Читаем без скачивания В поисках тигра (ЛП) - Коллин Хоук

К счастью, все перечисленные предметы в ЗОУ казались весьма интересными, особенно религия и магия. Мистер Кадам записал меня на дисциплины, которые я наверняка выбрала бы сама — кроме, разве что, латыни. Я сморщила нос. «Языки мне никогда не давались, — стала думать я. — Жаль, что в ЗОУ не предлагалось изучение индийского! Я бы не отказалась выучить хинди, особенно если мне придется когда-нибудь вернуться туда, чтобы выполнить три оставшихся задания, которые, если верить пророчеству Дурги, позволят снять проклятие тигра. Возможно…»

И тут по радио заиграла песня «I told you so» в исполнении Кэрри Андервуд. Текст этой песни заставил меня расплакаться. Вытерев слезы, я твердо сказала себе, что он, наверное, в самом деле очень скоро найдет себе другую. Я бы на его месте ни за что не простила себя! Но думать о нем, даже недолго, было слишком мучительно. Я поспешно скомкала свои воспоминания и заперла их в самом тесном уголке сердца. И призвала на место болезненных мыслей целую стаю жизнеутверждающих. Я стала думать о школе, о своей приемной семье и о возвращении в Орегон. Я складывала эти мысли, как книги, одну на другую, чтобы придавить тяжестью стопки все остальное.

Думать о других проблемах и людях оказалось довольно эффективным средством отвлечься. Но я все равно чувствовала, что его призрак обитает в тихом и темном тайнике моего сердца, ожидая, когда я ослаблю бдительность или почувствую себя одинокой, чтобы вновь обрушить на меня запретные мысли.

«Значит, нужно постоянно занимать себя чем-то, — решила я. — В этом мое спасение. Я буду учиться как сумасшедшая, буду ходить в гости и… и встречаться с другими молодыми людьми! Да! Вот что я сделаю. Буду бегать на свидания и ни минуты не сидеть без дела, чтобы некогда было даже думать о нем. Жизнь продолжается. Что ей еще остается?»

Когда пришло время ложиться спать, было уже поздно, и я валилась с ног от усталости. Погладив Фаниндру. я забралась под одеяло и тут же уснула.

***

На следующий день раздался телефонный звонок. Это оказался мистер Кадам, что меня искренне обрадовало и столь же искренне разочаровало.

— Здравствуйте, мисс Келси! — жизнерадостно воскликнул он. — Я был очень рад узнать, что вы благополучно добрались домой. Надеюсь, все устроено, как нужно, и вы всем довольны?

— Это все стало для меня полной неожиданностью, — призналась я. — Теперь мне страшно неудобно — и за дом, и за машину, и за кредитку, и за университет.

— Даже не думайте об этом! Мне доставило огромное удовольствие сделать это для вас.

Любопытство, как всегда, оказалось сильнее меня, поэтому я спросила:

— Как продвигаются дела с пророчеством? Еще не разгадали его?

— Я пытаюсь перевести надписи на оставшихся гранях монолита, мисс Келси. Когда вы уехали из Индии, я вернулся в храм Дурги и сделал фотографии трех других обелисков. Рискну высказать предположение, что каждая из четырех колонн символизирует определенную стихию: землю, воздух, воду и огонь.

— Вполне может быть, — согласилась я, вспомнив пророчество Дурги. — Тот обелиск, который мы открыли, скорее всего, имел отношение к земле, потому что на нем были изображения крестьян, подносящих богине фрукты и злаки. Кроме того, Кишкиндха находится под землей, и первый дар, который Дурга попросила нас отыскать, оказался плодом, хоть и золотым.

— Да, конечно, но теперь выясняется, что некогда существовал пятый обелиск, уничтоженный в глубокой древности. Он олицетворял собой стихию пространства, характерную для индийских верований…

— Знаете, если кто-то и может в этом разобраться, то только вы, мистер Кадам! Спасибо, что позвонили, — выпалила я, прежде чем мы пообещали друг другу как-нибудь созвониться или списаться.

Следующие пять часов я провела за новыми учебниками, а потом отправилась в магазин игрушек, чтобы купить парочку оранжево-полосатых плюшевых тигров для Ребекки и Сэмми, раз уж я не удосужилась привести им какие-нибудь подарки из Индии. Не знаю, где был мой разум, когда в том же магазине я неожиданно для самой себя приобрела гигантского, безумно дорогого, белоснежного плюшевого тигра.

Вернувшись домой, я вытащила тигра из пакета и зарылась лицом в его плюшевую шерсть. Тигр был мягкий, но пах неправильно… А вот он пах волшебно — водопадами и сандаловым деревом. Плюшевый зверь был всего лишь жалкой подделкой с блестящими и пустыми голубыми пластмассовыми глазами. А у него глаза были густо-синего цвета. Даже полоски у плюшевого тигра оказались не такие, как надо.

