Вообще я никогда не любила чересчур красивых мужчин. Чаще всего они знали, какое впечатление производят на женщин, и вели себя как настоящие засранцы. Внутренний инстинкт самосохранения всегда шептал, что нужно держаться от таких подальше. Не хочу сказать, что я всегда выбирала уродцев, но вот таких идеальных Кенов с правильными чертами лица недолюбливала. В мужчине должна быть харизма, сексуальность и чувство юмора, все остальное — вторично.
Пока я размышляла, парень продолжал напряженно смотреть на меня, а потом, как и в первую встречу, мотнул головой, будто отгоняя ненужные мысли, и улыбнулся. Но улыбка была не искренняя — это я поняла сразу на каком-то интуитивном уровне. Если утром он улыбался растерянно и немного смущенно, то сейчас делал это намеренно, позволяя губам растянуться, обнажая идеально-ровные белые зубы. Он знал, что в этот момент был неотразим, что на щеках появились едва заметные ямочки, а лицо стало еще привлекательным.
«Та-а-ак, — пронеслось у меня в голове, — мальчик возомнил себя мачо, что неудивительно с такой-то внешностью, и решил поиграть в коварного соблазнителя. Хех, ровесницы наверное штабелями вокруг него падают от одного взгляда, но только в этот раз парень выбрал не тот объект для соблазнения.»
Я так же дерзко улыбнулась ему в ответ и, не торопясь двинулась вперед, зная, как соблазнительно облегает серая ткань юбки мои бедра при ходьбе. Почему-то захотелось поставить на место этого самоуверенного юношу, чтобы он знал, что не все женщины ведутся на его внешность.
До встречи с мужем меня часто называли «неприступной» или «снежной королевой». Мало того, что у меня светлая кожа и голубые глаза, так еще и в отношениях с мужчинами я предпочитала держать себя холодно, можно даже сказать, отстраненно. Флиртовать, дразнить можно, но не пускать дальше установленных мной же границ. Когда в моей жизни появился Алексей, ему пришлось долго пробивать эту броню, доказывая, что он настроен серьезно и у него действительно чувствако мне. Не могу сказать, что меня кто-то обидел в «молодости» или предал, просто я, видя негативный опыт подруг, заранее выбрала такую тактику поведения с мужчинами, чтобы обезопасить себя от душевных ран.
Уверенной походкой направляясь к зеленоглазому, я задумалась, что уже очень давно не общалась с незнакомыми мужчинами. Коллег по работе и друзей мужа я знала как облупленных, а в остальном — круг моего общения был настолько закрытым, что новые люди в нем появлялись крайне редко. Азарт охотницы проснулся во мне, захотелось узнать: а не пропал ли у снежной королевы талант обламывать мужчин.
Когда нас разделяло всего несколько шагов, я посмотрела незнакомцу в глаза и вновь на секунду обомлела. «Черт, вот делает же природа такое сочетание цветов!» — воскликнула про себя, а художник внутри меня вопил от негодования, вопрошая, почему приходится упускать вторую возможность за день, почему у меня под рукой опять нет чертовой камеры?
Почувствовав, что вновь тону в его глазах, я тут же растеряла весь свой пыл и, изменив траекторию движения, проскользнула через балконную дверь обратно в комнату. Осмотревшись и не увидев Лерку, я направилась на кухню, ведь кажется, там она скрылась несколько минут назад.
Я едва не вскрикнула от неожиданности, когда в дверях столкнулась с зеленоглазым. Как он успел оказаться на кухне раньше меня? Неужели изобрели телепорт, а я все еще не в курсе?
— Что ты тут делаешь? — выпалила и только потом сообразила, какую глупость сморозила. Он, вероятно, даже не помнит меня — женщину, которая пробежала мимо сегодня, когда он ждал кого-то у подъезда. Я утром вообще на себя не похожа: вся растрепанная, потная, без грамма косметики, в видавшем виды спортивном костюме. Если он меня и запомнил, то узнать, что это была я, точно не мог. «Идиотка!» — отругала я себя, но вида не подала — слово не воробей, как говорится. Незнакомец прищурился, и мне показалось, что он вот-вот рассмеется, а я затаила дыхание, ожидая этого момента. Теперь, когда была возможность разглядеть ближе, я сканировала каждую черточку на его лице, стараясь запомнить, впервые в жизни жалея, что не умею рисовать. Но к моему разочарованию он не засмеялся, а, осмотрев меня с ног до головы наглым взглядом, произнес:
— Что делаю в своей собственной квартире? Хм, дай-ка подумаю… — он притворно закатил глаза, а я покраснела. В очередной раз за день мне пришлось признать, что парень не лишен животного магнетизма. Тягучий с хрипотцой голос притягивал, его хотелось слушать, он, будто шерстяное одеяло дарил тепло, чуть покалывая при этом кожу.
Два один в его пользу, а я дважды дура.
А потом я разозлилась. «Его квартира, ага сейчас! Тебе сколько? Лет двадцать максимум, мальчик, — подумала я. — Наверно с самого рождения на такие хоромы копил? Богатенькие родители подарили сыночку квартиру, а он и рад тут тусовки устраивать да девчонок водить. Ну-ну, его она…»
Сама не знаю, чего меня так накрыло, но ситуация начала действовать мне на нервы. Равнодушно пожав плечами, я попыталась проскользнуть мимо, но он удержал меня, ловко схватив за локоть.
Презрительно фыркнув, я дернулась, пытаясь освободиться.
— Ю, подожди… не так быстро, — я замерла. Тут надо рассказать, что друзья вместо моего полного имени Юлия используют сокращение Ю. Это пошло с тех времен, когда о мобильном интернете никто еще и не мечтал, а денег на смс у нас, бедных студентов, было мало, и мы использовали сокращения, дабы отправлять как можно меньше символов. Но так меня называли самые близкие друзья, поэтому я удивилась, услышав это обращение из уст незнакомца.
В этот момент к нам подскочила Лерка.
— О, я смотрю, вы уже познакомились! Дим, это о ней я тебе рассказывала, — выпалила она, и все встало на свои места. Ну конечно, моя сумасшедшая подруга, как всегда, не удержала язык за зубами. Молясь, чтобы зеленоглазый не оказался очередным ее ухажером, которому Лера выболтала все обо мне, я многозначительно посмотрела на пальцы, что все еще удерживали мой локоть.
Парень поднял обе руки вверх, будто сдаваясь, и улыбнулся.
— Ага, попытались, — хохотнул он.
Я разозлилась: ненавижу, когда меня обсуждают за глаза. И хоть уверенность, что Лерка ничего плохого не рассказала, была железобетонная, неприятный осадок все равно остался. С какой стати они вообще меня обсуждали?
— Лер, объяснишь, что происходит? — я повернулась к подруге, сверля ее злобным взглядом.
— Ю, не психуй! Это друг Ромки, он, так же как и ты, увлекается фотографией. Вот я и попросила дать тебе несколько мастер-классов, ну, по технической части… Ты же хотела… — подруга смолкла, видя мой негодующий взгляд.
