в вестибюле, сел в лифт, нажал на кнопку и увидел на пороге пентхауса Лили.
— Ближайшую постель! — попросил я.
Она подняла одну бровь — трюк, которому научилась у меня.
— Попробуй соседнюю дверь. — Она провела меня в квартиру. — Неужели ты решил прогуляться?!
— Конечно. Можешь назвать это прогулкой. — Я повесил пальто и шляпу в шкаф. — Альпинисты прогулялись до вершины Эвереста, а я прогулялся до твоего дома.
Взявшись за руки, мы вошли в гостиную с кашанским ковром с растительным узором в семь красок, размером 19 на 34 фута, с полотнами Ренуара, Мане и Сезанна на стенах, с фортепьяно цвета слоновой кости и стеклянными дверьми на террасу, где ветер играл в пятнашки со снегом. Когда мы сели, Лили, вытянув ноги параллельно друг другу, пробормотала:
— Ноги антилопы.
— Во-первых, это было давным-давно. А во-вторых, я тогда сказал, что ты похожа на антилопу в стаде коров. А теперь давай лучше обсудим мисс Брук, хотя она вряд ли появится в такую погоду.
Но она все-таки появилась, опоздав всего на десять минут. Лили велела горничной встретить гостью и пошла ей навстречу, остановившись в арочном проеме между прихожей и гостиной. Я стоял в центре кашанского ковра, и меня представили как мистера Гудвина, бизнес-консультанта.
Описание Уиппла оказалось явно необъективным. Она вовсе не была тощей. Миниатюрная, на пару дюймов ниже Лили, которая едва доходила мне до мочки уха, гладкая светлая кожа, каштановые волосы, карие глаза, пухлые губы без намека на губную помаду. Рукопожатие крепкое и дружелюбное, не наигранное. Уже после Лили сказала мне, что коричневое шерстяное платье гостьи, возможно, куплено в «Бергдорфе» баксов за двести. От коктейля мисс Брук отказалась.
Я предоставил Лили свободу действий. За ланчем — грибной суп, суфле из омара, салат из авокадо, ананасовый мусс — Лили расспрашивала гостью о деятельности КЗГП: кто работает в комитете, каковы его достижения, политика и программа. Сьюзан Брук знала ответы на все вопросы. Отличная подача для любого, кто находится по другую сторону баррикад с губернатором Уоллесом или сенатором Истлендом.
Решение, выписывать ей чек или уклониться, принимала Лили, но выбор, когда выписывать чек — после более близкого знакомства или до, — оставался за мной. Лили приняла решение еще до того, как мы встали из-за стола. Она потерла глаз средним пальцем. Итак, она выпишет чек. Я стал обдумывать, как лучше поступить. То ли расспросить мисс Брук сейчас, пока она не знает, удалось ли ей совершить сделку, то ли тогда, когда чек уже будет лежать у нее в сумочке? Поскольку мое знание привлекательных молодых женщин ничем помочь не могло, я, нашарив в кармане четвертак, посмотрел на него. Орел. Тогда я потер пальцем левый глаз, и Лили сразу все поняла.
Когда мы вернулись в гостиную выпить кофе, Лили, извинившись, нас оставила. Но через минуту вернулась и вручила мисс Брук маленький прямоугольный листок голубой бумаги:
— Вот, возьмите. Это, конечно, не поможет мне сразу попасть в рай, но хоть что-то. Надежда на лучшую жизнь.
Сьюзан Брук посмотрела на чек — именно посмотрела, а не мельком взглянула.
— Замечательный ланч, и это тоже замечательно. — У нее был приятный мягкий голос, однако речь слегка нечленораздельная. — Большое-пребольшое спасибо, мисс Роуэн. И не только от меня лично, но и от всех нас. Можно внести вас в список наших покровителей?
— Ну конечно, если хотите. Мой отец прокладывал канализационные трубы и одновременно играл в политику. — Сев на место, Лили взяла чашку и сделала глоток кофе. — Поскольку вы можете позволить себе тратить время на общественную работу, ваш отец тоже умеет делать деньги.
— Умел. Хотя он занимался не канализацией, а недвижимостью. — Мисс Брук положила чек в сумочку. — Он умер шесть лет назад.
— В Нью-Йорке?
— Нет, в Висконсине.
— О… В Омахе?
Лили демонстрировала мне свой незаурядный ум, ведь мы проехали через всю Небраску до Монтаны. Мисс Брук, проявив хорошие манеры, даже не улыбнулась.
— Нет, в Расине, — ответила она.
Лили сделала очередной глоток кофе:
— Боюсь, я чересчур любопытна, но вы меня… восхищаете. Не могу сказать, что я ленивая или ограниченная. Скорее, бесполезная. Но я вас просто не понимаю. Не возражаете, если я попытаюсь?
— Нет. Конечно же нет. — Мисс Брук постучала пальцем по сумочке. — Мисс Роуэн, ваши деньги отнюдь не бесполезны.
Лили небрежно взмахнула рукой:
— На эти деньги у меня будет налоговый вычет. А вот на ваше время и энергию налоговый вычет не распространяется. Так вы занимаетесь волонтерством с тех пор, как приехали в Нью-Йорк?
— Ну что вы! Всего лишь два года. Быть может, чуть дольше. Поверьте, во мне нет ничего восхитительного. Когда я окончила колледж, кстати с большим трудом, — я выпускница колледжа Рэдклифф пятьдесят девятого года, — то вернулась домой, в Расин, и тут же поняла, что он мне до смерти наскучил. Затем кое-что произошло, и… В любом случае мой отец умер, и мы с мамой, оставшись вдвоем в большом доме, переехали в Нью-Йорк. Здесь живет мой брат, и идея переезда принадлежит ему. Но вы ведь не просили меня рассказывать автобиографию.
— Нет, практически попросила. Вы живете у брата?
Мисс Брук покачала головой:
— Какое-то время мы жили вместе, однако потом мы с мамой сняли квартиру. А я нашла работу.
Девушка поставила на стол пустую чашку, и я услужливо налил ей свежего кофе. Приятно было внести хоть какой-то вклад в разговор.
— Если я вас не слишком утомила, — сказала Лили, — позвольте поинтересоваться, что это за работа.
— Отнюдь, если это я вас не слишком утомила. Читать рукописи для издателя. Тихий ужас. Вы не поверите, сколько вокруг графоманов. Ну а потом я нашла работу в ООН, за стойкой регистрации. Работа была ненамного лучше первой, но зато там я познакомилась с различными людьми и со временем поняла, что глупо выполнять тупую платную работу, если я вовсе не нуждаюсь в зарплате. И вот одна девушка, цветная девушка, с которой я познакомилась, работая в ООН, подсказала мне идею попробовать свои силы в КЗГП. Я отправилась туда и спросила, чем могу быть им полезна. — Она выпила кофе.
— Нет, все это определенно восхитительно, — заявила Лили. — Мистер Гудвин, а как по-вашему?
— Нет. — Бизнес-консультант должен быть строгим. — Все зависит от того, что именно нужно конкретному человеку. Вы, дамы, не нуждаетесь в деньгах, но, на мой взгляд, вы обе очень эгоистичны. Вы можете осчастливить хотя бы двоих мужчин, создав им все условия для спокойной и комфортной жизни, однако вы не хотите себя утруждать. Вы обе не
