class="p1">Юля? Он думал, что Юльк. Ей это короткое, как всплеск, имя подходило больше.
— Адш, — она словно пробовала его имя на вкус, покатала во рту. — Ты не сказал, у тебя вакцина есть? Мы ночью будем уже выходить. Света сказала, пойдём через Полигон, так ближе.
— Нет у меня вакцины, — Адш обошёл то, что он вообще не имел представление о какой вакцине Юльк ему толкует. Явно что-то общеизвестное в их мире.
Девушка нервно дёрнулась, пробормотала:
— Я поговорю со Светой. Я договорюсь, ты не думай!
И умчалась.
Не договорилась.
Прибежавшая Светка пыхтела от ярости:
— Ты чем думал, когда полез в Пустошь? Как это нет вакцины? А от радиации ты чем прикрываться собирался? Зонтиком?
— Свет! Дай ему дозу. Одну.
— Я что Юрию Ивановичу скажу?
— Скажи, что я попросила!
Ты! У тебя у самой сколько в планшетке? Четыре?
— Три…
— Уййй… слов нет!.. Стоп! — и Светка неожиданно закрутилась на месте, внимательно осматриваясь вокруг, а потом в изумлении повернулась к Адшу: — А противогаз твой где?
Надоело. И Адш медленно, внятно произнёс, чтобы до них дошло с первого раза:
— Я не из вашего мира. Поэтому, можешь не грузить меня своими глупыми, тупыми вопросами. Ответов у меня всё равно нет.
Глава 3
Фиаллис молча сидел на песке. Он чувствовал нить, которая сейчас связывала его с Кайтошем. Ровная, светлая. Она уходила, исчезала за поворотом виртуального лабиринта, притаившегося среди пустынь и гор Полифиции.
Несколько раз он ощущал жадный, хищный зов. Сумерки пытались заманить его к себе. Без особой надежды. Но ангелу лабиринт был не страшен. А вот если внутри есть чуть тьмы — ты в зоне риска.
Адша всосало внутрь сразу, он даже не пытался сопротивляться. Истинный демон. Ничего светлого внутри. Странно, что Кайтош так о нём беспокоится. Почему? Фиаллису это было непонятно.
Более злобного демона, чем Адш, Фиаллису видеть не доводилось. Воистину, исчадие Ада! Он так гонял его в тренажёрке, что ангел выползал оттуда чуть ли не на четвереньках. А вот Ант… Его Адш доводил и третировал по полной, а на тренировках буквально забивал, ломая кости. Фиаллис уже много раз пожалел, что в своё время показал Адшу изображение Анта, на мнемопластине. Демон тогда странно хмыкнул и пообещал, что Ант не попадёт в Забвение. Фиаллис обрадовался и решил, что в душе у Адша проснулось желание помочь! И вот как всё обернулось…
Теперь, если Адш не вернётся, мучения Анта, наконец, закончатся. И он сможет жить спокойно.
Фиаллис даже вздрогнул от этих мыслей, провёл рукой по лицу.
Лабиринт вещь страшная. Он заводит в такие миры, откуда нет выхода. Но Кайтош пытается с ним справиться. Опасно.
Именно в этот момент нить неожиданно напряглась, завибрировала, резко натянулась! Фиаллис встрепенулся, сосредоточился. Что случилось? Кайтош продолжал неподвижно лежать на песке. Но стал гораздо бледнее!
Ангел забеспокоился, ударил всем своим внутренним светом вдоль связующей их нити. Мало! Не хватает! Он физически ощутил, как от невероятного напряжения связь между ним и Кайтошем начинает рваться! И пустил в ход последние резервы, пытаясь удержать душу Падшего!
— Ты что делаешь? Сгоришь! Брось его, отпусти!
Голос Анта!
— Помоги… — прохрипел Фиаллис. — Не могу… больше… помоги…
— Отпусти!
— Нет… Ант, помоги мне!.. Ант!.. Прошу!..
