Приподнимаюсь на... лежанке. Да, именно так, потому как назвать это ложе кроватью для меня, детища цивилизации, было бы несколько странновато. И все же ложе явно не простого воина, поскольку роскошная медвежья шкура, выделанная и используемая как основа... Лично меня впечатлило. Хотя все может быть, в том числе и то, что у всех варягов подобные вещи. Тут моя память еще не могла подсказать – факты укладывались в сознании постепенно, слишком мало времени прошло. Хорошо хоть основы помню.
Спускаю ноги вниз, пробую опереться ими о прохладные доски пола и встать. Есть, получилось! Стою, не качаюсь, чувствую себя относительно пристойно. Теперь пройтись, пусть и в пределах комнаты, проверить координацию движений, немного и гибкость суставов...
Нет, не соврали те, кто меня сюда отправил. Организм здоров, бодр, готов к тому, чтобы верно служить своему новому хозяину, то есть мне. А значит надо внимательно изучить комнату. Сейчас ведь все словно в тумане – все вроде бы знакомо, но словно из любимой в детстве, но давно не перечитываемой книги.
На стенах те же охотничьи трофеи: шкуры, головы, рога. Несколько варварски, но все равно красиво. Только голову рыси надо снять, а то нехорошо. Люблю кошаков всех видов, но только в живом виде, а не так. Мда... Где мысль, там и действие. Подойдя к нужному месту, я поднял руки, обхватил ими голову и резко дернул. Все, готово. Теперь завернуть в кусок полотна, найденного в одном из ларей, и убрать.
Вот. Теперь вид куда как лучше, спокойнее. И все равно чего-то не хватает. Чего-то важного, привычного для моего донора, неотъемлемого в обычной жизни. Хм... А ведь тут все кристально четко прорисовывается. Оружие! Без него тот, в чьем теле я находился, не мыслил своего существования. И я его в этом полностью поддерживал. Это в моем родном времени усиленно промывались мозги на предмет нежелательности оружия, его обязательного присутствия лишь у определенных страт. Бред! Всегда относился в подобной ереси с глубочайшим презрением, всегда носил с собой хотя бы выкидной нож. И по необходимости, и просто так, из понимания того, что мужчина и оружие – явления неразрывные.
Где же оно здесь? Память, доставшаяся «по наследству», мигом подсказала посмотреть в углу комнаты, за подобием шторы, что отгораживала небольшую часть помещения. Несколько шагов. Рывок в сторону плотной ткани и... Право слово, я увидел куда больше того, на что мог рассчитывать.
Оружие... Пара длинных кинжалов, которыми при желании можно было работать и без меча. Уже неплохо. Собственно меч, хотя и несколько не тот, к какому я привык. Этот был обычен: рукоять под хват как одной, так и, при желании, двумя руками; прямая, без лишних изысков, гарда, узкое и хищное лезвие. Заточка хороша, баланс тоже на уровне, не стоит говорить и о том, что нормальным мечом можно и рубить, и колоть. Недостатки... тоже были. «Усы»-клинколомы не помешали бы, факт. Что ж, вот и первая мелочь, которой надо будет озадачить здешнего оружейника. Ведь если привык к определенному оружию, то перенос в иное тело, в иные времена вовсе не повод отказываться от собственных предпочтений.
Ладно, это потом. А пока что меч и кинжалы отправляются обратно в ножны, сами ножны крепятся к перевязи, а она, в свою очередь, крепится на моей одежде. Отлично, теперь и чувствую себя куда как более уверенно. Следовательно, можно переходить к последней части осмотра. К какой? Да к броне, что тоже выставлена здесь, одетая на манекен, как и полагается.
Ну-ну, изучим, что предпочитал донор... А ведь неплохо, как ни крути! Кольчуга, усиленная пластинами, наручи с поножами, шлем, круглый щит, окованный по краям железом и с ромбическим умбоном. Хорошо... Но не очень. Шлем однозначно надо если и не в мусор, то на глубокую переделку. Я категорически отказываюсь в бою таскать на себе обычную вариацию урманнского шлема без нормальной защиты морды лица. Один наносник – это просто несерьезно. И плевать, что лицо частично защищала пристегиваемая кольчужная сетка!
