– Какая же я дура, – шепчу себе под нос и со слишком громким звуком ставлю стакан на пол.
Только увидев фотографии Глеба с другой женщиной, я задумалась, сколько на самом деле у меня затаенных обид к нему и его родителям. А во многих случаях нужно было всего лишь говорить, выражать свои мысли вслух и настаивать на своем.
Хотя диалог с моим мужем – это порой очень сложное занятие. Он вспыльчив и имеет привычку подавлять.
Ко всему прочему я жила с психологическим манипулятором?
Нет, полный бред. Если называть этим словом всех, кто не всегда способен себя держать в руках, то у нас почти вся страна будет состоять из одних манипуляторов. Действительно, это не вина Глеба, что я изначально не настояла на отсутствии серой краски хотя бы в некоторых помещениях дома. И в детской у нас обычные окна, тут мы с мужем совпали.
В итоге, может, я виновата в том, что мне изменили?
А что, фигуру я так и не подтянула.
Да, основной вес ушел, но подушка безопасности внизу живота никуда не делась, и эти ужасные складки на спине под бюстгалтером стоит мне только выпрямиться. У меня их никогда раньше не было.
Поднимаюсь на ноги, скидываю с себя одежду и остаюсь в одном нижнем белье. Затем беру одну из присланных фотографий, ту, на которой девица видна во всей красе в крохотном купальнике, и принимаюсь сравнивать нас. И сравнение получается совсем не в мою пользу. Так и хочется отрезать все лишнее, но едва ли я решусь на операцию ради красоты. Никакой Глеб не достоин, чтобы я рисковала собой из–за ерунды. В одном Анна Николаевна права, Никита и Соня у меня на первом месте.
– Ааа, – не сдерживаюсь, кричу и запускаю стаканом в зеркало.
Удивительно, но оно не разбивается вдребезги, лишь тонкие трещинки расходятся от места соприкосновения предметов. А вот стакан как раз разбивается, едва ему стоит достигнуть пола.
Не к месту вспоминается глупая шутка: «Если разбить зеркало к несчастью, а разбитый стакан, наоборот, к счастью, то что я получу?».
Ах да, у меня ведь зеркало практически целым осталось. Неужели пронесло, и несчастья не будет?
Опускаюсь на колени и случайно попадаю прямо на стекло.
– Черт, вот тебе и несчастье, – ругаюсь, вынимая из–под ног осколок. – Смотреться в зеркало с трещинами, кажется, тоже приводит к чему–то плохому.
Тянусь за дальним осколком, нужно собрать все крупные, только потом призвать на помощь робот–пылесос, но он неудачно закатился, и я неловко ударяюсь носом о боковину стола. Перед глазами становится мутно, из носа стекает тоненькая струйка крови, и я теряю сознание.
6
6
Просыпаюсь от истошного крика по видеоняне и вживую.
– Иду, я, иду, – бормочу, поднимаясь.
Голова раскалывается, и я удивляюсь, обнаружив себя на полу, а не на кровати. И тогда события прошлого дня быстрой картинкой мелькают перед глазами.
– Черт, из–за этого придурка я себе переносицу повредила, – говорю, осторожно ощупывая лицо, но тут дети снова заходятся в крике. – Уже бегу, мои сладкие!
Бросаю быстрый взгляд на часы, к этому времени я обычно на ногах, неудивительно, что дети подняли ор, они давно должны есть кашу, играть, смотреть мультики. В общем, заниматься своими важными малышковыми делами. А мать мало того, что спала на полу среди осколков, порезалась и повредила нос, так еще и спина теперь нещадно болит.
И как герои книг ночуют в лесу? Не понимаю. Меня и толстый ковер не спас.
– Котики мои, здравствуйте, – воркую с ребятами, – а мама здесь, мама пришла, никуда не делась.
Дети при виде меня немного успокаиваются, но все равно смотрят недовольно, исподлобья, неуловимо напоминая мне Глеба.
Ох нет. Я не стану проецировать наши с ним проблемы на Никиту и Сонечку. Они не виноваты в неверных поступках своего отца.
