Одри много слышала о Мэри Рэмберт – слухами, как известно, земля полнится. Однако то, что она увидела, превзошло все ожидания. Мэри, или Мадам, как она хотела чтобы ее называли, была необыкновенно энергичной маленькой женщиной в плотно обтягивающем черном трико с наколенниками, на ней была надета немыслимого цвета просторная блуза и странная шляпка. Услышав, что баронесса и Одри явились к ней прямо с дороги, Мадам немедленно усадила обеих пить чай с бисквитами, а уж потом начала говорить об учебе. Впоследствии она оказалась необычайно строгим и требовательным педагогом, но временами Мадам была сентиментальна и даже позволяла себе погладить Одри по голове.
Жизнь в Лондоне была полна сложностей и неудобств для обеих – матери и дочери. Они жили в маленькой комнатушке, в которой едва помещалась кровать и раскладное кресло. Недельный рацион каждой из них состоял из одного яйца, нескольких ломтей хлеба, трехсот граммов мяса и ограниченного количества сахара, чая и сливочного масла. На черном рынке можно было купить все – от бананов и заморских сладостей до толстенных плиток шоколада, который так любила Одри, но катастрофически не хватало денег. Баронесса не гнушалась никакой работы. Однако то, что она зарабатывала, уходило без остатка на оплату обучения и скудного существования. Обе не раз задумывались – стоила ли их полная лишений жизнь таких жертв? Сможет ли Одри стать примой-балериной? На этот вопрос Мадам ответила с присущей ей прямотой: «Нет». «Одри – прекрасная, очень способная ученица, труженица, но ее слишком высокий рост не позволит ей никогда блистать на сцене – для нее попросту не найдется партнера». Итак, с мечтой стать примой-балериной пришлось распрощаться, но Мадам рекомендовала Одри своим влиятельным друзьям, и началась новая карьера Одри Хепберн – она стала «мечтой модельера».
РОЖДЕНИЕ ЗВЕЗДЫ
Объем груди 34, талия 22, бедра 34 дюйма – размеры, о которых мечтали многие девушки из модельного бизнеса, но лишь Одри Хепберн была обладательницей таких пропорций. Балет научил ее пластично двигаться, ее прекрасная осанка, высоко посаженная голова, лебединая шея и огромные выразительные глаза не оставляли равнодушных. Одри демонстрировала бальные и свадебные наряды, она вызывала всеобщий восторг, каждый наряд был ей к лицу, помогали врожденная элегантность и очарование. Она была особенно хороша в белых и черных нарядах. Одри снялась в нескольких фильмах. Говоря по правде, предлагаемые роли были небольшими, она произносила всего несколько фраз, но ее присутствие создавало особую атмосферу фильма.
Жизнь в Лондоне постепенно налаживалась, Одри демонстрировала модели, играла в небольших пьесах, что вызывало недовольство баронессы Эллы. Она не хотела, чтобы Одри стала звездой шоу-бизнеса. Молодая актриса пользовалась популярностью, публика знала ее имя, приходила в театр, чтобы посмотреть на Одри. Количество поклонников, даривших ей корзины цветов, увеличивалось, и Одри стала подумывать о замужестве. Оставалось лишь найти подходящую кандидатуру. Претендентов было хоть отбавляй, но все они были, по мнению баронессы, людьми крайне несерьезными: танцоры, актеры и прочая подобная публика. Одри в течение довольно короткого времени стала «public person», а это обязывало ко многому – она должна была появляться на премьерах, коктейлях, давать интервью. Повсюду ее сопровождал агент Жак Данфи, который ревниво наблюдал за успехом своей подопечной. Однако ситуация изменилась, когда на одном из коктейлей она встретилась глазами с Джеймсом Хэнсоном – высоким, под два метра, красавцем, в котором соединились черты Джеймса Стюарта и Гарри Купера. Симпатия оказалась взаимной, он пригласил ее на ланч, они начали встречаться и начался бурный роман.
На этот раз баронесса Элла была удовлетворена выбором дочери. Хэнсон был старше Одри на семь лет, происходил из богатой йоркширской семьи, во время второй мировой войны служил в армии под знаменами герцога Уэллингтонского и считался одним из самых завидных лондонских холостяков-плейбоев. У него была коллекция дорогих автомобилей, собственный самолет, несколько яхт, конюшня породистых скакунов. Неудивительно, что 22-летняя Одри была без ума от Джеймса и мечтала выйти за него замуж. Она была готова пожертвовать всем ради этого: карьерой, блестящим будущим. Она мечтала быть женой Джеймса и иметь много детей. Эта мечта владела Одри давно, возможно, трагедия в собственной семье породила это желание.
В мечтах Одри видела себя окруженной большой и дружной семьей. Влюбленные были счастливы, и баронесса после стольких лет страданий и лишений, наконец, обрела душевный покой.
Отличное знание двух языков помогло Одри получить заманчивое предложение – демонстрировать модели самого Кристиана Диора. Презентация должна была состояться в Монако, и Одри была в восторге – до этого ей не приходилось бывать на Ривьере. В роскошном Hotel de Paris, где проходила презентация новой коллекции Кристиана Диора, собралась международная элита. Для Одри это уже стало составной частью ее новой профессии: вспышки фотокамер, улыбки, поздравления, цветы, но в праздничной суматохе ее не покидало ощущение, что за ней кто-то пристально наблюдает. Она чувствовала чей-то взгляд и лишь потом поняла, что от нее не отводит взор легендарная французская писательница Колетт, которая была гостем королевской семьи и принца Монако Ренье. На следующий день Одри была приглашена на ланч к Колетт, и 78-летняя писательница сказала, что вот уже два года она безуспешно пытается найти исполнительницу заглавной роли для своей нашумевшей пьесы «Жижи», которую вскоре собираются поставить на Бродвее.
– Когда я увидела вас, дитя мое, во время показа мод, я не могла отвести от вас глаз, – сказала Колетт. – Вы – моя Жижи! У вас есть то очарование, которое необходимо для этой роли. Согласитесь ли вы играть ее?
Одри подумала минуту, а потом сказала, глядя прямо в глаза знаменитой писательницы.
– Мне очень жаль, мадам, но я не смогу принять ваше предложение, потому что я не актриса и не смогу сыграть эту роль.
Однако Колетт с улыбкой остановила ее:
– Я верю в ваш талант, моя дорогая. Вы трудолюбивы, артистичны. Вас ждет большой успех!
Так завертелись колеса шоу-бизнеса. Все произошло стремительно, баронесса ван Хеемстра даже в самых смелых мечтах не могла представить, что ее «гадкий утенок» так скоро превратится в прекрасного лебедя.
В постановке бродвейского шоу «Жижи» было занято очень много людей, на него возлагались большие надежды. Тогда, в 50-е годы, «Жижи» был одним из первых «горячих» спектаклей, и очень важно было найти исполнительницу главной роли. Одри даже не подозревала, сколько людей из шоу-бизнеса смотрели и пересматривали фильмы с ее участием. От нее не требовался талант уровня Сары Бернар, она должна была быть просто самой собой – прелестной молодой девушкой с огромными глазами и с не меньшим обаянием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