Ант что-то проворчал. Но схватил его сзади за плечи. Фиаллис почувствовал свет, вливающийся в него потоком! И тут же направил его Кайтошу. Зажмурился, откинул голову. Выбросил крылья, раскрыл их на максимум. Ант, похоже, сделал то же самое. И на некоторое время ему даже показалось, что вдвоём им удалось справиться, удержать Кайтоша! А потом всё, снова спад, и нить уже не просто вибрирует! Она трясётся, ходит ходуном!
Ант!..
— Не могу!..
— Что делать?..
— Ничего!.. Готовься!.. Сейчас откатом ударит!..
И в последнем усилии Фиаллис выгреб весь свой магрезерв, без остатка, оттянул всё, что смог, у Анта и бросил энергию по рвущейся нити! Надеясь, что Кайтошу это хоть как-то поможет на той стороне!
Связь разорвалась. И оба ангела, потеряв сознание, повалились на песок, роняя перья из крыльев. Прямо под ноги появившегося из «Рубежа» хмурого Вистлэнда.
— Лис! Открой глаза! — настаивал жёсткий голос.
Фиаллис добросовестно попытался. И с третьей попытки удалось.
Над ним навис красавец-эльф. Прищурив бирюзовые глаза, он прицельно колдовал над его аурой.
Кивнул, разогнулся и сказал кому-то, в сторону:
— Не сомневайся. Выложились под ноль, оба.
Комната. Каменные стены, грубо обработанные. Он на кровати, лежит, вытянувшись во весь рост, крылья свисают до пола.
Ант? Фиаллис скосил глаза и увидел неподалёку своего приятеля. Тот тоже очнулся, тяжело смотрел на Вистлэнда.
Падший, похоже, был в бешенстве. Сдерживал его сейчас только рассудительный Мэй:
— Вист, они сделали всё, что было возможно. Похоже, Кайтош перекинул в лабиринт не только дух на Призванного, он попытался там материализоваться. Этого никакая связь не выдержит.
— Где Цербер?
— Саша его позвала. Иди. Я пока восстановлю эту парочку. Иди уже, Вист! Мне нужно работать!
Взглядом пообещав Фиаллису все прелести Бездны и Ада, Вистлэнд, наконец, вышел.
А Мэй, холодно взглянув на ангелов, молча занялся свои делом.
— Ты хороший лекарь, — первым подал голос Фиаллис, не выдержав давящей тишины. — Трамар говорил, что ты настоящий воин. А ещё, на суде Кайтоша был его Защитником. У тебя много талантов.
— И что? — кратко бросил Мэй ледяным тоном, кладя ему на лоб очередную артефактную пластину.
— Это необычно для эльфа, — усмехнулся Ант. — Вот Фиаллису и любопытно.
— Очаровательно, — Мэй тоже усмехнулся. — Я смесок. Как ты там говорил, Ант? Отброс? Выродок? Во мне кровь дроу. Мне пришлось выживать. А это ведёт за собой развитие разнообразных талантов. Надеюсь, я сумел удовлетворить ваше любопытство? Спите, оба. Дверь я закрою. Иначе Вист вернется и придушит вас. Он не в настроении.
Мэй проговорил всё это совершенно спокойно и вышел.
— Ну и сколько мне это будут вспоминать? — устало выдохнул Ант, прикрывая глаза.
— Но ведь он прав, — негромко, задумчиво пробормотал Фиаллис. — Знаешь, я много думал. Пока сидел в тюрьме. И потом.
— И много надумал? — в голосе Анта отчётливо прозвучало раздражение.
— Много, — серьёзно ответил Фиаллис. — Мы всё сделали неправильно. Изначально идея была верной, но в какой-то момент мы её извратили, сами. И стали ничем не лучше тех, кого осуждали. Вот ты сейчас злишься. На кого? Разве на меня? Или на то, что слышишь в моих словах здравые мысли? И не хочешь признаваться даже самому себе, что я прав?
— Иди ты… — мрачно буркнул Ант. — Психолог доморощенный. Что ты знаешь обо