Отгоняю прочь мысли и принимаюсь за утреннюю рутину, попутно приводя себя в порядок. Лицо вокруг носа немного опухло, да и общие ощущения странные. Кажется, придется обращаться к врачу.
Кто–то, наверное, удивится, узнав, какое сложное мероприятие для меня – сходить к доктору. Самой, не по поводу детей. Ведь у нас есть в этом городе бабушка и дедушка! А еще мы живем в большом красивом доме. Напрашивается закономерное предположение, что я пользуюсь услугами няни.
Но нет. Я, как бравый семейный страж, ничего лишнего не трачу. Буквально сохраняю каждую лишнюю копеечку. Правда, неизвестно, для чего.
До вчерашнего дня я бы залезла в собственные сбережения, чтобы обратиться–таки к услугам няни, все–таки до рождения детей я работала на приличной должности и исправно получаю декретные. Или же позвонила бы Анне Николаевне и лебезила бы перед ней, выслушивая ее комментарии. Но сегодня я не буду. Поступлю по–другому.
– Котики мои, собираемся. Сейчас мы с вами поедем в развлекательный центр! – весело хлопаю в ладоши, и дети мне вторят, естественно, мало понимая, что я им говорю.
Я уже заглядывалась однажды на этот центр, там есть отдельное помещение для таких малышей, как мои, и имеется возможность оплатить услуги личной няни. Вот как раз сегодня и попробую. Рядом частная клиника, ребята будут под присмотром, пока я займусь собой.
Какое счастье, что я беременная выучилась на права. Понятия не имею, как бы мы жили, топая черте–куда на остановку с детьми на двойной коляске. Папы–то у нас фактически нет. Так, одно название.
Аккуратно паркуюсь, все еще нервничаю на этом маневре, но все проходит отлично. И я, даже слишком воодушевленная, выхожу из машины.
– Приехали, мои сладкие, сейчас вы будете развлекаться, а я лечиться, – бодро сообщаю детям, усаживая их в коляску.
В детском центре все проходит гладко, и я, скрепя сердцем, оставляю детей, раз десять попросив мне звонить при любой проблеме. Ребятам, кажется, нравится в новом месте, и они быстро забывают про меня.
В клинике все проходит не столь гладко и дольше, чем я рассчитывала изначально. Но, главное, ничего серьезного с моим носом не произошло. Простой ушиб. Отек должен спать, и я снова стану красавицей.
– Вы знаете, мы оказываем помощь женщинам, подвергшимся насилию. Если вам не к кому обратиться или хотя бы выговориться, мы поможем, – вкрадчивым голосом вдруг произносит врач, когда я довольная собралась уходить. – Это бесплатно! Вы не думайте! – добавляет она, неверно поняв выражение моего лица.
– Кхм, – прочищаю горло, так вот как я выгляжу для окружающих со своей травмой. Даже неловко, – спасибо, конечно, но я не подвергалась насилию. Если только со стороны стола и собственной невнимательности.
– Да–да, – доктор сочувственно качает головой.
Не верит мне.
– Знаете что, – психую, – до свидания!
Выскакиваю в коридор и хлопаю дверью напоследок.
Немного успокаиваюсь только на улице. И чего я в самом деле, женщина ведь хотела как лучше. А я так реагирую.
Присаживаюсь на лавочку, переводя дух. Пора идти за детьми, возвращаться в привычную колею. Но тут у меня звонит телефон.
– Глеб, привет. Уже и не чаяла тебя услышать, – произношу, быстро нажимая на кнопку вызова на смартфоне.
7
7
Одергиваю себя, давая по голове мысленную оплеуху. Еще бы сказала ему, как скучаю и люблю. Он полностью забил на нас с детьми и нашел себе новую шикарную блондинку без сомнительных складочек на талии после трудных родов, а я ему семейные нежности подавать собралась.
– Да, Оль, был занят. Я и сейчас занят, но ты сильно меня удивила. Пришлось забить в поисковике, а то никак не мог понять, что у тебя за траты. Няня в развлекательном центре, серьезно? И косметологическая клиника? Что ты там себе делала? Внезапно решила красоту навести для кого–то, пока я здесь деньги для семьи зарабатываю?
Неожиданно на меня вываливаются обвинения Глеба.