Личину сюда и срочно! Варианты могут даже не обсуждаться. Я люблю закрытые шлемы, понимаю их и менять ничего не собираюсь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Так... Успокоились, вдохнули-выдохнули, уняли нахлынувшую адреналиновую волну. Все? Так точно, можно продолжать прикидывать и просчитывать ситуацию дальше. А для этого неплохо промочить пересохшее горло, благо кувшины с какими-то жидкостями стоят на столике, да и серебряные... да, точно серебряные кубки в количестве трех штук присутствуют. Хоть мне столько и не надо, но все равно приятно, что не дерево и не олово какое-нибудь.
Подняв один кувшин и принюхавшись к аромату напитка, я скривил пренебрежительную гримасу и поставил сосуд обратно. Вино! Нет уж. Пусть мой донор и был любителем, но я уж точно не при делах. Посмотрим другие. Уже лучше... Вода обыкновенная, квас... не совсем обыкновенный. Ну, это если сравнивать с тем, который в родном времени присутствовал. Однако, теперешний кажется каким-то более освежающим и ароматным.
Промочив горло, я почувствовал себя совсем хорошо, а значит можно было выходить за пределы этого помещения. Мда, во внешний мир, так сказать. Пока же его можно было наблюдать только из окна.
Второй этаж... И, сдается мне, есть еще и третий у того дома, в котором я нахожусь. Да, точно есть. За окном же ясный день, солнышко светит. Люди опять же прохаживаются, только вот одежды на них соответствующие своему... теперь уже и моему времени. Несколько непривычно, но это лишь мне, в то время как доставшаяся память деловито констатирует нормальность, естественность подобного.
Кстати, насчет одежд. Насчет своей тоже надо озаботиться. Рубаха с вышивкой, в которой четко угадываются не то славянские, не то урманнские мотивы, штаны. По здешним меркам вполне себе нормально. А вот ноги... Носок тут явно не водится, поэтому придется обходиться местным... заменителем. Хуже, но пойдет. И сапоги... Хорошо еще, что они особых изменений в сравнении с современными мне не претерпели.
Все? Да, точно все, потому как в броне без веского повода по своему дому шляться не принято. Да, я не оговорился, дом именно что мой. Один из моих. Не обманули меня, когда сказали. что донором послужит не простой варяг, а кто-то из их предводителей «не первого ряда». Так и случилось.
Хальфдан Мрачный... Именно так меня теперь звали. Двадцать девять лет, бывший владетель Трагтон-фиорда, бывший хозяин пяти драккаров и собственной крепости. Бывший... Пришлось бежать моему донору, роняя тапки, из вроде бы сильной, но все же не неприступной крепости из-за серьезных разногласий с королем датским. Точнее не с ним самим, а с проводимой им политикой. Да, тогда бежали или были истреблены чуть ли не последние из ярлов, не желающие мириться с выкрутасами Харальда Синезубого.
В общем, Хальфдан Мрачный, тогда еще юнец, сделал ноги, прихватив с собой верных воинов и все добро, что поместилось на драккары. Уйти удалось лишь трем, два же... были взяты на абордаж. Хорошо еще, что семьи воинов – тех, у кого они были – оказались на том, который сумел уйти. Потом был недолгий, но мучительный период скитаний, за которым последовало решение идти в Гардарику, она же Киевская Русь.
Почему туда? Кровь. В Трагтон-фиорде сроду не было чистокровных данов, наличествовала скорее их дикая смесь с руянами острова Рюген и иными славянскими племенами. Да и очень отдаленные связи с династией князя Рюрика-Рарога присутствовали. Вот и получилось, что данный выбор был лучшим из имеющегося.
Листаем память... На Русь Хальфдан Мрачный, ныне носитель меня любимого, прибыл в 982 году и сразу же гармонично вписался в существующую систему варяжских дружин на службе у князя Владимира Святославовича. В конце концов, две с лишним сотни профессиональных воинов – это не абы что, хотя и не великое войско. Так что особой самостоятельности не было, чинов тоже, но все же, но все же.
Зато во все войны, ведущиеся Русью, Хальфдан влез... Глубоко так, каждый раз выставляя в общее войско большую часть воинов с собой во главе. 983 год... Покорение солидной части ятвягов, этого балтийского народа. Там по большей части были штурмы небольших городков-крепостей и резня с дружинами князьков в лесных ландшафтах. Добыча так себе, но приобретенные Киевом вассальные территории стоили много сами по себе.
