Я не была законченной социофобкой, но замечала за собой сложность в общении с другими людьми. Выступление перед группой людей было сродни смертоубийству. Даже в разговорах с глазу на глаз я испытывала трудности. У меня не было домашних животных или детей, которых можно было с кем-то обсудить, и, конечно, я просто не могла рассказывать о себе, и о таких происшествиях, как сегодня в Лас-Крусес. Да уж, денёк у меня был долгим. Четыре часа за рулем, борьба с древним порождением зла. После нескольких выстрелов и ножевых ранений, я уничтожила его, отправив в Царство Мёртвых. «Боже, клянусь, мне платят за это слишком мало, ты ведь знаешь?» Сюда можно вставить сдержанный смех.
Выйдя из сауны, я обнаружила ещё одно сообщение от Лары, в котором говорилось о назначенной на завтра встрече с тем, потерявшим от горя рассудок, братом. Сделав запись в ежедневнике, я приняла душ и удалилась в свою комнату, где надела чёрную шёлковую пижаму. По каким-то причинам, красивые пижамы были единственным удовольствием, которое я себе позволяла в качестве компенсации моему грязному и кровавому ремеслу. Сегодняшний выбор пал на свободный топ с глубоким вырезом, мало что скрывавшим — было бы кому смотреть. При Тиме я обычно носила замызганный халат.
Сев за стол, я высыпала на него свежекупленный пазл. Картинка на коробке сообщала, что у меня должен получиться лежащий на спине котёнок, играющий с клубком шерсти. Моя любовь к пазлам стояла в одном ряду с пижамами по странности, но они меня успокаивали. Возможно, потому что пазлы были такими осязаемыми. Можно держать кусочки в руке, соединять их вместе, в отличие от нереальных вещей, с которыми я обычно работала.
Перебирая кусочки пазла, я пыталась понять, откуда керес мог прознать моё имя. Что это могло значить? У меня было много врагов в Ином мире. И мне вовсе не улыбалось то, что они могли выследить меня лично. Я предпочитала оставаться Одиллией. Анонимно. Безопасно. Вероятно, мне не стоило так об этом беспокоиться. Керес мёртв, и больше никому не расскажет свои байки.
Спустя два часа я сложила пазл и любовалась на результат. У котёнка был коричнево-дымчатый мех, а глаза небесно-голубыми. Клубок был красным. Достав цифровую фотокамеру, я сфотографировала картинку, а потом разрушила, сбросив пазл обратно в коробку. Быстро собрала, ещё быстрее сломала.
Зевая, я забралась в кровать. Тим сегодня сменил белье, чистые простыни приятно хрустели по мной. Ничто не сравнится с запахом свежего белья. Несмотря на свое измотанное состояние, я, всё же не смогла уснуть. Одна из насмешек моей жизни. Бодрствуя, я могла погрузиться в транс, просто щёлкнув пальцами. Мой дух мог покинуть тело и унестись в другие миры. Но при этом, по непонятным причинам, уснуть вечером в постели было настоящей проблемой. Врачи советовали кучу успокоительных, но я их терпеть не могла. Наркотики и алкоголь удерживают дух в этом мире, и, если иногда я и позволяла себе выпить, мне, всё же, нравилось быть постоянно готовой моментально выскользнуть из этого мира при первой же необходимости.
Зря я надеялась, что этой ночью бессонница подскажет мне что-нибудь об этой четырнадцатилетней девочке… Оказалось, я пока не могу думать об этом. Не раньше, чем я поговорю с её братом.
Вздыхая, пытаясь подобрать ещё что-то для обдумывания, я перевернулась и уставилась в потолок на пластиковые, светящие в темноте, звёзды. Я начала считать их, как поступала многими своими бессонными ночами. Их было ровно тридцать три, как и всегда. Но я, всё же, проверила ещё раз.
Глава 2
Следующим утром, когда я появилась на пороге Уилла Дэлани, прежде, чем открыть мне дверь, ему пришлось отпереть не меньше двадцати замков. Но и после этого, соблюдая чрезмерную, на мой взгляд, бдительность, он заговорил через дверную цепочку. На вид парню было чуть за двадцать и он, по-видимому, не часто баловал стрижкой свои светло-соломенные волосы. Его кожа была болезненно-бледной, а на носу сидели очки в проволочной оправе.
— Ты кто? — подозрительно спросил он.
Я напустила не себя деловой вид.
— Я Одиллия. Лара должна была предупредить тебя о встрече.
Парень тщательно изучил меня взглядом.
— А ты моложе, чем я думал.
Он резко захлопнул дверь. Затем я услышала звук снимаемой цепочки, и через мгновение дверь снова открылась; парень жестом пригласил меня войти.
Переступив порог, я сразу же огляделась вокруг. Во мраке комнаты громоздились штабеля книг и кипы газет.
— Однако, у тебя тут темновато….
— Я не поднимаю жалюзи, — пояснил парень, — никогда не знаешь, кто может наблюдать за тобой.
— Вот как. Понятно. Тогда, может, включим свет?
Уилл отрицательно покачал головой.
— Ты и представить себе не можешь, сколько радиации излучают разные электроприборы. Это из-за них раковые заболевания так свирепствуют в нашем мире.
— О-о!
Проведя меня на кухню и усадив за стол, парень стал потчевать меня своими догадками о том, почему именно джентри похитили его сестру.
Свой скепсис я сдерживала, как могла. Конечно, то, что он говорил, было не так уж и неслыханно, но я наконец-то поняла, почему Ларе он показался психом. Вполне возможно, что джентри жили только в больном воображении моего потенциального клиента.
— Вот, взгляни на нее, — Уилл подсунул мне фотографию — на фоне зелени были запечатлены в обнимку он и симпатичная девочка-подросток. — Это мы сфотографировались незадолго до ее похищения.
— Она миленькая. И такая юная. Она живет… жила с тобой?
Парень утвердительно кивнул.
— Наши родители погибли около пяти лет назад. С тех пор я стал ее опекуном. Хотя это почти ничего не изменило.
— То есть?
Горечь исказила его нервное лицо. Весьма проигрышное сочетание, скажу я вам.
— Наш отец постоянно разъезжал по каким-то командировкам. А мама в его отсутствие, прыгала из койки в койку. Мы с Жасмин все время были предоставлены самим себе.
— А почему ты решил, что ее похитили джен… фейри?
— Вся соль в том, когда ее похитили! Это случилось на Хэллоуин. В канун Самайна.[3] Ты же знаешь — лучше времени для похищений и преследований не найти! Есть неоспоримые доказательства, что проходы между мирами существуют.
Слушая Уилла, я не могла отделаться от чувства, что он цитирует библиотечную энциклопедию, или даже проще — «Википедию».[4] Иногда мне казалось, что предоставить таким людям, как он, доступ к интернету, все равно, что вручить ружье в руки ребенку. Поэтому, стараясь не закатывать глаза, я прослушала эту дилетантскую лекцию, в коей вовсе не нуждалась.
