Монах-проповедник привязал Яну длинную бороду из цветов и, наконец, надел на голову шляпу из мха. В этом наряде положили Яна вниз брюхом в плоскую овальную кадку. Яну прикрепили хвост также из трав. Голова же Яна торчала поверх воды, так как под грудь была поставлена подпорка.
Кроме всего этого, монах-проповедник, по явному наущению пана Шалявалявского, к накладной бороде привязал веревку, которая была пропущена сквозь блок, укрепленный на дне кадки. Конец ее вышел в щель, провернутую вровень с водою, так что всякий раз, когда захотят потянуть за эту веревку, голова Яна погружалась в воду.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ,
в которой сообщается о превращения Яна в морское чудовище
Когда Ян и монах-проповедник совсем изготовили свою машину, они объявили всему народу о том, что поймали морское чудовище. В тот же день изо всей окрестности прибыло много народу смотреть на Яна. Он чувствовал себя не в очень удобном положении и постоянно захлебывался, когда его дергали за веревку. Несмотря на это, он начал замечать, а потом и гордиться тем, что он собрал больше народу, чем святой отец-проповедник. Он слабым голосом обратился к монаху с просьбой, чтобы тот пользовался таким удобным случаем для распродажи своих проповедей.
Вместо этого пан Шалявалявский и монах приказали Яну молчать. Всем, кто хотел смотреть на чудовище, назначили цену не более трех копеек с человека. Однако, как заметил Ян, они собрали порядочную сумму.
Монах-проповедник рассказывал вымышленную историю о том, как они ловили в море это чудовище.
Выдумка имела такой успех, что они путешествовали не только по мелким городам и селам, по решили далее ехать в столицу, где доход должен был быть гораздо больше.
Однако бедному Яну в этом городе досталось более, чем он предполагал. Он получил такой урок, какого, признаться, никогда не ожидал.
Между зрителями, пришедшими смотреть на чудо морское, было несколько веселых и остроумных студентов, которые немного попристальнее рассмотрели Яна. Одни из них стал довольно громко говорить другим:
— Это такое же морское чудо, как и я. Поверьте, что тут явный обман. Здесь кроется мошенничество, и, если бы я был офицером юстиции, то я бы этих людей вместе с морским чудовищем сослал в лагери, обведя их сначала вокруг города, чего они и заслужили.
— Вот те на, — подумал Ян, слышавший разговор студентов, — заработал я себе удары кнутом и десять лет каторги. Пресвятый боже, — прошептал Ян, — если ты всемогущ и раньше помогал нам, то спаси и на этот раз.
И только он разинул рот, как пан Шалявалявский, следивший за ним и тоже слышавший разговор, окунул его в воду.
Когда Ян вынырнул из воды, то все так громко захохотали и подняли такой крик, что помешали студентам вести разговор.
Однако эта забава уже давно надоела Яну, и он несколько раз жаловался святому монаху-проповеднику, чтоб он избавил его от подобной муки. Но тот говорил ему о больших сборах, которые получают они от этой затеи, и о том, что все это скоро должно кончиться.
Злосчастный Ян просил бога, чтобы он сотворил чудо, подобно совершенному однажды в Кане Галилейской.
От такой жизни Ян скоро заскучал и наконец заболел. Однажды он упал в обморок и чуть не захлебнулся. Наскоро вывели всех зрителей из той комнаты, где происходило зрелище, и вытащили Яна из воды.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
О том, как выздоровел Ян и что произошло на корабле
В ту же ночь монах-проповедник и пан Шалявалявский собрались бежать из города, так как их мошенничество могло открыться.
Ян находился все еще в обмороке. Сначала она хотели оставить его в том доме, где остановились, но потом решили, что когда он опомнится, то все расскажет. Поэтому они засунули его в мешок и с прочей кладью нагрузили на лошадь. Глубокой ночью они прибыли на пристань и сели на корабль, который на рассвете поднял паруса.
Они поплыли в Италию.
Монах и пан первое время совершенно забыли о Яне, находившемся в мешке, но, когда вспомнили, монах сказал:
— Это чудо надо выбросить за борт, оно может попортиться на корабле.
— Ты прав, как бог, — сказал пан. — Сейчас самое удобное время столкнуть его за борт. Там, в море, ему вольготнее будет.
На море было небольшое волнение. Яна от качки несколько раз вырвало, и он освободился от той воды, которой нахлебался в кадке. Ему удалось с помощью зубов и ногтей проделать отверстие, и в эту щель он обозревал окружающий мир.
Он очень удивился, когда увидел кругом бурлящее море, и начал постепенно догадываться о своем местопребывании. С большими усилиями ему удалось просунуть руку из мешка и он нащупал что-то железное. Ухватившись свободной рукой за железный крюк, он таким образом сделал шаг к своему спасенью.
Ян зацепил крюком дыру в мешке и с силой потянул в противоположную сторону. Мешок затрещал. Как только Ян увидел, что вот-вот он скоро совсем освободится из него, он так сильно подпрыгнул, что вылетел из разодранного мешка и покатился по палубе.
Он попал под ноги какому-то человеку и опрокинул его навзничь.
Между ними завязалась потасовка.
Старший штурман, заметивший драку, крикнул матросам, чтобы разогнали драчунов. Ян, испугавшись наказания и, главное, еще не зная, где он находится, быстро скрылся на нижней палубе. Там он столкнулся с монахом-проповедником.
— А вот и я, — сказал весело Ян. — Как здоровье вашего преподобия?
Появился и пан Шалявалявский, но в монашеской рясе. Он ничего не сказал Яну, но пригласил его к себе в каюту. Там они выпили мировую, дали третью часть заработка Яну и составили новый план действий, о котором можно узнать, только прочитавши следующую главу.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ,
в которой рассказывается о происхождении мощей святого Луки
Ян всегда говорил, что перемена места веселит человека. Они не без удовольствия прожили некоторое время в Италии, и монах-проповедник решил произвести одно чудо, после которого они могли представиться самому папе римскому.
Они все переоделись в новые одежды. Ян ходил в новых башмаках и новом подряснике и на всех людей производил вполне благочестивое впечатление. Вначале они ходили по деревням и раздавали свои грамоты, возвещавшие о чуде. Они условились, что в одно из воскресений будет показано чудо.
Перед этим Ян разыскал довольно хорошо сохранившуюся руку одного покойника и представил ее монаху-проповеднику.
На следующее утро они пошли в церковь. Там собралось небывалое множество народу. Монах-проповедник, взойдя на кафедру, начал свою проповедь.
