Сложнее другой вопрос: прибывал ли в 1882 - 1883 годах на Землю оптический сигнал из космоса?
В цепи наших рассуждений это пока единственное произвольное допущение. Кроме того, это повод к дальнейшей проверке лучевой гипотезы.
Факты и на этот раз оказываются в полном соответствии с гипотезой.
В 1882 году было зарегистрировано оптическое явление, поразительно напоминающее падение тунгусского метеорита. Только на этот раз сигнал был менее концентрированным.
Любопытная деталь. Первый научный отчет о "сигнале 1882 года" назывался "Странный небесный пришелец". А первая статья о тунгусском взрыве была озаглавлена "Пришелец из небесного пространства".
"Я находился в королевской обсерватории в Гринвиче, и, поскольку в 10 часов 15 минут утра разразилась сильная магнитная буря, я надеялся, что, возможно, появится полярное сияние", - пишет астроном Мондер в своем отчете. Далее он говорит: "Потом, когда полярное сияние уже, казалось, начало гаснуть, на востоке-северо-востоке, в нижней части неба, вдруг появился большой зеленоватый светящийся диск, словно только что поднявшийся из-за горизонта, и стал двигаться по небу так же прямолинейно и равномерно, как движутся Солнце, Луна, звезды и планеты, но только в тысячу раз быстрее. То, что вначале он казался круглым, было, очевидно, результатом его оптического сокращения в ракурсе, ибо по мере приближения к зениту он становился все длиннее и длиннее; когда он пересекал меридиан, проходя над самой Луной, он имел почти форму эллипса, и притом очень удлиненного. Недаром многие наблюдатели говорили потом, что он "сигарообразной формы", напоминает "торпеду", "веретено" или "челнок". Если бы это событие произошло в следующем столетии, нет никакого сомнения в том, что для сравнения о нем говорили бы: "Ну, точь-в-точь цеппелин". После того как он пересек меридиан, длина его стала уменьшаться, и он исчез в западном направлении, чуть южнее. Весь путь от восхода и до захода он прошел менее чем за две минуты и исчез в 6 часов 05 секунд по гринвичскому времени.
Это торпедообразное пятно света не было похоже ни на одно из известных мне небесных тел... Оно казалось твердым, и потому многие наблюдатели считали, что это "метеор" - не в старом, расплывчатом смысле этого слова, просто предполагающем появление какого-то тела в земной атмосфере, а в смысле твердого космического вещества, которое, двигаясь по орбите, проникло в атмосферу Земли... У меня лично создалось впечатление, что скорее это напоминало свет прожектора, упирающегося в облако и скользящего по его поверхности" [Д. Мензел, О "летающих тарелках", Москва, 1962, стр. 100-101. ].
Через 11 лет и 8 месяцев - 26 августа 1 894 года - необычное оптическое явление повторилось.
Мензел приводит описание, сделанное опытным наблюдателем: "Глядя в сторону созвездия Кассиопеи, я вдруг увидел, к своему изумлению, как белое светящееся пятно, расположенное возле двух звезд первой величины этого созвездия, внезапно вспыхнуло ярким блеском и тут же превратилось в четко очерченный диск, диаметр которого приблизительно в три раза превышал диаметр Юпитера..." [Д. Мензел, стр. 107. Сравните это с тем, как описывает И. Шкловский впечатление от наблюдения космического лазерного луча: "...вспышка света от лазера будет видна как исключительно яркая звезда 7-й величины, т. е. примерно в 10 раз ярче, чем Венера на небосклоне Земли" (стр. 191].
Это показание имеет особую ценность - в нем говорится, откуда шел луч. Значит, можно еще раз проверить наши выводы. Ведь луч мог идти из точки неба, далекой от 61-й Лебедя. Однако две наиболее яркие звезды созвездия Кассиопеи обращены как раз в сторону созвездия Лебедь. Больше того, именно в этой обращенной к Кассиопее части созвездия Лебедь и находится 61-я!
Надо отметить, что во всех трех "сигналах" (1882, 1894 и 1908 гг.) лучи были почти одинаково окрашены: наблюдатели говорят о "беловатой", "голубоватой" и "зеленоватой" окраске. В 1908 году "сигнал" имел больший накал ("беловатая" окраска) и, будучи более узким световым пучком, находился в поле зрения очень недолго. Два других "сигнала" имели менее "накаленную" окраску, то есть представляли собой менее концентрированный луч. Поэтому они были видны в течение 2-5 минут.
Все три "сигнала" наблюдались приблизительно на одной широте.
Наконец промежуток между сигналами - примерно 11-12 лет - совпадает с тем временем, в течение которого свет преодолевает расстояние между Солнцем и 61-й Лебедя. Не исключено, что интервал между сигналами содержит информацию - указывает расстояние, с которого посланы сигналы.
Следы "инозвездного разума" надо, думается нам, искать не в библии и не в наскальных изображениях. Эти следы должны быть в звездных спектрограммах.
Нужно заново изучить спектрограммы ближайших к Земле звезд. Нужно использовать новейшую современную аппаратуру для получения новых спектрограмм - в первую очередь с 61-й Лебедя. Колебания интенсивности спектральных линий, которые раньше приписывались различным случайным причинам, теперь могут быть расшифрованы как оптические сигналы инозвездной цивилизации.
Полеты на межзвездные расстояния сложны даже для высокоразвитых цивилизаций. Такие полеты будут продолжаться десятки, возможно сотни, лет. Чтобы летать от одной звезды к другой, нужно знать, куда и зачем летишь. Поэтому прилету межзвездных кораблей обязательно должна предшествовать лучевая разведка. Маршруты будут проложены туда, где есть разумная жизнь.
Итак, сначала лучевая разведка, потом лучевые переговоры и только после этого полет сквозь межзвездную бездну.
До сих пор была предпринята лишь одна попытка поймать сигналы инозвездных цивилизаций: радиопоиск по так называемому проекту "ОЗМА". В основу проекта положена идея американских астрономов Г. Коккони и Ф. Моррисона, высказанная ими в статье "Проблемы межзвездной связи" (1959 г.).
"Поиски слабого сигнала в широком диапазоне на неизвестной частоте трудны, - пишут Г. Коккони и Ф. Моррисон, - но в радиодиапазоне имеется частота, которая должна быть известна всем, кто изучает вселенную: это линия излучения нейтрального водорода 1420 Мгц (X = 21 см). Вполне допустимо предположить, что чувствительный приемник на эту частоту может быть сделан на ранней ступени развития радиоастрономии. Состояние наших земных инструментов действительно оправдывает такое предположение, поэтому мы считаем, что поиски следует вести в области 1 420 Мгц" [Г. Коккони, Ф. Моррисон, Проблемы межзвездной связи. Сборник "Космос". Издательство АН СССР, 1963, стр. 79. ].
1 420 Мгц - частота излучения рассеянного в космосе водорода. В этом и состоит "изюминка" идеи Г. Коккони и Ф. Моррисона: разумные существа, посылающие радиосигналы, не могут не знать этой "стандартной" частоты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
