Читаем без скачивания Рыцарь на час. Доспехи своими руками - Вадим Селин

– Мы никуда и не спешим… Хотя бы скажи, из чего их делать, раз уж все остальное долго рассказывать, – принялся канючить Лешка.

Рыцарь сжалился и протараторил:

– Короче, на одну кольчугу надо три-четыре килограмма медной проволоки. А делают ее из колец, не зря же она кольчугой называется? Надо проволоку намотать на прут и сделать из проволоки пружины, потом эти пружины вдоль разрезать, получится много железных колец. Их надо свести, потом между собой соединить, и получится кольчуга. Все, лекция закончена, мне в магазин надо. Встретимся в телевизоре. Пока.

Будущий рыцарь нашего времени устремился в магазин, а мы с Лешкой, озадаченные, остались стоять посреди дороги.

Глава 4

Неудача за неудачей

И мы с Лешкой стали вырабатывать план создания доспехов, сидя в нашем шалаше.

Мы построили его в прошлом году. Шалаш был сделан из шифера и выдерживал дождь, град и снег. Зимой любили сидеть в нем и пить горячий чай из термоса. Это так здорово – весь шалаш покрыт толстым слоем снега, а мы сидим в нем, как в берлоге и нам не холодно.

Шалаш гордо именовали «штаб-квартирой» и не подпускали к нему никого. Шалаш был местом нашего отдыха и размышлений. Отличительной особенностью шалаша являлось то, что сверху на него была накинута синяя ткань. Все удивлялись, зачем мы обили шифер синей тканью, а ответ был очень прост – синий цвет отгоняет мух. Благодаря синей ткани, покрывавшей весь шалаш, мухи сторонились его и жаркими летними днями не надоедали нам своим жужжанием. О секретах синего цвета я прочитал в какой-то газете.

– Вот видишь, дело сдвинулось, – произнес Соколов. – Еще вчера мы не знали, из чего делать доспехи, а теперь знаем.

– То, что доспехи делаются из железа, это и так понятно.

– Да, – согласился Лешка. – Но ты, к примеру, знал, что кольчуга делается из каких-то там пружин и из проволоки?

– Что из проволоки – это я мог предположить, но то, что эту проволоку сначала нужно скрутить в пружины, я не знал, – признался я.

– То-то же! И я вот подумал – чтобы сделать какое-то дело, его нужно начать, – выдал Лешка наблюдение. – А мы его уже начали – узнали, что для кольчуги нужно три-четыре килограмма проволоки. Мне кажется, что следующий наш шаг должен быть таков – раздобыть проволоку. А там, глядишь, еще кого-нибудь возле магазина встретим, он нам еще какую-нибудь информацию подкинет.

Вот еще за что я люблю Лешку, так это за его веру в лучшее. Мне нужно брать с него пример!

– А где мы возьмем проволоку? – задумался я.

– Не знаю. Давай в сараях пороемся. Вдруг там найдем? Дедушка раньше работал на заводе и приносил оттуда разный хлам, который списывали за ненадобностью. Идем, короче, глянем.

Покинув синий шалаш, мы отправились по сараям. Я в свой, а Лешка в свой. В моем сарае ничего интересного не обнаружилось, кроме дырявого самовара и огромных резиновых сапог, которые при желании можно было использовать в качестве лодки, а вот сарай Сокола преподнес нам сюрприз в виде килограмма медной проволоки.

– Лешка, Лешка, мы сделаем доспехи! – ликовал я, подпрыгивая на месте от счастья.

– Как бы не так, – сказал приятель и указал на весы. – Из этого количества проволоки мы только рукав сделаем. Ролевик сказал, что надо три-четыре килограмма на одного человека. А у нас есть только килограмм, – развел Лешка руками.

– А может, хватит?

– Вряд ли. Давай возьмем средний вес – по три с половиной килограмма на человека. Получается, что нам на двоих надо семь килограммов. Один килограмм у нас уже есть, остается раздобыть шесть. И где мы эти шесть кэгэ возьмем?

– Давай купим, – предложил я.

– А ты знаешь, сколько стоит килограмм медной проволоки? – поинтересовался Лешка.

– Нет. Сходим в хозяйственный магазин и узнаем.

Мы отправились в магазин «Сделай сам».

И расстроились.

Оказалось, что килограмм медной проволоки стоит четыреста рублей. А нам их надо шесть. То есть нужно отдать две тысячи четыреста рублей, которых у нас не было.

Мы с Лешкой прислонились к витрине и, раскрыв рты, смотрели на проволоку.

– Что будете брать? – спросила молодая продавщица Ирка. Она была местной жительницей, и мы ее прекрасно знаем. Она была старше нас лет на восемь.

– Шесть килограмм проволоки, – сказал я.

– А деньги у вас есть?

– Да, пятьдесят рублей.

Продавщица рассмеялась.

– Мальчики, вы за эти деньги три шурупа купите. Вот как денег насобираете – так и приходите.

