Элен заглянула в плошки. Сухие листья, гранулы пыли…
Неужели ритуалы оплакивания неизменны во всей Вселенной? Элен вспомнились этрусские захоронения, культ предков у китайцев. В файлах она не нашла конкретных сведений, только осторожные гипотезы, но была почти уверена: фреска - истинный шедевр. В рассеянности она, наверное, задела перчаткой один из предметов, потому что над плошками возникла табличка-голограмма, объясняющая, что оригинальные плошки и блюда с их древним содержимым убрали и заменили репликами. Значит, и ветхое тряпье - реплика истлевших одежд, найденных…
Прошлое, как парк аттракционов, константа для всей Вселенной.
Уже не отвлекаясь на фрески, она обошла каменные коридоры первого этажа, разглядывая все с извращенным любопытством и надеждой ребенка, ищущего скелет, который до сих пор не сумели найти. Она обнаружила только пыль - да и то немного. Никаких лестниц на верхние этажи нет, как нет ничего, похожего на жилые помещения. Из-за искусственного освещения она начинала чувствовать себя туристкой и, найдя убежище в самом сумрачном внутреннем дворике, села, глядя на другой вход-слезу - на половине высоты стены. Она тихонько разговаривала с тенью давно умершей принцессы…
Бесконечный покой… Всепоглощающий душевный покой.
С внезапным ужасом она вслушалась: кажется, шаги!..
Вдруг вскочила, поспешно вернулась к входу и спрыгнула на пол.
Когда, конфузясь собственной паники, она закрывала за собой силовое поле, над головой у нее скользнула в темноте океанской впадины черная мантия. Охнув, Элен огляделась по сторонам. Тень зашла на второй круг. Сердце гулко стучало у нее в ушах. Да что же это, Господи? Что со мной?
- Кто?..
Никакого ответа, лишь шелест потревоженного воздуха.
- Эй! Кто здесь?
С мягким шорохом рядом с ней приземлился Сигурт, складывая за спиной черные кожистые крылья.
- Ага, - с заинтересованной улыбкой произнес он. - Так это вы, Элен.
Она в ужасе уставилась на него.
- Господи! Сигурт! Что вы вытворяете?! Вы же не способны летать! Это не игра!
- Напротив, - весело отозвался инопланетянин. - Вся Вселенная - игра. Гигантская гора фрагментов, а общую картинку этого паззла можно в любой момент поменять - спасибо чудесному программному обеспечению, вживленному в натренированное сознание. Я не эксперт, но разве не на этом основана вся межзвездная «навигация»?
Элен трясло.
- Вы не можете! Нельзя валять дурака во время перехода! Да черт бы вас побрал, в каждый данный момент наши жизни… наши жизни зависят…
- От нашего убеждения, что все кругом реально, - нисколько не раскаиваясь, закончил он и переключил тумблер виртуальных спецэффектов на рукаве комбинезона. Кожистые крылья исчезли.
- Ведь доступ к игрушкам из корабельной библиотеки можно получить, и не нарушая исчисления, так? Я просто играл. Я гораздо легче терран, а тяготения здесь и так немного. Я прыгал с крыш монументов.
Она закрыла лицо руками, испытав внезапное облегчение. Звездоплаватели живут в постоянном страхе, как моряки в океанах. Пока не произойдет срыв, не поймешь, как давит, зашкаливает, штормит…
- К вашему сведению, Сигурт, нет никакого программного обеспечения, во всяком случае такого, как вы его понимаете.
- Я знаю, что мы поддерживаем все это. - Тонкой и бледной, словно тень, рукой он обвел трюм. - Между нами… я так и не понял до конца, как это делается. Все секреты у вас, терран. Правда, что членам экипажей звездных кораблей делают операцию на мозге?
Раса Сигурта отличалась поразительной клеточной регенерацией. Практически любую травму они считали чисто терапевтической проблемой. Земная хирургия и (хуже того!) генные технологии явились для них ужасным шоком.
- Никакой хирургии. Никаких имплантантов. Скорее, новый тип тканей. Для начала нужно, чтобы ваш мозг был с ними совместим. Вы сами способны бодрствовать потому, что похожи на нас, Сигурт, но вы, так сказать, натурал. А мы прошли курс подготовки, которая заставляет наш мозг наращивать дополнительную нейронную архитектуру, которая… э… которой не существует в обычном пространстве…
- Не то вы были бы гидроцефалами-элоями с головами размером с тыкву.
Она кивнула, хотя понятия не имела, кто такие элои. Они сидели, поджав колени, словно фигуры на фреске.
- Извините мои дурачества, Элен. Я напугал вас. Кажется, я схожу с ума от скуки.
- Или плохо реагируете на расистские шуточки, Бэтмен. Рассмеявшись, Сигурт почесал ухо.
- Бэтмен! Полумаска, забавный плащик… Если уж подыскивать сравнения, мы больше похожи на плащеносных ящериц, чем на летучих мышей.
Элен задумалась. Шутник Сигурт знал: кто-то навещает артефакты, но поскольку был лишь вторым помощником суперкарго и не принадлежал к экипажу, не мог уловить, кто именно.
- Я навещала Загробную Жену, - сказала она вслух. - Мне не дает покоя мысль о призраке на борту. Вам о ней что-нибудь известно?
Инопланетянин пожал плечами.
- Например?
Гробница припала к земле, как огромный терпеливый зверь. Древние артефакты подсматривали из сумрака, силуэты расплывались в смутное подобие жизни.
- Сколько ей было лет? Она молода?.. У нее был любовник?
- Вдовы - угроза сплоченности общества, - ответил инопланетянин. - Пережиток партнерства следует нейтрализовать, иначе возникнут мезальянсы, споры из-за наследства. Следовательно, вдова должна снова выйти замуж, без вреда для семьи. Она должна вступить в брак… с гробницей.
- Звучит очень по-человечески. Надим пришел бы в ужас. Сигурт как будто задумался.
- У древних лар'зцев были государственные архивы, - сказал он наконец. - Еще они хранили счета. А вообще-то мало что записывалось. Боюсь, нам известно немногое. В склепе есть барельефы, но это предмет высокого искусства, а потому не дает достоверных сведений. Кроме того, сюжет придумала не она. Фрески - мемориал, заказанный ее мужем.
Элен хотелось спросить, как звали ту женщину, но она испугалась, что это прозвучит бестактно или окажется культурным табу. Ей в голову пришел другой вопрос:
- Правильно ли называть ее призраком? Или для древних лар'зцев это слово означало что-то другое?
- Разумеется, отчасти то же самое, отчасти - другое. Извечный крик одного разумного двуногого другому. - Сигурт усмехнулся: - Попробую объяснить… На моей планете верят, что люди способны - как бы это сказать - в некоторые моменты, на определенных перекрестках жизни оставить себя. Ты остаешься, а жить продолжает кто-то другой. Говоря о «призраках», мы имеем в виду того, кто остался, а не… дух кого-то, кто физически умер. Понимаете?
- Да, - Элен была удивлена и тронута. - Кажется, да.
Ей казалось, что после этого разговора она лучше узнала Сигурта. Между ними - навигатором и известным на всю Диаспору археологом - возникла некая связь, неожиданная, но реальная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
