Поэтому нашему вниманию представлено огромное разнообразие «известных неизвестностей» и «неизвестных неизвестностей» — ворота открыты для любого рода причудливых вариантов прижизненного облика ископаемых животных.
Эти гипотетические возможности исследовали в данной книге Джон Конвей и С. М. Коземен. Палеонтологи и палеохудожники всё время говорят об идеях такого рода — о возможности того, что ископаемые животные были потрясающе яркими, что у них были половые органы огромного размера, или что в прохладных и даже в холодных местообитаниях, которые они иной раз населяли, они были защищены жиром, толстой шкурой или пушистой шерстью — но это первый раз, когда идеи такого рода широко обсуждаются в печати.
Джон Конвей и С. М. Коземен — двое из числа самых интересных современных художников, которые рисуют ископаемых животных. Оба они сочетают замечательное внимание к деталям и техническую точность с пониманием искусства и истории искусства, а также с желанием двигаться вперёд, чтобы создавать что-то новое, что-то инновационное. Что особенно примечательно, они оба работают в цифровом пространстве, и Интернет — настоящий дом для многих из их работ. Подборка выдающихся работ Джона недавно была представлена в потрясающей книге «Dinosaur Art»{14}, и он быстро стал известным как художник нового поколения. Его динозавры и птерозавры — не броские, ярко расцвеченные существа, и они не показаны в стереотипном пейзаже из пальм и вулканов, а реалистично исполнены в приглушённых тонах, тонко расцвечены и вписаны в фоны, которые некоторые сравнивают с картинами импрессионистов или с китайскими акварелями. С. М. Коземен лучше всего известен по его замечательным вымышленным и «альтернативным» животным, которые созданы как представители эволюционных сценариев предполагаемого будущего (см. его проект «Все грядущие дни», свободно доступный в Интернете, об эволюции человека) или как жители других планет (см. его проект «Снайад»). Его гипотетический «разумный динозавр», позже получивший название Avisapiens saurotheos и созданный как противоядие от зелёных чешуйчатых гуманоидов, которых вообразили некоторые палеонтологи, стал сенсацией в Интернете.
Сверху: два инопланетных существа, хищный Kahydron и бронированный травоядный Allotaur, из проекта «Снайад» С. М. Коземена. Внизу: разумный Avisapiens, также работа С. М. Коземена.
В будущее!
Эта книга затрагивает некоторые предположительные моменты, касающиеся жизни в прошлом; её авторы также не отказывают себе в удовольствии провести мысленный эксперимент, связанный с гипотетическим будущим. Мы, люди, против интерпретации зачастую фрагментарных остатков ископаемых рептилий и других животных — нам требуются десятилетия, много удачи и огромный объём кропотливой детективной работы, чтобы осознать истинные особенности жизни мелких хищных динозавров, гигантских морских рептилий вроде плезиозавров и мозазавров, и других таких существ. Подумайте о многих ошибках, которые мы сделали на этом пути: плезиозавры с потрясающе длинной шеей, ошибочно принятой за хвост, игуанодон, которого представляли как похожее на носорога рептильное «толстокожее», птицеподобные хищные динозавры, изображённые скорее как огромные ящерицы, или даже как гигантские черепахи (так случились с терезинозавром), и многое другое.
А теперь предположите, что могло бы случиться, если бы гипотетические не-человеческие учёные столкнулись с остатками современных животных. Если мы представим себе, что эти любопытные и продвинутые в плане науки существа пробовали реконструировать современных птиц, млекопитающих и других животных, получатся ли у них в итоге реконструкции, которые близки к реальности? Это интересный мысленный эксперимент. Действительно, как-то несколько лет назад я сам попробовал сделать это, задавшись вопросом о том, как могли бы быть реконструированы современные китообразные, если бы их рассматривали гипотетические учёные будущего, не зная о мягких тканях млекопитающих. У многих китообразных необычно высокие остистые отростки, поднимающиеся вверх от их позвонков; такие отличительные структуры, как жировая подушка в верхней части головы и лопасти хвоста, совершенно отсутствуют у ископаемых остатков, и нет никаких чётких следов наличия толстого слоя ворвани. И вот здесь представлены результаты моих трудов 1997 года, когда я представил себе дельфина-афалину и белокрылую морскую свинью, всё время делая вид, что я — палеонтолог будущего, не человек, и не представитель млекопитающих…
Однако, некоторые черты, известные как остеологические корреляции{15}, могут с некоторой степенью надёжности использоваться для того, чтобы судить о мягких тканях или о наружных покровах по особенностям скелета. Обладающие хоботом млекопитающие вроде слонов имеют необычные углубления в костях и другие образования вокруг увеличенных носовых отверстий в их черепе, которые помогают прикрепляться мускулатуре, связанной с хоботом, а также обладают особенно сильно расширенным отверстием в черепе для одного из нервов, который контролирует хобот. Жировые подушки и спермацетовые органы зубатых китов размещены в вогнутых областях на верхней части черепа, а форма позвонков на конце хвоста указывает на наличие у китообразных горизонтальных хвостовых лопастей. Однако это те вещи, которые мы обнаружили, пользуясь преимуществами ретроспективы, или же исследовали специально, потому что изначально мы знали о строении мягких тканей. Если мы справедливо предположим, что современные животные представлены в летописи окаменелостей будущего фрагментарными остатками, точно так же, как древние окаменелости в настоящем, современном мире, то результаты работы наверняка будут очень сильно отличаться от исходного положения вещей.
Наука и предположение остаются счастливыми союзниками до тех пор, пока мы не уносимся в облака, в своих предположениях, и пока мы утверждаем, что на первом месте для нас стоят твёрдые свидетельства. Когда речь идёт о реконструкции ископаемых животных, будет всегда существовать огромное количество аспектов анатомии, поведения и образа жизни, которые останутся неизвестными, и для которых будет допустима, и даже необходима капелька разумного предположения. Наслаждайтесь путешествием.
Все минувшие дни
Часть 2
Какие образы приходят на ум, когда вы слышите слово «динозавр»? Возможно, вы рисуете себе картину огромных неуклюжих животных, скрывающихся в болотах древних эпох; или, возможно, вы представляете себе гибких хищных динозавров, бегущих на тощих ногах, совершенные машины для убийства с пастями, разверстыми в бесконечном крике. В последние годы эти представления стали вредными стереотипами, одевающими доисторических животных в смирительные рубашки внешности и поведения. Мы хотели найти выход — способ показать динозавров (и других вымерших животных мезозойской эры) как правдоподобных реальных животных, которые участвуют в таких сложных актах поведения, как игра, ухаживание и выражение любопытства.