– Нам шурупы не нужны, – помотал я головой, – а нужна проволока.

Лешка тут же мне шепнул:

– Давай купим столько, на сколько денег хватит?

– Двести пятьдесят грамм? – спросил я. – Из этой проволоки мы только перчатку сделаем. Остальной вес все равно нужен. А где мы его возьмем? С первой зарплаты купим, когда вырастем?

Сокол мне хотел что-то ответить, но в этот момент мы услышали противный треск. С деревьев возмущенно вспорхнули птицы, а с лавочек – бабульки. А все потому, что приехал один парень, который приезжает каждый вторник.

– Приехал Женька на мотороллере! – воскликнул я, выбегая из «Сделай сам». – Сейчас мы сдадим ему бутылки, и денег у нас станет больше!

– А сколько у нас там бутылок?

– Я не помню, но несколько штук есть, – прикинул я.

Обыскав шалаш и наши дома, мы нашли десять стеклянных бутылок из-под лимонада. В магазине, куда ходили отовариваться все жители «Рассвета», продавался лимонад в стеклянных бутылках, что в наше время редкость. Еще пятнадцать лет назад все напитки продавались в стеклянной таре, а теперь же пластик вытеснил стекло. Это мне мама рассказывала. Всякие там импортные напитки мы не пили, большинство этих напитков вредно для здоровья. Бутылки мы не выбрасывали, потому что в поселок регулярно приезжал Женька и покупал стеклотару. Мы сдавали ему бутылки, а потом покупали себе какие-нибудь приятные мелочи.

– Тут даже на жвачку не хватит, – протянул Лешка, глядя на пакет с бутылками, который не внушал особой надежды на то, что благодаря ему мы сможем смастерить кольчугу.

– А мы и не будем жвачку покупать, – ответил я. – Нам проволока нужна. Жвачки – это так, несерьезно, проволока куда нужнее.

Мы пошли к трещащему мотороллеру сборщика бутылок. Там нас ждала радостная новость – тара подорожала. Теперь за одну бутылку можно было получить не 2 руб. 80 коп., а 3 руб. 10 коп.

– Ты смотри, бутылки подорожали. Лет через тридцать, глядишь, станут стоить 4 руб., – съязвил Лешка. Вот где мой друг разгулялся – он прилип к мотороллеру и стал пересчитывать все бутылки.

– Не умничай, – посоветовал сборщик бутылок, – на ваших бутылках можно заработать приличную сумму.

– Ага, тридцать один рубль, – сказал я. – Как раз хватит еще на половину перчатки для доспехов.

Вручив нам деньги, Женька продолжил пищать своим рожком. Пока я общался с Женькой, Леша зачем-то пересчитывал бутылки, но тут к мотороллеру подошла Маринка – по мнению взрослых, самая положительная девочка «Рассвета». Она и в самом деле была неплохая – всегда всем помогала, к ней можно было обратиться по любому вопросу.

Маринка поставила перед Женькой два пакета с бутылками из-под лимонада.

– Ого! – восхитился я.

– Ого! – обрадовался Женька.

– Ого! – принялся пересчитывать бутылки Лешка. – Тридцать бутылок. Там на девяносто три рубля.

Женька кинулся к кузову мотороллера за пластмассовыми ящиками, куда следовало ставить бутылки.

Действительно, прибыль Марины составила девяносто три рубля. Лешка пересчитал бутылки правильно.

Сборщик бутылок сел на свой мотороллер, загруженный бутылками, и уехал, оставляя за собой клубы дыма и страшно треща. К треску прибавлялся веселый перезвон бутылок в ящиках. Все жители «Рассвета» ждали момента, когда Женька поставит глушитель. Но с другой стороны, если он поставил глушитель, то не будет этого жуткого треска, к которому мы так привыкли. У каждого жителя поселка выработался рефлекс – если сегодня вторник, то сегодня будет треск и появится Женька. А что будет, если Женька поставит глушитель? Тогда Женькино появление станет каким-то не таким, непривычным, без звуковых спецэффектов.

– Вообще, куда выгодней сотрудничать с Генкой, – пряча деньги в карман, сказала Марина. – За металлолом можно получить денег побольше.

– А почем у него металлолом? – спросил я.

– Цены разные, – ответила Марина. – Это зависит от вида металла. В прошлом году мы разбирали завалы в сарае и нашли столько разных обрубков то труб, то еще от чего-то… Сдали все это Генке и получили тысячу! Кто бы мог подумать, что за хлам мы получим деньги? Ну, ладно, я пошла, мне пора. Пока.

Марина устремилась домой, шурша пакетами и звеня монетами, оставив нас под пышной акацией. Мы с Лешкой переглянулись, и я понял, что в наши головы снова пришли одинаковые мысли.

– Ты подумал о том же, о чем и я? – спросил Лешка.

– Если ты подумал о Генке, то да, – кивнул я.