пор, пока не приедет Токаев».
Президент призвал жителей «не нарушать общественный порядок»:
— Граждане имеют право публично высказывать требования к местным и центральным властям, но делать это следует в соответствии с законодательством, в частности, с законом о мирных собраниях.
А требования уже приобрели политический характер: «Правительство в отставку!» На площади в Актау скандировали: «Старик, уходи!» Это было обращение к первому президенту страны Нурсултану Назарбаеву. Почему? Считалось, что газовая отрасль страны в руках близких родственников Назарбаева, которые стали невиданно богаты.
Периодически подобные призывы уже звучали. Но в таком массовом масштабе это было впервые. В городе Талдыкоргане снесли памятник Назарбаеву.
Для многих за пределами Казахстана это был сюрприз. Люди старшего поколения помнят Нурсултана Абишевича успешным и умелым политиком позднесоветского периода. Ему воздавали должное за быстрые и радикальные экономические реформы, когда Казахстан стал самостоятельным. И вдруг антиназарбаевские лозунги! Заговорили о том, что это протест против «Семьи». У нас при Борисе Николаевиче Ельцине тоже возникло такое понятие.
Тем временем отправленная президентом Токаевым правительственная комиссия сообщила, что прежние цены на газ вернулись — проблема решена. Очевидно было одно: власть менее всего желает конфликта, она избегает применения силы и готова договариваться.
Но главные события разворачивались теперь в других регионах, прежде всего в Алматы, прежней столице Казахстана.
1-й заместитель начальника полиции Алматы полковник Нурлан Алмасбеков рассказывал мне:
— 4 января был обычный рабочий день, работали по плану. Стала поступать информация о различных очагах социальной напряженности, где собирались группы людей, высказывали недовольство по различным социальным и другим проблемам. Первоначально все митинги носили мирный характер. Собирались двести — триста человек в различных частях города. С ними проводились местными исполнительными органами беседы о недопустимости противоправных действий и других нарушениях общественного порядка. Но уже ближе к вечеру ситуация стала напрягаться, обостряться.
Сергей Афанасенко, начальник специального отряда быстрого реагирования (СОБР) полиции Алматы:
— Задача ставилась одна — не допустить массовых беспорядков. Но поступала информация, что с разных направлений движется многотысячная толпа. Уже понятно было, что это не просто обычный митинг… Видно было, что в руках уже и палки, и какие-то предметы, и ясно стало, что они будут их применять против сотрудников полиции… Зевак среди них уже не было в тот день.
Личный состав, и наши сотрудники, и приданные нам силы — никто не применял огнестрельное оружие. Команды такой не было. Поэтому вытеснение происходило только спецсредствами. А задача одна — вытеснить толпу с площади. И с минимальными потерями. Не нанести травм, увечий, минимизировать жертвы… На что рассчитывали? Когда выходит личный состав в полной экипировке, надеемся на то, что внешний вид сработает. Это демонстрация силы, попытка психологического воздействия — кто-то все-таки сообразит, что лучше от греха подальше уйти с площади….
Но в полиции быстро почувствовали: что-то изменилось! Про газ словно все забыли! Стало ясно, что протестующие готовятся к ночным акциям.
Генерал-лейтенант Ерлан Тургумбаев, который в те январские дни был министром внутренних дел республики, рассказывал мне:
— Ночь — она всегда самое сложное при всех массовых беспорядках, при таких акциях. Ночью преступники почему-то считают, что никто их не видит, что их не смогут опознать, что они останутся безнаказанными. Ночь, когда практически нет освещения, подталкивает к противоправным действиям. Самая тяжелая ночь была с 4 на 5 января. Вот в ту ночь произошли все нападения на акиматы, в ту ночь были грабежи, в ту ночь были поджоги, в ту ночь были убийства….
Верно — ночь всегда опаснее дня. Боевики чувствуют себя увереннее, и ночь дает волю самым опасным фантазиям.
Старший лейтенант полиции Ернар Айтенов, участковый инспектор управления полиции Медеуского района города Алматы:
— Я не думал, что это перерастет в массовые беспорядки. Мы считали, что соберется большая толпа, но с людьми поговорят и их потихоньку вытеснят из города. Что начнутся массовые беспорядки и мародерство, мы этого не ожидали. Людей, которые были настроены так агрессивно, я раньше не встречал… Среди них большинство были очень молодые. Они, скорее всего, находились в алкогольном или в наркотическом опьянении. У них были у всех красные глаза и не было страха.
Ночью по всей стране пытались захватить здания одиннадцати акиматов, восемь захватили.
Но зачем? В зданиях областных управлений ничего ценного, грабить нечего. Цель была другая: продуманный захват органов власти. Это уже была попытка государственного переворота. Организаторы требовали от акимов: сдайте власть и уходите. В этих акциях участвовали тысячи боевиков.
Капитан полиции Айдос Орманов, старший инспектор по особым поручениям управления специальной и мобилизационной подготовки Департамента полиции Алматы, вспоминал:
— Когда толпа собралась, мы переоделись в гражданку и выехали в шесть вечера. По приезде увидели, что разъяренная толпа уже бьет наших солдат. Отбирали у них каски и этими же касками били по голове. Мы встали в кольцо и понемногу отодвигали толпу, чтобы спасти наших солдат. На площади собрались подготовленные люди. Очень даже хорошо подготовленные люди. Они умели обращаться с оружием, были хорошо экипированы и вооружены.
В Центре оперативного видеонаблюдения Департамента полиции Алматы начальник управления местной полицейской службы полковник Манар Саттаров рассказывал мне:
— Сперва мы думали, что это обычный несанкционированный митинг. А начались массовые беспорядки. Когда они шли по городу, то всё крушили, что попадало в руки. Избивали мирных гражданских людей, детей. Останавливали проезжающие автомашины. Мародерствовали… Кто-то ими командовал. У них было все организовано. Мы не ожидали, что так будет. Такого не было за всю историю независимого Казахстана.
В Алматы боевики атаковали ключевые здания. Таранили грузовиками, захваченными пожарными машинами, чтобы проломить ограждение. А ночь была туманная — плохо видно! В городе много видеокамер. Но ничего не разглядеть.
5 января утром президент Токаев отправил в отставку правительство. Сменил премьер-министра Аскара Мамина. Глава правительства считался человеком, глубоко преданным первому президенту Назарбаеву — его в шутку именовали не Маминым, а Папиным….
Но цены уже точно не имели значения. Внезапно все переменилось! В разных областях страны на улицы вышли десятки тысяч людей. И это уже был не мирный протест. В крупных городах взялись за оружие.
Участковый инспектор полиции Турксибского района майор Серик Шумушпаев рассказывал мне:
— Как только поступила команда, мы поехали на площадь, где городской акимат. Всем объяснили задачу — кто где будет стоять. Нас поставили сзади акимата. И уже туда нам из райотдела на автобусе привезли спецсредства. Оружия ни у кого из нас не было, получили щит и каску для самозащиты. И слышим шум приближающейся толпы. Я подумал: это около тысячи людей. Потому что аж рев такой громкий был…
Боец специального отряда быстрого реагирования, попросивший не называть его имени:
— Мы пытались разогнать толпу. Но она не
