сгущались. У меня перехватило дыхание, а смерч из осколков ракушек и мусора едва заметно замедлился. Око бури приближалось. В любой момент появится громовой дракон…
Остановись я сейчас – погибну прежде, чем успею расстегнуть рюкзак.
Почти вслепую я спустилась по ступенькам в полумрак пешеходного перехода. Туман всё ещё застил глаза, поэтому две фигуры, прислонившиеся к бетонной стене и курившие, я узнала, только когда приблизилась к ним почти вплотную.
– Что за чёрт! – вскрикнула Вивьен, когда осколок раковины ударил её по щеке.
Она уставилась на меня: мои волосы развевались в тумане, словно жили собственной жизнью.
– Что вы здесь делаете? – выдохнула я.
– От дождя прячемся, – крикнула Мари, пытаясь перекричать вой ветра. – Какого чёрта! Что это? – Она указала на грязно-зелёный отсвет тумана и осколки ракушек, которые застряли в моей одежде.
– Слушай, с чего вдруг запахло гнилью… – начала Вивьен.
Но тут земля задрожала так сильно, что мы все зашатались, и я врезалась в девчонок. Мари пыталась удержаться на ногах, прижавшись к стене туннеля. Вивьен упала на колени и завопила.
И всё стало предельно ясно: или я бегу дальше, оставив Вивьен и Мари на произвол судьбы, или пытаюсь остановить грозового дракона, чтобы дать шанс на спасение хотя бы девчонкам. Мне в любом случае придётся туго. Я закусила губу. Даже если эти старшеклассницы мне совсем не нравились, и вели они себя так, словно им наплевать на всё и всех на свете, они всё равно люди. И однажды, как все ведьмы, я дала клятву…
Вход потемнел, когда нечто с тёмными чешуйчатыми лапами и острыми как бритва когтями протиснулось за угол.
Что-то… огромное.
– Уродина чокнутая, дура лунатичная! – заорала Мари, впившись пластиковыми накладными ногтями в бетонную стену.
– Просто беги, слышишь?! – крикнула я. – БЕГИ!
– Но там же гроза, – заикаясь, выговорила Вивьен.
– Да, а если в нас ударит молния…
Дракон издал булькающее шипящее рычание, которое прозвучало как тысяча громовых раскатов одновременно – и в переход протиснулась морда размером с автомобиль. Огромная распахнутая пасть потянулась к нам, и нас опять окатило волной вони и мусора, ещё более мерзкой, чем первая.
Меня чуть не стошнило. Мари и Вивьен, бледнее призраков, стояли с открытыми ртами, из которых не вырывалось ни звука. Девчонки были слишком испуганы, чтобы кричать, потому что даже не верили в существование драконов! Боже мой! Если нам всё-таки удастся отсюда выбраться, можно только надеяться, что всё пережитое покажется им настолько абсурдным, что они решат, будто выдумали эту историю… Но в данную минуту это волновало меня меньше всего.
Не мешкая, я влепила девчонкам по пощёчине.
– БЕГИТЕ! – крикнула я. – Нет времени объяснять. БЕГИТЕ!
Всё-таки они зашевелились и, спотыкаясь и пошатываясь, бросились в другой конец туннеля и вверх по лестнице.
Я же принялась шарить в рюкзаке в поисках ножниц и с мрачным видом повернулась к дракону.
Он к тому времени заполнил собой весь вход в подземный туннель. Поскольку голова его была слишком велика, чтобы протиснуться, он немного отпрянул и изменил тактику. Вместо гигантской морды сквозь густой туман пробился шипастый хвост длиной со ствол дерева. За хвостом последовало студенистое туловище – такие обычно бывают у обитателей морских глубин. Внутри, под шкурой, мелькали вспышки молний, в воздухе почти осязаемо висело зловоние, которое, казалось, вытеснило весь кислород.
Когда хвост принялся нащупывать меня, я закашлялась и отступила назад. Чешуя и шипы скребли по асфальту, неумолимо приближаясь. Видеть меня дракон не мог, однако надолго это его вряд ли задержит.
Мне очень хотелось оказаться как можно дальше от чудовища, но в этот момент кончик его длинного шипастого хвоста нашёл меня. Точнее говоря, он как хлыст на бешеной скорости пронёсся вперёд и разорвал на мне джинсы. Когда шип коснулся моей кожи, я едва подавила крик.
По ноге потекло что-то тёплое. Наверное, кровь, но я не стала тратить силы и время, чтобы это проверить: какой бы глубокой ни оказалась рана, сейчас это совершенно не важно.
Своего первого грозового дракона я убила в десять лет – раньше всех ведьм, когда-либо совершивших этот подвиг. В тот раз шторм застал нас с сёстрами врасплох, когда мы поднялись на поверхность моря. Помню, как без колебаний вонзила клинок-молнию прямо в раскалённое сердце чудовища. Я действовала наудачу, не размышляя.
Какая наивность! Я действительно поверила, что непобедима, – ведь все меня в этом убеждали. И что непогрешима. Сказочное дитя пророчества. От воспоминаний во рту стало горько.
Теперь-то понятно, что все ошиблись.
И сегодня, без единого клинка в руках, мне нужен другой план. Нужно как-то задержать дракона, хотя бы пока Вивьен и Мари не уйдут с линии огня (и желательно, чтобы при этом меня не съели).
Хвост дёрнулся в мою сторону, но на этот раз промахнулся на волосок – я вовремя отпрыгнула. Увы, передышка продлилась недолго.
Тварь снова потянулась ко мне.
Когда я нашла ножницы, то, не раздумывая, изо всех сил вогнала острые лезвия в чешуйчатое тело, но вместо того чтобы отступить, чудовище только разгорячилось. А нелепой атакой я выдала своё местоположение. Хвост дракона снова просвистел в воздухе, ударил меня по бедру, прижал к стене и стал тянуть ближе и ближе к туловищу. Показалась ещё одна порция острых как бритвы осколков. Я вскинула руки, чтобы хоть немного защитить лицо.
Грозовой дракон издал мощный боевой клич, от которого у меня чуть не лопнули барабанные перепонки. Судя по звуку, чудовище проголодалось.
Я заморгала, отчаянно оглядываясь в поисках выхода. Неужели это конец? Столько лет скрываться – и стать жертвой не наёмных убийц, а бродячего дракона-громовержца?! Без оружия и на суше?! Принцесса, которая уже в детстве прославилась искусством владения клинком?!
Пасть раскрылась шире, готовясь меня проглотить.
Нет! Не могу же я сдаться без боя, я должна… ну хотя бы попытаться, верно?
Да, рискованно, опасно и глупо, но у меня нет другого выхода.
Я не хочу умирать.
Осколки ракушек царапали лицо и руки, а хвост дракона держал меня так крепко, что едва не трещали рёбра.
Время пришло. Сейчас – или…
Смерть притаилась в тени, пытаясь сжать меня в когтистых объятиях. Уродливая и неумолимая, как громовой дракон.
Нет!
Я сделала вдох, который мог стать последним, и… сделала то, чего давно не собиралась делать.
Я запела.
Громкий чистый звук вырвался из моего горла так свободно, как если бы я не сдерживала его четыре года, пять месяцев и шестнадцать дней. Этот звук летел и раскрывался, как только что закинутая рыболовная сеть, отражаясь
