж он по умолчанию будет просто замечательным отцом. Как иначе?
Пожалуй, теперь я была готова с ней согласиться. Из Армана получится никудышный отец, из него даже муж вышел так себе. Стоило только действительно важной проблеме свалиться на наши головы, как он, почти не сомневаясь, расплатился моим телом, а потом и моими чувствами. Я уже молчу о том, что он сам стал источником наших бед.
Да и с моими решениям Арман явно не считался. Ведь знал, как много для меня значит практика в центральном госпитале. Как мне нужен диплом после практики.
И что я получаю взамен своего доверия, которое он так долго сам завоевывал? Муж просто снова предал меня.
Он ведь понимал, что мне не дадут диплом, что я не смогу встать на ноги. А ведь я всегда боялась от кого-то зависеть. Верила, что должна рассчитывать в этой жизни только на себя. Эти нехитрые законы нам вбивали в голову в приюте. Равно как и обходить аристократов стороной. Кто мы, а кто они? Только поглумятся, попортят и выбросят на обочину жизни.
Именно так и вышло. Нарушила одно вдалбливаемое в мозг сирот правило, и все пошло по наклонной.
Вот я и осталась у разбитого корыта. Ни с чем. А теперь еще могу оказаться беременной.
— Посиди смирно. Я сейчас принесу тест, — бросил бывший муж и отвернулся от меня.
— Откуда он у тебя?
— Я заранее купил, — невозмутимо отмахнул дракон.
— Спланировал, значит, все. И для чего, Арман?
— Я понял, что хочу сына, наследника.
— Тебе надо было подождать всего год, — устало проговорила я и потерла виски. Голова начала болеть.
— Это слишком долго.
— Это слишком подло, — вызверилась я.
— Это сейчас ты так думаешь.
— Нет. Я так буду думать всегда.
— Зато ты никуда не денешься от меня, — снова отмахнулся он.
— Мы больше не муж и жена, — напомнила я этому непробиваемому дракону.
— Я разберусь с договором.
— Ты не можешь разобраться с собственной жизнью, — устало проговорила я, пряча свои эмоции. Одна только мысль о том, что я жду от Армана малыша, заставляло сердце сжиматься от невероятной боли.
— Ты смиришься, — бросил он напоследок и вышел.
Да только недолго я была одна. Забыла, что в особняке есть Элизабет. Именно она и опустилась в кресло напротив. Соперница была уже при полном параде, все в том же откровенном алом платье. Драконица закинула ногу на ногу, демонстрируя острый носок дорогой лаковой туфли. Ее каштановые волосы спускались по плечам до самой талии.
— Ты даже уйти не можешь нормально, — обронила она и наградила меня надменным, уничижительным взглядом.
— А ты все никак не успокоишься. И как? Сладко было стонать в комнате одной, м? — усмехнулась я.
— Жалкая сиротка. Ты должна была быстрее ветра свалить отсюда. Но видимо, тебе и в любовницах хорошо.
Я скрипнула зубами. А Элизабет довольно оскалилась. Однако наедине мы были недолго. Арман так торопился узнать, отец ли он, что прибежал сразу же и передал мне коробку с тестом. От него прямо разило нетерпением.
Мои руки заметно подрагивали. От Элизабет не укрылось, что именно бывший муж мне вручил.
— Лизи. Оставь нас Хлоей. И впредь не распускай гнусные слухи о нас, — сразу же повернулся к драконице Арман. Та прищурилась, гневно сверкая глазами и переводя их с него на меня. Но гораздо сильнее доставалось коробке, что я сжимала в пальцах. Удивительно как она не вспыхнула ярким огнем.
Элизабет грациозно поднялась, даже не стала оправдываться. Откинула волосы за спину. Я тоже встала, чтобы, наконец, найти в себе силы сделать тест. Арман отошел от нас и присел в кресло.
Но драконица не могла уйти просто так.
