— Я гуляла в саду. Всё равно ничего никто не обсуждает, пока все не собрались.
— А посплетничать с одноклассниками, видимо, не судьба, — пробормотал я. — Пошли, все, получается, только тебя и меня ждут. А ты знаешь, когда парень с девушкой исчезают одновременно, то это даёт повод для сплетен.
— Но, мы же в разных местах находились, — Оля невольно нахмурилась.
— А это, поверь мне, никого не волнует. — И я, широко улыбнувшись, открыл перед ней дверь. — Прошу, моя прекрасная садовая нимфа.
Она опустила глаза, густо покраснела и прошмыгнула внутрь.
— Совсем засмущал девчонку, — хмыкнул Роман, заходя вслед за мной. — Смотри, вообразит невесть что.
— Да ну, — я махнул рукой. — Не говори ерунды. Она меня никогда не привлекала. Да и я не особо ей нравлюсь.
Я посмотрел вслед ушедшей далеко вперёд девушке. Невысокая, фигуристая, можно даже сказать, что в ней есть пара лишних килограмм. Серые глаза на маленьком треугольном личике, вздёрнутый носик, и толстая русая коса. Вот коса шикарная, наверное, толщиной с мою руку.
В ней совершенно не чувствовалась порода, которая, так или иначе, всегда проскальзывала в детях клана, даже если клан давно пресёкся. Олег Рыжов — личный помощник отца — просто классический пример данному утверждению. А в Ольге Ивановой этого не было. Я даже удивился, когда, увидев её впервые, почувствовал очень сильный источник.
Мотнув головой, чтобы выбросить из неё сиротку, поспешил вслед за братом в общую гостиную, чтобы уже определиться с планами на вечер.
Глава 2
Мы с Романом зашли в гостиную, где на креслах, на диванах, а то и просто на пушистом ковре, расстеленном на полу, расположились наши друзья и подруги. Взгляды всех присутствующих обратились на меня.
— Ну, наконец-то, сколько можно ждать? — Юлька соскочила с подоконника и подошла ко мне. — Только не говори, что что-то случилось.
— Не буду говорить, — я кивнул. — Кстати, сестрёнка, ты могла меня разбудить.
— Я не подумала. Глядя на Ромку, всегда забываю, что ты филин. Но, Андрей, даже ты так сильно никогда не опаздывал.
— Меня Клара поймала, поэтому я задержался. Она может воспитывать меня вечно, и ты об этом прекрасно знаешь. — А что, для оправдания вполне сойдёт. Клара Львовна — это мощь, с которой каждый из нас вынужден был считаться.
— Ох, бедняжка. Тебе не повезло, ты страдал сегодня за троих, — сестра провела рукой по моей щеке и тихонько рассмеялась.
— Очень смешно, ха-ха-ха, — я подошёл к окну и остался там стоять, опершись на подоконник.
Мне никто не ответил. Я осмотрел комнату. Всё-таки ребята, не входящие в наш довольно небольшой круг, не смогли полностью влиться в компанию. Они скучковались отдельно и о чём-то негромко переговаривались, не обращая на нас с Юлькой внимания.
Ольга Иванова же, похоже, не стала своей ни в одной компании. Она присела на стоящий в отдалении стул и внимательно осматривала всех нас, даже не пытаясь подключиться к разговорам.
— Надо решить уже, что будем делать вечером, и будем ли что-то делать вообще, — Фёдор Вольф повернулся ко мне.
— А почему ты на меня смотришь? Не я же в одно лицо решаю, чем бы нам заняться, — протянул я и скрестил руки на груди и нахмурился. Это было не в первый раз, когда мне предлагали принять решение за всех. И меня это дико напрягало.
— Да, что тут думать, — в наш разговор встрял Володя — брат Феди. — Недалеко от музея магии новый клуб открылся. Предлагаю проверить, что это за место.
— Нашли, где клуб открывать, — Ромка передёрнулся. Все присутствующие невольно скривились, поддерживая его реакцию.
Музей магии был защищён старым заклинанием, которое вызывало у магов безотчётную панику. Это заклинание вызывало нервозность, и острое желание как можно скорее покинуть площадь, на которой стоял музей.
Отец говорил, что для того, чтобы чары перестали на тебя действовать, нужно было пройти определённую черту. Вот только он не объяснил, где эту черту нарисовали. Во всяком я её пока не обнаружил. Хоть и много раз посещал музей с Майей, которая являлась его хранительницей.
— Скорее всего, клуб там открыли именно для того, чтобы дети кланов в нём не появлялись, — протянул Иван Подоров. — Лично мне рядом с этим музеем не по себе. Хоть я и к клану Орловых имею непосредственное отношение.
— Мне тоже там не по себе, — поёжилась Ксения Ушакова.
— Так, на то и расчёт, Ксюша, — на спинку кресла, в котором сидела девушка, навалился Борис. — Но зато представь, что под таким давлением музея могут появиться очень интересные ощущения. Лично я за то, чтобы попробовать. Новый опыт, как-никак.
— Тебя вечно на приключения тянет, — я только головой покачал, глядя на своего родича.
— Жизнь одна. Скоро нас будут привлекать к делам кланов. Я вот, в отличие от тебя, хочу что-нибудь вспомнить интересного и пикантного. — Парировал Борька.
— Сомневаюсь, что для тебя там будет что-то необычное, и тем более пикантное. Только не говори мне, что не приучил себя к музею и не воспринимаешь его, как обычное здание. Учитывая, что чисто формально этот дом принадлежит
