для силы и ненависти твоей. Отказываюсь от разума своего! Отказываюсь от будущего своего. Принимаю гнев праведный в тело своё! Во имя веры моей! Во имя твоё!
Тело гиганта окутало серой дымкой. Глаза заволокло черной пеленой. Не обращая внимание на своих товарищей он покинул построение и устремился на ворота. На всей скорости врезавшись и проломив правую створку. Не выдержав напора мечника, та просто отлетела на десяток локтей. В этот же момент здоровяк, которого ещё нужно постараться не заметить, пропал из виду бегущих позади братьев.
С вышек в них уже летели снаряды нежити, но молитва Аббаса создала вокруг них силовой кокон, отражающий все дистанционные атаки. Эта молитва забирала силы с колоссальной скоростью. Такова была цена за абсолютную защиту.
- Там яма! - крикнул Аббас заметив большое углубление за бывшими воротами.
- Огибаем с правой стороны! - дал команду Нетж, а через мгновение понял, куда пропал гигант. Из проломанных ворот не стали выбегать скелеты или големы. Даже те, что на вышках застыли, костяными изваяниями. Давая служителям беспрепятственно проникнуть на территорию заставы.
Холодный пот пробежал по спине жрицы, когда она увидела тело Сефу, лежащего на дне ямы. Из него торчало не меньше двух десятков кольев. Мимолётно взглянув в его глаза, целительница увидела лишь черный туман. Бедняга даже не понял, что умер. Почему Косей не доложил о яме? Или её выкопали недавно? Осознавая ненужность своих мыслей, Эша сосредоточилась на беге и осмотре ближайшей местности.
Аббас тяжело дышал. Тело трясло и сводило судорогами. Из ушей и глаз текла горячая кровь. Он бежал в твердой уверенности, что остановит его лишь смерть. Было очевидно, его сил не хватит чтобы довести брата и сестру до места. Защитник уверен, скелеты перестали их атаковать из-за поднятого щита. Как только он уберёт его, на служителей вновь польется дождь из снарядов. Тем не менее, каждый шаг давался все сложнее. Словно на тело защитника взвалили несколько огромных валунов. На каком-то моменте пришлось бросить щит, тот стал слишком тяжёл. Взор его стал красным от крови. Изо рта шла багровая жидкость. Мышцы в теле начали рваться. Шаг. Ещё один. Ещё. Последний. Жрец замер, упав на одно колено, упёршись на свою булаву. А два последних живых служители пробежали мимо тела своего защитника.
До дома погани оставалось немного. Его крышу уже можно было рассмотреть. Но вокруг последователей Святого собиралась огромная толпа скелетов. Они не нападали. Держа пару в кольце. Медленно сужая круг.
- Гахиджи. - обратила на себя внимание жрица. - Я прочту серую. И расчищу тебе путь. - в голосе её не было печали, пройдя через ворота она смирилась со смертью, только решимость и вера.
- Слово Безумия? - уточнил Нетж, ему нужно знать, как будет себя вести Эша после молитвы.
- Нет, Слово Сияния. - дала ответ жрица начав читать молитву.
- Признаю себя сосудом для огня и святости твоей. Отказываюсь от тела своего! Отказываюсь от будущего своего. Принимаю гнев праведный в тело своё! Во имя веры моей! Во имя твоё! - целительницу окутал черный, матовый огонь. Копьё в руках ярко засияло белым светом. Метнув его в сторону нежити, она выкосила всю погань на его пути. Нетж побежал в образовавшуюся брешь, скрываясь за поворотом. Все скелеты разом накинулись, на оставшуюся в кольце, жрицу. Её касания превращали кожаные доспехи в пепел, а кости в прах. Снаряды сгорали не успев подлететь к ней близко. Безумным зверем она металась от одной жертве к другой, совершенно не замечая ранений. Когда осталось половина от войска нежити, тело целительницы стало осыпаться черной пылью. Никто из скелетов уже не спешил подходить к ней близко. Наоборот, они обходили её, стремясь в след за последним служителем. Осознав это, Эша сделала последний рывок, вытянув руки, пытаясь прикоснуться ещё к парочке костлявых. Она должна облегчить сражение командира. Дать ему больше шансов победить. Но не добежав до очередного копейщика пары шагов, рассыпалась полностью, оставив после себя, лишь черню пыль на земле.
Нетж бежал изо всех сил. Ему нужно выполнить свой долг перед братьями. Перед храмом. Перед Святым. На небольшой площади возле дома погани не было пусто. Его ждали не меньше пятидесяти новых скелетов. Кажется Косей говорил про них. Копий и пращи у них нет. Зато есть пара дубинок, похожих на его клинки. Позволить себе прочитать серую, он не мог. Ему нужно точно знать, что погань мертва.пробиваться сквозь эту толпу долго. Да и не факт что он сможет. Они не сталкивались с такими экземплярами. Неизвестно чего от них можно ждать. Тем более, некромант наверняка отставил в своей охране лучших бойцов.
- Выйди и поговори со мной нечистый! Или ты будешь дальше прятаться за спинами слуг. - жрец решил попробовать выманить врага. Или хотя бы узнать где он. Потом уже можно думать о наполнении.
- Так же, как ты прятался за спинами своих? - широкая дверь дома распахнулась, выпуская наружу сидячего в кресле на колёсах некроманта, его почти небыло видно из-за плотного балахона с капюшоном. Вез его скелет с письменами на черепе и сумкой за спиной, из которой торчали короткие копья.
- Они были мне братьями! И пожертвовали собой, ради твоей смерти! - получив, что хотел, мастер двух клинков молнией устремился к своей цели. Скелеты пытались преградить ему путь, но не успевали за его движениями. Прыгнув на одного из ближайших скелетов, Гахиджи, показывая чудеса ловкости, оттолкнулся от него, в полёте направляя мечи в голову и сердце некроманта.
Мечи мастера нашли свою цель, пробив два главных органа в теле любого человека, даже для некроманта потеря сразу обоих критична.
- Вот и всё! Отрыжка Святого! - кричал жрец под капюшон своей жертве, все глубже засовывая клинки, пытаясь провернуть их в ране. - Ну что? - его лицо приняло уродливый оскал, - Не смогла защитить своего хозяина? Шавка, костлявая! - то ли от усталости, то ли от действия враждебной силы, но разум стал покидать жреца. Уйти от сюда всё равно не сможет. Он выполнил свою задачу. Это главное. Так зачем продолжать себя контролировать. - СМЕРТЬ ПОГАНИ! ВО СЛАВУ СВЯТОГО! - вытащив меч из груди мертвого старика, он быстрым взмахом отрубил тому голову. Заливаясь безумным хохотом.
В этот момент шею самого жреца сдавили холодные костлявые пальцы. Причиняя невыносимую боль. Заставляя отпустить оружие из рук. Мысли разлетелись в разные стороны.
