Читаем без скачивания Волшебник в Хаосе - Кристофер Сташеф

Гар промолчал. Лицо его стало непроницаемым.

Дирк отлично знал, что означает это выражение.

— Кроме того, у меня нет виртуального арсенала, вот я и предлагаю, чтобы мы с тобой разъехались. Так будет гораздо безопаснее.

— Не обязательно. Мне ведь известна твоя преданность делу, — возразил Гар. — К тому же я твой друг, а не повелитель. Если ты настаиваешь, я не в силах тебя остановить.

Дирк посмотрел на своего спутника, чтобы убедиться в том, что обида в голосе Гара ему только послышалась. Но выражение лица телепата оставалось каменным.

— Не переживай, брат, — мягко произнес он. — Не забывай, у нас ведь есть новейшие игрушки от Геркаймера. Мы будем поддерживать связь.

С этими словами Дирк потрогал массивную железную застежку на плаще. Под слоем эмали был спрятан хитроумный передатчик.

— Нет, — сказал он. — Пожалуй, мы не станем пугать крестьян говорящими застежками. Если ты не против, я готов чирикать сверчком.

— А я надеюсь, что, выйдя на связь, ты не застанешь меня на поле брани в самый разгар сражения, — горько пошутил Гар. — Давай договоримся так — каждый вечер обмениваемся условленным сигналом. Как мне кажется, лучшего не придумаешь — пару минут попеть на сон грядущий.

— И то правда, — согласился Дирк. — Давай постараемся поточнее сформулировать вопрос, на который пытаемся найти ответ. Полезнейшая вещь, если хочешь прийти к какому-то решению.

— Согласен. — Гар постепенно стряхивал с себя уныние. — Мы должны сделать для себя окончательный вывод — на пользу ли народу эти нескончаемые распри.

— Вряд ли, — буркнул Дирк. — Но не исключено, что в конечном счете здесь все-таки появится правительство, и это пойдет людям только на пользу. Главное — избавиться от тех элементов, которые постоянно развязывают конфликты.

— Пожалуй, — согласился Гар. — Тем более что это не первая планета, которую раздирают постоянные распри.

— Да, но в этом мире присутствует что-то особенное, некая остервенелость, а это заставляет задуматься, — заметил Дирк и вздрогнул.

— Давай воздержимся от резких суждений, — посоветовал спутнику Гар. — Не исключено, что здешние битвы — всего лишь своеобразный ритуал, и участники поединков стараются не наносить друг другу ран, тем более смертельных. Кстати, нечто подобное было заведено когда-то на Земле у североамериканских индейцев...

— Хотелось бы верить, — вздохнул Дирк, — но внутренний голос подсказывает мне, что это не так.

— Отлично тебя понимаю. Это первая из планет, где одновременно льется так много крови.

— Может, у них сезон войны? — высказал неожиданное предположение Дирк. — Но если допустить, что здесь имеется не какая-то вспышка внезапной агрессивности, то становится грустно за людей.

— В таком случае мы должны предпринять все для того, чтобы положить конец этому безумию, а тех, кто персонально ответственен за все бесчинства, необходимо заменить.

— И как, интересно, мы их заменим? — фыркнул Дирк.

— Не стоит задавать сразу так много вопросов, друг мой, — улыбнулся Гар. — Всему свое время.

Гар так задумался о несчастьях, выпавших на долю местного населения, что позабыл о своей кобыле. Та же внезапно мотнула головой и встала на дыбы. Гар потянул за уздечку и послал животному успокаивающую мысль. Кобыла опустилась на все четыре ноги и стала вести себя потише.

— Среди твоих многочисленных талантов умение обращаться с животными — самое сильное, — с восхищением заметил Дирк. — Как ты думаешь, получится ли наладить телепатический контакт с местными лордами?

— Будем надеяться, — произнес Гар, — хотя, на мой взгляд, это несколько безнравственно. Если, конечно, они жестоки не до такой степени, что против этой жестокости все средства хороши, лишь бы только избавить крестьян от их самодурства.

— Ну, если все обстоит настолько скверно, отчего бы нам с тобой не взорвать здесь малюсенькую бомбочку? — вздохнул Дирк. — Это быстро и эффективно.

— Навязанные силой решения, как правило, не приносят долгосрочных результатов, — возразил Гар.

Как и следовало ожидать, Властелин Зутейна не горел желанием выплатить Голубой Роте вознаграждение по окончании сражения.

Однако он знал, что, вполне возможно, вскоре ему снова потребуются услуги наемников. Еще хуже, Властелин знал и то, что, достаточно взглянуть вниз из бойниц замка, как вот она — Голубая Рота, видна как на ладони во всей своей красе, бойцы расположились лагерем у подножия холма. Как только солдаты протрезвеют, а их головы прояснятся и перестанут раскалываться от похмелья, то злостному неплательщику не миновать осады.

Если же так произойдет, то надеяться ему особенно не на что. Властелин Зутейна был не дурак, и понимал, что двадцати трем закованным в латы Громилам и сборищу голодранцев-пахарей ни за что не выдержать натиск тысячи закаленных в сражениях профессионалов.

Поэтому ему пришлось раскошелиться — восемь раз по восемь раз по восемь золотых марок плюс еще восемь в знак своего особого благоволения. Два лейтенанта при помощи шашечной доски пересчитали монеты, складывая их по четыре на каждой клетке. Убедившись, что их не обманывают, смахнули монеты в мешок и принялись пересчитывать следующую партию.

Корт не сводил с денег глаз, но не от жадности, а от восхищения. Есть в золоте некая магическая красота. Металл вспыхивал на солнце, словно излучая некий внутренний свет.

Корт не верил алхимикам, которые утверждали, будто золото — самый чистый металл во вселенной, столь обильно был он орошен человеческой кровью. Однако как прекрасно это зрелище!.. Пятьсот двенадцать золотых монет, и каждая равна по стоимости двадцати серебряным! По восемь серебряных марок каждому солдату, по десять — лейтенантам, по сто сорок капитанам и две тысячи плюс еще восемь в казну Роты!

Но сколько сил пришлось положить за эти деньги! Вознаграждение, предназначавшееся тем, кто пал в бою, живым не достанется, а будет отдано семьям. Конечно, на эти деньги долго не протянешь, и тем более они не вернут семье кормильца...

Властелин Зутейна и капитан Деверс расстались, рассыпавшись друг перед другом в заверениях во взаимной преданности и благодарности. Хотя оба понимали, что в следующий раз капитан вполне может повести свое войско против Зутейна — главное, кто сколько даст.

Рота, выстроившись в походную колонну, зашагала прочь.

— Две тысячи монет в казну роты, — недовольно проворчал какой-то новобранец. — Не лучше ли сразу сказать — в карман капитану!

— Я бы посоветовал тебе попридержать язык, — сказал ему Корт. — Казна для того и существует, чтобы мы не подохли с голоду, пока сидим без работы.