Погрузившись по шею в благовонную жидкость, Тора с облегчением вздохнула и расслабилась. Ее тело блаженствовало, но душа томилась неясной, едва осознаваемой тревогой. Прошло немало времени, что если пятеро ее коллег вырвались далеко вперед в этой юбилейной гонке? Как они собираются отмечать надвигающуюся знаменательную дату 6 августа 2045 года?
Тора поочередно связалась с ними. Все они старались держать язык за зубами, но, очарованные соблазнительной наготой женского тела, заполонившего вдруг их экраны, все же приоткрыли завесу тайны.
Когда последний из них отключился, Тора занесла их предложения в электронную записную книжку, висевшую рядом с ванной, чтобы сравнить и оценить на досуге.
Сол. Массовая оргия с участием всех глав государств, транслируемая по всем основным каналам телевидения.
Джерри. Что-то вроде полярного сияния в ионосфере, наблюдаемого из любого места земного шара.
Фесс. Реконструкция Стоунхенджа, установка его гигантской пластмассовой копии на Луне.
Мазда. Уничтожение Юпитера супербомбой ЕМ и превращение его в новое мини-Солнце.
Дэйв. Всемирная межгосударственная орбитальная ярмарка с широчайшим ассортиментом новейшей электроники.
Ничего из услышанного Торе не нравилось, за исключением, быть может, оргии, предложенной Солом, но и это уже было. Мини-Солнце могло бы, конечно, развлечь публику хотя бы на некоторое время, но попробуй убедить в этом колонистов, окопавшихся на Юпитере. Кроме того, в отличие от ее концепции, ни один из проектов не имел столь явного, столь непосредственного отношения к теме юбилея. Надо встретиться с Морганом Задаром и лично изложить свой замысел. Сидение днями напролет в мрачном подземелье Годсмита принесло-таки свои плоды.
Частные апартаменты Задара находились в Монтерей. Морган принял Тору в зале, где нагие гомосексуалисты-невольники за стеклянными витринами стенных ниш плели из своих тел бесконечные гротескные фрески, посвященные феллацио, педикацио и прочим модным новшествам чувственных искусств.
Тора, действуя в строгом соответствии с официальным церемониалом, приложилась губами к руке Задара. Морган Задар — импозантный, хотя некрасивый мужчина средних лет — тяжело сопел, словно сам только что выскочил из одной из витрин. Лишь за обедом, где-то между первым и вторым блюдами, Тора осторожно коснулась темы, занимавшей в последнее время все ее мысли.
— Вероятно, иные члены Правления уже изложили вам свои предложения по празднованию юбилея в наступающем году?
— Да, у меня уже лежат на столе несколько проектов.
— Я хотела бы предложить свой. Это нечто сенсационное.
Тора попыталась подготовить почву, красочно описывая исторический фон. Она рассказала Задару о том, как в 1945 году Северная Америка, воевавшая с Японией, использовала новейшие научные открытия и сконструировала атомную бомбу. В сравнении с современной бомбой ЕМ, формой и весом напоминавшей пуговицу, она была настоящим чудовищем: длина 14 футов, диаметр 5 футов, вес около 10 тонн. Бомбу погрузили на самолет, носивший по одним источникам название «Б-29», по другим — «Энола Гэй». Саму бомбу назвали «Малышом». Самолет доставил «Малыша» в Японию и сбросил его на город Хиросиму. «Малыш» мгновенно превратился в огненный шар диаметром в 1800 футов с температурой внутри в 100 миллионов градусов. Столь красочный эффект оказался бы находкой для любой рекламной кампании. Что-то около 80 тысяч человек погибло, еще 140 тысяч умерли в течение следующего года главным образом от лучевой болезни. Совсем неплохой результат. Это случилось в 8 часов 16 минут утра 6 августа 1945 года — именно этот момент можно считать началом новой великой эры — эры ядерной энергии.
— Этим взрывом, — продолжала Тора, — был положен конец войне и проторена дорога разработке более мощных и эффективных бомб, таких, как бомба ЕМ, и последующим мгновенным военным конфликтам. Несомненно, это событие было актом прогресса, грандиозным шагом вперед. И, тем не менее, наши предки почему-то испытывали совершенно иррациональное чувство вины, хотели запретить дальнейшую разработку и испытание ядерного оружия, возвели Изерли в ранг мученика, писали об этом слезливые книжки, занимались мрачными проповедями и Бог знает чем еще.
— Странное это было время, — подытожил Задар. — Люди не умели наслаждаться жизнью. Зря ты во всем этом копалась, Тора, толку от этого я никакого не вижу.
— Но именно это навело меня на первоклассную идею. Вот как мы отпразднуем юбилей: раздобудем дубликат «Энолы Гэй», отыщем в одном из мелких государств атомную бомбу — быть не может, чтобы хоть где-нибудь да не завалялась, — взгромоздим ее на самолет и ровно в 8 часов 16 минут 6 августа 2045 года снова бросим на Хиросиму. Ну, как вам это нравится?
Морган рассеянно почесал нос.
— Идея неплохая. Жаль только, что кое-кому она пришла в голову раньше…
У нее перехватило дыхание, потемнело в глазах.
— Не Солу… Не Фессу… Так кому же? Дэйву!
— Да нет, он вообще не из наших. Молодой человек по имени Хайнри Годсмит. Головастый парень. Я с ходу ввел его в Совет директоров агентства.
Проект представили президенту Обеих Америк, тот передал его на обсуждение во Всемирный Совет. Члены Совета, захлебываясь энтузиазмом, приняли его «на ура». Дилижансы, паровозы, автомобили — все это так или иначе уже использовалось при оказии в проведении различных международных развлекательных программ. Атомной бомбы — еще не было. Только японский делегат голосовал против, но его мнением пренебрегли — остальным государствам настолько докучила бесчестная конкуренция японских бизнесменов, что они рады были любой возможности щелкнуть их по носу.
Задар придерживался железных правил: сотруднику, не способному мыслить оригинально, нет места на руководящей должности. Тора Пибрайт была уволена и с трудом устроилась в отдел проектирования, которым заведовал Хайнри Годсмит, чей сексуальный аппетит оказался поистине ненасытным.
Не удалось отыскать ни «Энолы Гэй», ни «Б-29», но в захолустном музее Туниса откопали «Дакоту» — антикварный самолет с поршневым мотором, более или менее похожий на тот, что требовался.
Сложнее оказалось с атомной бомбой. Но однажды Тора, сбившаяся уже с ног в напрасных поисках, случайно оказалась на правительственной конференции глав нескольких мелких государств, лишенных по Всемирной конвенции права применения бомбы ЕМ в межгосударственных конфликтах. Эти государства носили название «неприсоединившихся» и по-прежнему в своих локальных конфликтах нет-нет да и использовали обычное ядерное оружие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
