— В чем же?
— Я тоже отступаю. Но в такие моменты мне очень жаль себя.
Майкл улыбнулся и наклонился к ней, не в силах сдержать желание коснуться руки Эммы. Нежно взяв ее руку, он погладил ладонь большим пальцем.
Эмма отвела глаза и с преувеличенным вниманием следила, как мерцает огонек свечи. Майкл продолжал ласкать ее ладонь.
— Вы удивляете меня, — вдруг сказала она. — Мне показалось, что я разгадала вашу загадку и поняла, кто вы. Но теперь я в этом не уверена.
Он откинулся назад и взял свой бокал.
— Мисс Робертс, у меня такое чувство, что вы совершенно точно знаете, кто я. — Майкл повернулся и сделал знак официанту.
— Подать десерт, сэр? Для вас и для леди? — Официант, чем-то похожий на Джона Леннона, слегка наклонился вперед, будто ответ Майкла имел огромное значение.
Майкл взглянул на Эмму, она отрицательно покачала головой.
— Пожалуйста, счет, — попросил он.
— Об этом уже позаботились, сэр. Счет оплачен.
Майкл посмотрел на Эмму.
— Уже?
Она кивнула.
Оставив на столе щедрые чаевые, Майкл помог Эмме встать из-за стола и, когда она поднялась, вновь поразился стройности и женственности ее фигуры.
В светлом платье, которое подчеркивало линии тела, с распущенными волосами Эмма была такой соблазнительной, такой привлекательной! Майкл вновь ощутил волнение, которое пережил днем. Нет! — остановил он себя. Так не пойдет! Ему следует думать только о своей выгоде. Бизнес прежде всего!
Майкл коснулся рукой спины Эммы и почувствовал, как она вздрогнула от его прикосновения. Как жаль, что он должен держать себя в руках и отказываться от удовольствия!
Воздух, напоенный запахами моря, ласкал лицо Эммы. Рука Майкла лежала на ее спине, и ощущение от этого прикосновения было совершенно необыкновенным. Тепло, исходившее от его ладони, разливалось по всему телу, волновало кровь. Эмме хотелось, чтобы Майкл убрал руку, и в то же время — чтобы он не убирал ее никогда. Ей хотелось бы почувствовать себя в безопасности, но возможность пережить приключение приятно возбуждала. Она была уверена, что приключение с Майклом могло бы стать самым грандиозным событием во всей ее жизни.
— Пойдемте туда, — сказал Майкл, кивая в сторону реки.
В этот тихий, спокойный вечер по улице прогуливалось много народу. В большинстве своем — пары. Казалось, что все или держат друг друга за руки, или обнимают друг друга за плечи или за талию. Откуда-то издалека доносились мягкие звуки саксофона.
Эмме не хотелось думать, будто Майкл касается ее только потому, что должен это делать. Конечно же, его рука лежит у нее на спине, поскольку ему нужно это прикосновение так же, как и ей. Возможно, так оно и было, но, возможно, она ошибалась. А если он действительно бизнесмен, который увидел ее фотографию в газете? Иногда случаются странные вещи. Не с ней, конечно...
Неожиданно Майкл остановился и огляделся вокруг.
— Экипажи там, в конце улицы. Пойдемте посмотрим, есть ли свободный.
Он повел Эмму в сторону небольшой площади, которую окружали красивые старинные здания в испанском стиле. Там стояли несколько прогулочных колясок, в которые были запряжены лошади. Рядом с экипажами толпился народ. Многие женщины сразу же устремили взгляды на Майкла. Что же удивительного? Он был необыкновенно красив и держался так уверенно! Что могло заставить подобного мужчину зарабатывать на жизнь, исполняя роль нанятого кавалера подле скучающих дам? Но может быть, Эмма ошиблась?
— Вот хорошая лошадка, правда? — Майкл остановился около гнедой, запряженной в черную коляску. Ею управлял седой старик.
— Очень хорошая, — кивнула Эмма.
Они подошли поближе, и извозчик широко им улыбнулся.
— Залезайте, ребята. Полчаса за пятнадцать долларов.
Майкл помог Эмме сесть. Устроившись на небольшом кожаном сиденье, она поняла, как в коляске мало места. Им с Майклом придется сидеть вплотную друг к другу. Она будет касаться его. О, Боже!
Майкл подошел к извозчику, вынул из кармана деньги и протянул их старику, что-то сказав при этом. Тот кивнул, еще раз широко улыбнулся, а Майкл забрался в коляску и сел рядом с Эммой. И сразу же оказался плотно прижатым к ней.
Не успела Эмма опомниться и привыкнуть к столь тесному соседству, как коляска дернулась и девушка резко наклонилась вперед. Майкл поспешил поддержать ее, и его рука коснулась груди Эммы.
Коляска покатилась, Майкл убрал руку, а Эмма задохнулась от волнения. Впрочем, она уверяла себя, что Майкл, как галантный кавалер, просто постарался уберечь ее от удара головой.
Майкл, сам немного взволнованный, сказал:
— Здесь очень красивые здания, правда?
Эмма подняла глаза и удивилась: они отъехали уже довольно далеко от площади.
— Где мы?
— Мы едем в совершенно особое место.
— Мне казалось, что мы собирались прокатиться по Джексон-сквер.
— Не сегодня.
Эмма обернулась и посмотрела Майклу в лицо.
— Вы меня похищаете?
— На час или два.
— Значит, мне есть чего бояться?
— Только внезапных остановок.
Эмма засмеялась и откинулась назад, опустив голову на кожаную подушку. Как уютно и легко находиться в маленькой тесной коляске рядом с Майклом! Она решила больше не задаваться вопросом, почему Майкл оказался здесь, рядом с ней. Лучше просто наслаждаться его обществом!
Довольно долго они ехали молча. Эмма разглядывала старинные здания, стараясь оценить их архитектуру, но на самом деле все ее мысли были устремлены к Майклу. Эта ночь принадлежала ей. Она была ее наградой. Завтра она проснется прежней Эммой, вернется к работе, дому, ежедневным проблемам. Но сегодня, в этот сказочный вечер, она чувствовала себя Золушкой, Спящей Красавицей, Принцессой...
Майкл увидел улыбку на губах Эммы. Ему все происходившее тоже доставляло удовольствие, и это облегчало его задачу. Почему бы сейчас не расспросить Эмму о «Транско»? Она как будто не возражала поговорить о делах компании. Так чего же он ждет?
Но с Майклом происходило что-то странное. Ему хотелось доставить Эмме удовольствие. Не простое удовольствие — ему хотелось поразить ее так, чтобы увидеть, как широко откроются от изумления ее глаза. Показать ей то, чего она раньше никогда не видела. Почему ему этого хотелось? Майкл не знал.
Отличалась ли эта женщина от любой другой? Майкл встречался и с топ-моделями, и с актрисами, и со знаменитыми красавицами. Он общался с исключительными женщинами — умными и элегантными. Но в Эмме было что-то особенное. Может быть, легкость улыбки? Мягкость голоса? А может быть, ясные зеленые глаза, которые, казалось, ничего не таили?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
