на трамвае, — невинно улыбаюсь я, и парень, как его…Лев, точно, недоверчиво хмыкает.
Ладно, нужно выключать дуру и включать мозги.
— Лё-ева…
— Не могу пустить, меня Макар с потрохами сожрет.
— Да кому нужен тот Макар, — отмахнулась я, тряхнув волосами.
Краем глаза я убедилась, как завороженно широкий, лысый парень проследил за этим незатейливым движением, а плечи его инстинктивно расправились. Самец заприметил самку.
Я прекрасно осознавала, что даже немытая, нечёсаная, с синяками под глазами я вызывала если не острое желание и стояк, то точно симпатию.
— Лева, хочешь отсосу?
Тот эффект, который произвело мое предложение, должен был вызвать хохот, но я сдержалась и только кашлянула в кулак, наблюдая, как глаза на широком лице становятся круглыми, а рука на поясе дрожит.
Он нервно оглянулся по сторонам.
— За лоха меня держишь?
Ну, вообще-то да, но ты, судя по раздувающимся ноздрям, не веришь своим же слова. Зато веришь, как ребенок, что придет Санта в моем обличии и одарит тебя минетом.
— Нет, что ты, я держу тебя за сексуально активного мужчину с весьма развитыми половыми органами, а так как Макар больше не способен удовлетворять мои непомерные потребности…
— Непомерные?
— Ну, секса я хочу постоянно…
— А, — почесал он затылок и осторожно взглянул на мои губы, как ребенок на конфету в магазине. Я тут же их облизнула. — Ну… Если Макар с вами… тобой расстался, то не убьет меня?
— Ну, конечно, нет, — приблизилась я, и провела по своей вспотевшей шее рукой. — Ну, так что, подаришь брошенной девушке немного ласки?
Ну давай, соображай быстрее.
— Ну, можно, только не прямо здесь, давай в сторожку отойдем.
— Давай, давай, — кивнула я с энтузиазмом, и он показал мне вход. В тесную комнатушку я зашла первая, он за мной, и я тут же прижала его к стене.
— Снимай штаны, а я юбку, — поторопила я.
— Но у тебя нет юбки.
Точно…
— Так это же хорошо! Снимай, мне уже не терпится увидеть твоего гиганта!
— Ну, вообще да, говорят он большой, — начал расстегивать ширинку и одним махом стянул вниз брюки, чтобы показать мне, какой весьма внушительный размер прячется за семейниками с сердечками.
— Это мама купила.
— Верю, милый, — по-доброму, как ребенку улыбнулась я, и тут же толкнула его на стул. Запутавшись в брюках, он упал и забарахтался руками, как в воде. А я уже схватила связку ключей и закрыла двери.
Пройдя по знакомым, в это время суток, пустым коридорам я быстро нашла нужную дверь.
Хотела постучать, но собрав всю силу воли толкнула от себя.
Наверное, случись это минут тридцать назад, увиденное вызвало бы лютую истерику, с битой посудой, головой, возможно, убийством одной шлюхи, что пыталась поднять скучающий член Макара руками и уже приближала свои пухлые накачанные ботексом губы.
Но во мне было столько задора и радости, что я вижу любимого. Живого. Невредимого. Расслабленно откинувшегося в кресле, что появилось только желание смеяться и прыгать от радости.
— Ну, кто так дрочит, — подала я громкий, звонкий голос и усмехнулась, когда Макар вздрогнул, резко встал и случайно оттолкнул донельзя удивленную проститутку.
— Малыш… — хрипло заговорил он, но тут же исправился, нахмурился и сделал очень строгое выражение лица. Поздно, Макарушка. Ты обезоружен. — Какого хуя ты здесь забыла? Я все сказал.
— Ну, так я не глухая. Просто решила преподать урок твоим шлюхам, — пожала я плечами, ощущая небывалый душевный подъем, и приблизилась к замершему Макару и опустилась к его ногам, не отрывая взгляда, подула на член, который тут же дернулся и стал на глазах увеличиваться в размерах.
— Давно ли ты знаешь больше них? — чуть усмехнулся он, и быстро взглянув на ошеломленную девушку сказал:
— Выйди.
Глава 4. Данил и Паша
— Вот сука! — вскричал Данила, пылая гневом и сжимая в злости кулаки.
Когда девка подошла так близко, он сначала даже не понял ничего. Как загипнотизированный идиот вспоминал, как она изгибалась в руках шефа, как стонала и слизывала с губ его сперму.
Кто же знал, что такая наивная шлюшка окажется такой продуманной. Да еще и лихо умеющей водить тачку с не самой легкой системой управления.
Он потер плечо, которым выломал дверь в комнате общежития, и раздраженно оглянулся.
— Че ты ржешь? Он все равно ее погонит. Она ему нах*й не нужна.
— Ну да, ну да. Машина, квартира. Мужики каждый раз избавляясь от ненужных шлюх, дарят им столько подарков.
— Дебилизм, — поджал губы Данила, засунул руку в карман и достал айфон, уже начал заказывать такси, как вдруг Паша толкает его в плечо. То самое, что болезненно ноет.
— Упс.
— Ты ебнутый?! — пихает Данила Пашу в ответ и наклоняется за телефоном, но у того как назло экран сеткой пошел. — Сука! Дай свою трубу!
— С чего бы? Ты меня бьешь, оскорбляешь, игнорируешь мои сообщения.
Данила может быть и готов бы послушать бабское нытье, но времени у него не было. Он толкнул Пашу к облупленной стене и начал шарить по телу рукой, крепко держа его за плечо.
— Не так грубо, офицер, мне может понравиться, — веселился Паша, наблюдая за тем, как растет мужская злость и истерика.
— Как вы оба за*бали. Влезли в нашу жизнь.
— В вашу? — поднял брови Паша. Незаметно от Данилы протянул руку и коснулся его члена. Оказалось, что он тверд как скала.
— Ну ты больной, — отпрянул Данила и протянул руку. — Дай телефон, пока я твои яйца не тронул. И поверь, приятно тебе не будет.
Паша усмехнулся, взглянул на стояк и все-таки достал телефон.
— Заметь, стояк не у меня. Если тебя возбуждает гнев, я готов потерпеть твои крики в более приватной обстановке, — оскалился Паша, словно выдал шутку века и откровенно заржал, когда Данила целую минуту пытался включить в конец разряженный телефон.
— Издеваешься,