— Арман, я просто перебрала вчера, вот и была немного не в себе. Но ты прости меня, мы с Хлоей, скорее всего, друг друга не поняли. Впрочем, извини меня, дорогая, — растянула накрашенные губы в подобие улыбки Элизабет.
Арман потер лоб, но явно остался доволен извинениями. Он так легко принял их. А стоило бы выгнать мерзавку. Но что поделать, он всегда спускал ей все с рук — и когда она откровенно флиртовала с ним при мне, и когда невзначай приседала рядом на подлокотник его кресла и клала руку ему на плечо. Но муж лишь посмеивался на мои замечания о неподобающем поведении драконицы.
Вот и сейчас он явно не принял все всерьез, его заботило другое.
Только вот я не ожидала от Элизабет того, что произошло дальше.
— Дорогая, мой брат поступил грубо. Но я не могу оспаривать дела мужчин. Однако знай, я сочувствую тебе. — А потом она, обняв меня за плечи и склонившись к самому уху, произнесла то, от чего меня прошиб холодный пот: — Если ты беременна, то не переживай, я воспитаю твоего ребенка как своего.
Почему в ее словах прозвучало столько уверенности?
Глава 4
Я направилась в ванную комнату, чтобы наконец узнать, беременна ли я. Пока делала тест и ждала результата, сжимала пальцы на белоснежной раковине.
Меня насторожила последняя фраза Элизабет и даже не слова о моем малыше, а ее чертова уверенность, что именно она будет заниматься его воспитанием. Сразу вспомнилось, как Арман подмахнул договор, не читая. Что если там не все так просто было? Да и слишком нагло она себя вела в нашем доме.
Я приказала себе не паниковать раньше времени и дождаться ответа. И спустя бесконечно долгую минуту на тесте высветилась одна полоска.
Слава драконьему богу! Обман моего мужа не увенчался успехом. Теперь меня ничего не будет с ним связывать.
Я вышла из ванной комнаты, вернулась в гостиную. Муж подорвался с кресла, с такой безумной надеждой смотря мне в глаза, что меня на миг даже кольнуло чувство вины.
Я, в отличие от него, была рада такому исходу. Чем с таким отцом, лучше вообще без него. Да и мне сейчас надо самой устроиться в жизни. Встать на ноги. А там у меня обязательно будут дети.
— Ну что, ты беременна? У меня будет сын?
— Сын? Может, там дочь, — скривила я губы, не удержавшись от шпильки.
— Нужен сын. А дочь уже потом можно родить, — беспечно отмахнулся муж, чем выбесил окончательно.
— Что б ты знал, ты не на божественной раздаче, чтобы заказывать пол малышу.
— Неужели я стану отцом! — Муж ничего уже не слышал. Он заранее ликовал. Рванул ко мне, чтобы обнять и закружить по гостиной. Да только я не дала ему и шанса.
Бросила в него тест, Арман растерялся и подхватил определитель беременности. Его расстроенное лицо стало мне хоть какой-то отрадой.
— Оплошал, муженек. Больше нас ничего не связывает. И руки не забудь помыть! — Но Арман не ответил мне. Он просто упал в кресло, сжимая в руках мой тест и отсутствующим взглядом смотря в окно.
Я решила воспользоваться этой заминкой и вышла из дома. Наконец-то за мной никто не бежал и не закидывал на плечо, как пещерный дракон.
Я подобрала свои чемоданы, подошла к калитке, потянулась к ручке, обнажая свое запястье с меткой-руной, что была залогом нашей искренней любви, и поморщилась.
А ведь именно ее нанесение стало одним из основных кирпичиков в фундаменте моего доверия к Арману. Он — чистокровный дракон и рано или поздно встретил бы истинную. А вот такая несводимая руна блокировала истинность и защищала меня от того, что Арман в итоге по зову ящера уйдет к другой самке. Людям же ставили просто половину руны, чисто как знак парности. На мне она не работала, ведь зверя я не имела. Вполне распространенная практика. Канули в прошлое те времена, когда драконы полагались на инстинкты ипостаси, которые заключались в размножении и защите потомства.
