обращаются по имени, — что желаете сегодня?
— Не знаю… предложите сами, — мне всё равно, просто хочется отключиться ото всех мыслей. Их слишком много и, кажется, они пытаются раздавить мой мозг изнутри.
— О… тогда я пришлю вам на свой вкус, а вы сможете выбрать… так сказать, в процессе.
В просторную, дорого отделанную комнату, входят три женских особей. Все разных рас и все очень привлекательны внешне, что удивительно… хотя “Лунный сад” потому и считается лучшим среди подобных мест.
— Господин, мы готовы исполнить любую вашу фантазию.
Одна обходит меня, качая бёдрами и легонько поглаживает по плечам. Другая начинает медленно обнажаться, прикрыв глаза и двигаясь в такт звучащей приятной музыке. Третья опускается на колени передо мной и проводит ноготками от колен к самому паху, после чего призывно облизывает губы и пытается расстегнуть мои брюки…
Накрываю её руку своей и останавливаю. Ничего не чувствую. Не хочу. Понимаю, что это не поможет. Я устал от безвкусного секса с особями. Это тоже, что заниматься любовью с бионидом. Как биониды лишь внешне напоминают живое разумное существо, так и эти для меня ощущаются не более, чем фальшивками… я хочу ощутить запах дэйны. Самый сладкий запах, сводящий с ума.
Шарнилла пахла очень приятно, мне нравилось, у нас был шанс завести в будущем потомство. Я ждал её с самого рождения и последние десять лет сходил с ума от желания. Мечтал забрать её в свой дом и долго и тщательно изучать каждый изгиб сладкого тела… а теперь мне предстоит пройти этот путь заново.
— Что-то не так господин? Вам не нравится? Я могу позвать других особей, если желаете…
— Нет, не нужно. Я зря приехал…
Оставляю каждой щедрые чаевые. Встаю и покидаю “Лунный сад”.
Глава 3
МХ1418
— Я понимаю, что спонсоры не будут тратиться на удобные постели для тех, кто доживает здесь свои жизни, но почему нам запрещают греться? Это ведь ничего не стоит!
— А ты не догадываешься? Мы мусор, отработанный материал. Бесполезные особи, которые имели наглость ослушаться мужчин. Дальние бараки останутся такими в назидание всем остальным феям.
Сегодня к нам привели новенькую, она что-то не поделила с одной из избранных жён хозяина, а теперь пытается понять, во что угодила. РН1023 объясняет наивной фее, как здесь всё устроено.
Я прозябаю в дальних бараках уже третий месяц. Меня не пугает бесконечный холод и всего один час сна, выделяемый феям для восстановления части резерва. Я с радостью ем сырой паттат, потому что здесь запрещено есть тёплую пищу. Меня даже не пугает отсутствие возможности нормально помыться: холодный ручей на дальнем дворе да грубая старая тряпица, чтобы отереться — вот и все наши удобства.
Но это ерунда, в сравнении с моей главной проблемой: я не могу получить новую бутылочку снадобья от Безмолвной и уже начинаю ощущать первые признаки зарождающегося окукливания.
И это самое поганое, что могло со мной произойти.
До перерождения фея не может вступать в интимную связь, наше тело изначально не имеет некоторых органов. Перерождение же говорит о том, что фея созрела для выбора спутника жизни и создания семьи… Во всяком случае, так было много поколений назад, ещё до захвата нашей планеты теми, кто сейчас издевательски называет себя нашими благодетелями, спонсорами и хозяевами.
Я не должна этого знать, но я научилась понимать язык Безмолвных, а они знают очень многое.
— А ну, вставайте дармоедки! Время отдыха истекло! — зычный голос врывается в тихие предрассветные сумерки. Строгие смотрительницы не позволят отдыхать ни одного лишнего мгновения. — Давайте, давайте! Паттат сам себя не вырастит! А ну, живее!
В смотрительницы выбирают фей, которые не прошли ни один из отборов и не смогли стать наложницами. Теперь, чтобы не стать Безмолвными, они изо всех сил доказывают хозяевам свою преданность, старательно выполняя всё, ради чего здесь оказались. Мне их по-своему жаль.
Собираю волю и быстро выбираюсь из вороха колючего сена, который здесь гордо именуется “постелью”. Лучше не злить смотрительниц, любое ослушание в бараках грозит суровым наказанием.
— Это просто невозможно… как мне работать, если резерв почти пуст? Разве можно отдыхать всего час? — бурчит себе под нос новенькая.
— Всё рассчитано так, чтобы сил хватило лишь на работу, — поясняет РН1023. — Мы не имеем права восстанавливать свой резерв.
РН1023 у нас за старшую. Она здесь уже несколько лет и до сих пор держится. За эти месяцы она стала мне настоящей старшей сестрой. Объяснила, как тут всё устроено. Но главное, РН1023 понимает меня и мой страх попасть во дворец.
— Как это не имеем права? Но я же так быстро постарею! Мне нужна сила для поддержания собственной юности! — новенькая всё ещё плохо понимает, во что влипла…
— О, об этом теперь можешь забыть.
Феи обладают природной силой. Способны ускорять рост растений и исцелять. Поэтому спонсоры так долго живут и поэтому так строго контролируется рождение мальчиков. Каждый мальчик — это будущий конкурент, с которым придётся делиться властью, дворцом… и наложницами.
А мой резерв мал и без отдыха. Так и должно быть у неперождённых фей. Поэтому в бараках меня заставляют в основном работать руками — собирать, перебирать, складывать с огромные корзины, носить, убирать… и начинать всё по новой изо дня в день.
За годы работы здесь, некоторые феи устают настолько, что начинают сходить с ума и умоляют иссушить их, чтобы, наконец, завершить жизненный цикл. Боюсь, что закончу свои дни, как они.
Нельзя думать о грустном. Глубоко вдыхаю и погружаю лицо в ледяную воду ручья. Кожу покалывает иголочками, от чего голова свежеет, а дурные мысли в панике разбегаются по дальним уголкам сознания. Так-то лучше.
Вытираюсь грязным рукавом хламиды и бодро топаю на дальнее поле.
* * *
Когда светило погружается за горизонт, на землю опускается пробирающая прохлада. В иной раз я бы проклинала её, но сейчас радуюсь.
Феи любят тепло, и я боюсь, что стоит мне расслабиться, отдохнуть и согреться, как тело само
