была самым тяжёлым воспоминанием из детства, а потом сказал что-то про "друзей", которые пойдут с ним в лес. Лина тогда удивилась, ведь в этот темный лес, где умерли не одна собака и не один человек, никто и никогда не ходил. Он был проклят, как говорили местные, был рассадником этих тварей.
Отец ушел. Ушел навсегда и больше не вернулся. Мать почему-то ходила в чёрном, много плакала и пила водку с папиной рюмки. Лине никто так и ничего не объяснил, а когда мама опять куда-то уходила, то она плакала. Обычно сидела на родительской кровати и дрожала от тоски и роняла кристаллы слёз на пёструю простыню.
Да, было ещё кое-что. В этот же день после ухода Василия она слышала выстрел. Но Лина свято верила: отец жив, а этот выстрел убил дикую собаку, а не её отца. Как бы то ни было, отца она больше не видела. Мать горевала, пила. Хоть это был пьющий человек, его любили все. Он был для многих важным, в том числе и для Лины. После пропажи отца мать вовсе уволили с работы, а со временем у Лины появился отчим. Обыкновенный отчим, он никогда не заменит отца. Человек он был бесхарактерным: работал, приносил деньги, не устраивал никаких скандалов, а если их начинала мама, то смиренно слушал всё, а после долго сидел на кухне. Просто сидел и пялился в стенку.
Лине всегда было жаль его, но он отмахивался от её сочувствия, особо не замечал Лину в целом. Они просто жили под одной крышей, ничего их не связывало. Когда они находились наедине, то неловко молчали, общих тем для разговора не было.
От него её мать родила ещё два ребёнка, у Лины были братья, сейчас им было около семи лет. И у всех шрам на левой ноге.
Детство, проведённое взаперти с матерью, казалось ей ужасным. После пропажи отца и до появления отчима, женщина водила домой мужчин, и, хоть они не всегда пили, Лина часами слушала ритмичные стуки и стоны своей мамы. Именно это так запомнилось Лине и отразилось впоследствии на её подростковой жизни. Она всегда носила короткие юбки, часто они не справлялись со своей задачи одежды, и никогда не застегивала до конца рубашку, выставляя напоказ декольте и обычно ненароком показывая бюстгальтер. Любила криво красить губы кроваво-красной помадой, ярко красить глаза, чтобы быть ещё более вызывающей. В её сером мире, где она не имела никакого отличительного знака, Лина хотела не походить на других. Все эти люди казались ей никем: пустыми и неспособными понять все ее чувства. Она была всю молодость одинокой, не находила ни в ком свою любовь. Смотря на красивых парней и девушек, она ничего не чувствовала, и не понимала, как можно полюбить за внешность.
Перепробовав всевозможные способы получить любовь, она решила завести ребенка. В четырнадцать лет эта идея крепко засела у неё в голове. Мать давно уже не обращала на неё внимание, от парней она уже ничего и не ожидала, а вот ребенок был будто бы спасением. Маленькое дитё заставило бы её сердце растаять. Видя младенцев, она всегда улыбалась, именно при виде маленьких детей в её сердце что-то разгоралось.
Все ровесницы крутили пальцем у виска, а парни не особо-то и вникали в то, что там именно хочет Лина. Но у неё не получалось ничего и ни с кем. Она за год сменила более двенадцати парней, но ни один из них не подарил ей ребенка. Заполучив звание общественной собственности, Лина особо не расстраивалась.
Лишь в семнадцать лет, спустя три года, она бросила все попытки забеременеть. Лина выпустилась из школы, но идти в университет не хотела. Вся человеческая жизнь школа-университет-работа-семья-смерть казалась ей такой глупой и несуразной. Она просто знала, что ей ничего не нужно, кроме счастья, а в университете она его точно не получить, ведь ничем не увлекалась, образование не привлекало её. Но всё же жить нужно было на что-то, и она устроилась на работу младшим воспитателем. В их городе не особо следили за образованием, а это значит, что двери ей были открыты везде. Да и имея такую любовь к детям, она не могла пойти мимо работы в детском саду.
Лина проработала там ровно пол года, до того как встретила Нисона. Первый раз она его увидела на дне рождения подруги, которая собрала всех и отовсюду.
Нисон имел довольно необычную внешность: голубые глаза, худое телосложение, тёмные кудрявые волосы, носил очки в чёрной оправе на носу, миловидное округлое лицо, из-за чего Нисон казался меньше своих лет, и высокий рост. Рядом с ним Лина чувствовала себя такой маленькой, что, казалось, разница в возрасте составляла никак не меньше пятидесяти сантиметров, хотя на самом деле не больше двадцати. Только потом Лина заметила ещё одну особенность Нисона: у него было большое родимое пятно на шее, которое он старательно прикрывал кофтами.
Он показался ей странным, таким, каким обычно были манекены в магазинах. Нет, он не был внешне похож на них. Нисон всегда был спокоен. Его лицо не выражало ничего, ничто не могло его вывести на эмоции. Он просто был безразличен ко всему. Нисон был пьян, но не дебоширил, наоборот, тихо сидел в углу дивана. Весь вечер Лина пронаблюдала за ним, но так и не решилась подойти. Он был чересчур спокойным, неизвестно, что на самом деле он чувствует. Наверное, именно это так привлекло Лину.
Познакомились они буквально в магазине, когда Лина выскочила из дома за хлебом. Увидев его во второй раз, она не стала медлить. Пусть на её голове был невзрачный пучок, пусть одежда была домашней — Лину то совсем не волновало. Он с охотой познакомился, а после недели знакомства, сразу же предложил встречаться. И с тех пор они живут вместе в квартире отца Нисона, что тот оставил ему в наследство.
Оба нашли в друг друге что-то своё. Нисон и Лина думали, что они будут счастливы вместе, ведь явно нашли друг друга, но это оказалась лишь Судьба.
Лине все казались одинаковыми, ей было все равно с кем делить кровать, а Нисону нравилось, что она могла говорить обо всем на свете, не стесняясь своих чувств и мыслей. Лина выбрала его, лишь бы ложно не чувствовать