«Да что это со мной такое? Зачем я вообще его купила? Теперь мне будет еще труднее забыть его!»

Отогнав ненужные чувства, я пошла переодеваться для поездки в приемную семью.

По дороге я нарочно сделала огромный крюк, чтобы подальше объехать ярмарку графства Полк и связанные с ней мучительные воспоминания. Не успела я припарковаться перед домом Майка и Сары, как дверь широко распахнулась. Майк бросился было ко мне… но, ослепленный красотой порше, пронесся мимо меня к машине.

— Келси! Можно? — вкрадчиво попросил он.

— Валяй, развлекайся, — со смехом ответила я.

«Узнаю старину Майка!» — подумала я про себя, протягивая ему ключи, чтобы он мог несколько раз объехать вокруг квартала.

Сара обняла меня за талию и повела в дом.

— Мы так рады тебя видеть! Мы оба, разумеется! — прокричала она, бросив грозный взгляд на Майка, который радостно помахал нам рукой и был таков. — Когда ты улетела в Индию, мы поначалу страшно волновались, ведь ты не баловала нас звонками, но потом мистер Кадам стал звонить нам через день и рассказывать, чем ты занимаешься и как страшно занята.

— Вот как? И что же именно он вам рассказал? — поинтересовалась я, мне было любопытно узнать, какую историю сочинил для них мистер Кадам.

— Послушай, это все так чудесно, правда? Так, дай-ка вспомнить, что же он говорил… Рассказывал о твоей новой работе и о том, что ты каждое лето будешь проходить у него практику, чтобы трудиться над разными проектами. Я и не знала, что тебя интересуют международные отношения! Восхитительная специализация! Просто сказочная. Еще мистер Кадам сказал, что когда ты окончишь университет, то сможешь получить постоянную работу в его компании. Это же потрясающая возможность!

Я улыбнулась ей.

— Да, мистер Кадам замечательный человек. Лучшего босса и пожелать нельзя. Он относился ко мне скорее как к внучке, чем как к служащей, и боюсь, страшно меня избаловал. Ну, ты же видела дом, машину, а теперь еще университет.

— Он тоже очень тепло отзывался о тебе по телефону. Даже признался, что стал полностью зависеть от тебя, представляешь? Прекрасный человек, и такой любезный! Представляешь, он уверял нас, что ты… как же он выразился… «инвестиция, которая стократно окупится в будущем», вот как!

Я с большим сомнением покосилась на Сару.

— Будем надеяться, что он во мне не ошибся.

Она рассмеялась, потом посерьезнела.

— Мы прекрасно знаем, что ты особенная, Келси, и заслуживаешь всего самого лучшего! Может быть, таким образом мироздание компенсирует тебе потерю родителей. Хотя я понимаю, что ничто и никогда их не заменит.

Я кивнула. Сара была искренне рада за меня. Не говоря уже о том, что уверенность в моей полной финансовой независимости наверняка стала огромным облегчением для них с Майком.

Сара еще раз порывисто обняла меня и бросилась вытаскивать из духовки какое-то подозрительно пахнущее блюдо. Водрузив его на стол, она объявила:

— Ну, а теперь давайте поедим!

Я изобразила полный восторг и спросила:

— Хм… а что у нас на ужин?

— Лазанья из органической муки, тофу и шпината, с соевым сыром и льняным семенем!

— Ням-ням, объедение! — сказала я, выдавив кривую улыбку. При этом я с тоской подумала о Золотом плоде, оставшемся в Индии. Этот волшебный артефакт мог наколдовать любую еду, какую захочешь. Кто знает, попади он в руки Сары, может быть, даже здоровая еда стала бы съедобной. Я украдкой отщипнула кусочек органической лазаньи. «Нет, пожалуй, вряд ли…»

Шестилетняя Ребекка и четырехлетний Сэмюель ворвались в комнату и запрыгали передо мной, пытаясь привлечь к себе внимание. Я обняла их обоих и отвела к столу. Потом подошла к окну, чтобы посмотреть, не вернулся ли Майк. Оказалось, он только что вышел из «порше» и теперь пятился спиной к двери, не в силах отвести глаз от машины.

Я открыла ему дверь.

— Хм, Майк, пора ужинать.

Он машинально отозвался, не глядя на меня:

— Да-да. конечно… Уже иду.

Усевшись между детьми, я положила каждому из них по огромному ломтю лазаньи, а потом взяла крохотный кусочек для себя. Сара вопросительно подняла брови, но я объяснила, что недавно плотно пообедала. Майк, наконец-то занявший свое место, принялся с жаром расхваливать порше. Он попросил у меня разрешения одолжить машину на вечер пятницы, чтобы свозить Сару на свидание.