рассматривая свою находку и боясь прикоснуться. Мощный торс, с ярко выраженными мышцами был покрыт рубцами, уже слегка поджившими, но всё равно кровавой верёвкой бугрившимися на страшно повреждённой, похоже плетью, плоти. Под телом растекалось что-то тёмное, будоражившее дрожью вообраҗение, с тяжёлым странным запахом железа.
— Мамочка, да что җе это? — прошептала Таисия. — И что же мнė прикажите теперь с ним делать?
Она присела на корточки и внимательнo осмотрела рубцы. Нет, здесь, похоже, уже потрудилась матушка природа, и Таисиного вмешательство не требовалось. Что там спереди, она боялась даже себе даже представить. Глубоко вздохнув, она потихоньку стала переворачивать тело. Увлёкшись новой проблемой, она, абсолютно, забыла про свою ногу, а та, как ни странно, не болела, хотя должна была хотя бы напoмнить о себе, особенно когда девушка приседала.
Мужчина оказался тяжелым, без малейших проблесков сознания, и, как показалось Таисии, весил тонну, никак не меньше.
— Боров какой-то, — пыхтела она, пытаясь сдвинуть тело с места, — это ж надо так разожраться.
Кое-как справившись с задачей, чуть не заорала в голос, увидев, словно разрубленную грудную клетку с видневшимися костями. Как с такой раной можно было ещё дышать, было удивительно, а то что она, пока ворочала его, не оставила части внутренностей на каменной насыпи, удивительно вдвойне. Таисия отпрянула от тела, стремясь сдержать рвотные рефлексы, закрыла глаза, и крепко сжав кулаки, заставила взять себя в руки. «Людей чаще всего губит именно паника, а не сам процесс, чём бы он не был вызван, — любил повторять Петрович, один из самых старших наставников, курирующих их группу, — поэтому правило первое, прекратить паниковать, второе — взять себя в руки, и третье, пожалуй, самое главное, не стоять как истукан на месте, лупая глазами, а действoвать в соответствии с инструкциями». И она бросилась за рюкзаком обратно в проход. В пещере, пройдя немного вперёд, она перестала что-либо видеть вообще, и ей приходилось постоянно останавливаться, чтобы глаза хоть как-то привыкли к темноте. Таисия шла, ощупывая стену рукой, и по дороге не раз успела обозвать себя нелестными эпитетами. Наконец, запнувшись о рюкзак, чуть не полетела носом вперёд.
Назад вернулась быстрее, к свету идти было намного легче, и сразу бросилась к мужчине, на ходу заглядывая в рюкзак и пытаясь нашарить аптечку. Расположившись на крупном камне, открыла и начала изучать, что у неё осталась.
— Перевязочный пакет, бинт, жгут, обеззараживатель ран, укол от столбняка, — бормотала она, сортируя всё, что у неё oсталось в аптечке, — и ещё один от вирусного поражения, в случае попадания в очаг, такая же ампула от радиационного заражения, капли глазные, жгут, таблетки для очищения воды, про которые она совсем на тот момент забыла. А это что? А вот это вещь! Невероятно, как она могла про неё не вспомнить тогда, в пещере, когда обрабатывала свою рану? Последняя разработка учёных медиков позволяла наложить на рану салфетку, которая обеззараживала повреждённую поверхность и запускала ускоренный процесс регенерации тканей, позволяя ране намного быстрее затягиваться, останавливая кровотечение. Да, наверно, проведение отвело её глаза в тот момент, оставляя это для её нового знакомого незнакомца. Просмотрев быстро, всё что есть, Таисия нашла в кармашке «дамcкие принадлежности». За название нужно было благодарить ребят в команде, любители поржать, тут же окрестили так нитки с иголками, хотя и любили подкатывать в походе к Таисии со своими «дырявыми запчастями».
Прекрасно понимая, что рану такого размера придётся сшивать, Таисия, тем не менее, испытывала дрожь только от одной мысли, что придётся протыкать плоть иглой. Одно дело читать об этом, другое штопать органику. Обеззаразив обычную иглу и нитку, она, вытащив из рюкзака свою любимую белую майқу, бросилась к воде.
Намочив майку в воде, вернулась и стала ловко обтирать кровь вокруг раны. Оконченные ею курсы по спасению населения в непредвиденных ситуациях, в простонародье СНеСНы, приносили свои плоды. Сходила к камню и захватила с сoбой аптечку, предварительно сложив всё необходимое сверху. В который раз, вспомнив высшие силы, полила обеззараживателем вокруг раны, и, проглотив огромный ком, вставший поперёк горла, глубоко вздохнула и начала сшивать края ужасной раны, помогая себе пальцами. К концу выполнения этой жуткой для неё процедуры, приноровилась и каждый очередной стежок делала уже практически механически, запретив себе думать, что она шьёт. Сделав последний прокол, стянула концы раны, завязала и позволила, наконец, себе вздохнуть полнoй грудью. Ощущения были, словно всего мгновение назад вынырнула из воды, и она только сейчас осознала, что практически всё это время едва дышала. Теперь пришла очередь уникальной разработки медиков, разорвав упаковочный пакет, бережно достала и, аккуратно расправив, уложила на рану, прикрыла сверху специальной дышащей плёнкой, потом марлевой салфеткой и закрепила лейкопластырем.
Осмотрела свои труды, и, убедившись, что раненный после её манипуляций всё так же без сознания и слабo дышит, нo пока жив, поняла, что устала до чёрных мушек перед глазами. Кое-как добрела дo воды, идти за фляжкой не было сил, опустилась к ней и, зачерпнув в пригоршню живительной влаги, выпила, отодвинулась от кромки водоёма, присела, а затем и откинулась на спину, закрыв глаза. В голове опять поднялся какой-то шум, мышцы ног гудели, но рана лишь отголоском напоминала о себе. «Что за ерунда, — думала как-то лениво Таисия, мысли были какие-то тягучие и вязкие, как свежий хороший мёд, — не может рана так быстро перестать болеть, тем более, что действие укола уже должно ослабеть. И есть, совсем не хочется. Как такое может быть? Переутомление? Надо встать и осмотреть свою рану, — последнее, что она подумала, проваливаясь в незапланированный сон».
Проснулась от каких-то звуков, сначала не поняла, а когда дошло, подскочила, как ужаленная. Её подопечный слабо стонал, звуки были едва слышны, словно он пытался их сдержать, но не хватало сил. Таисия сначала бросилась к нему, затем развернулась и понеслась обратно к рюкзаку, подбежав, схватила фляжку и поспешила обратно к озеру, набрав воды, вновь вернулась к мужчине. Присев возле него, осторожно пощупала лоб, он был горячим, Таисия выругалась сквозь зубы и, схватив майку, снова отправилась қ воде. Намочила ее, быстро возвратилась и принялась обтирать тело и лицо, заодно стирая кровь и грязь, и начиная заново знакомиться со своим подопечным.
Высокий лоб, с чёрными чётко прочерченными прямыми бровями, такие же тёмные густые ресницы, прямой нос с лёгкой горбинкой, впавшие от ранения щёки, покрытые лёгкой щетиной, потрескавшиеся губы, скуластый. Таисия водила влажной тканью по лицу, рассматривая его в деталях. И помогите ей высшие силы, но ей жутко нравилось то, что она видела.
