деток состоятельных родителей его не касаются. Первостепенная задача – добить проект, и не позволить проекту добить его.
Жаркий подумал, что зря вызвал такси. Не мешало бы пройтись пешком, чтобы проветрить мозги. А то ощущение, что они спеклись.
Пока он разглядывал облака и перескакивал с одной мысли на другую, прибыла машина.
Офис встретил прохладой, запахом кофе и привычным скрипом плоттеров. И орущим по телефону шефом. Смотрелось это забавно. Кабинет начальства отгораживался от остальных стеклянными перегородками. Шумоизоляция была хорошей, так что слов было не разобрать. Как немое кино смотришь.
Сергей ненавидел дурацкую концепцию опен-спейс для офиса. Раздражало, что все у всех на виду. Это должно было объединять и сплачивать команду, а по факту бесило страшно, потому что постоянно кто-то орал по телефону. Только наушники и спасали ситуацию. Поэтому приходилось все допиливать дома.
Шеф перестал метаться по своему кабинету, метко прозванному аквариумом, и оглядел сотрудников. Заметив Сергея, открыл дверь и крикнул:
– Жаркий, зайди!
Коллеги тут же поспешили выразить притворное сочувствие. Алексей Георгиевич был не в духе с самого утра, и уже все успели отхватить свою долю шефского внимания.
– Какого черта ты никак не можешь согласовать этот проект? – с места в карьер взял Востровский. – А если заказчик решит, что мы непрофессиональные и уйдет к другим?
Сергея так и подмывало сказать, что скатертью дорожка, задолбали, слов нет! Но нелицеприятное мнение пришлось оставить при себе.
– Просто у его жены хотелки меняются со скоростью света. И не завидую я дизайнерам. Она уже сто раз меняла размеры окон и местоположение гардеробной. Это при том, что на планировку может повлиять муж. Боюсь, в интерьер он вмешиваться не будет. Так что цвет штор и стен, учитывая количество комнат, подбирать они будут очень и очень долго.
– Не смешно! – стукнул Алексей Георгиевич кулаком по столу. – С заказчиком нужно уметь работать, иначе поувольняю всех!
“Началось”, – подумал Сергей. Сейчас пока не проорется, не отстанет. Взял бы и сам работал с этой проблемной семейкой. Потому что даже его, Сергея, терпение уже заканчивается. Хотя вроде с такими родственниками, особенно рыжей занозой, он должен быть уже достаточно закален.
– Сколько тебе нужно на внесение правок? – шеф, сложив руки на груди, гневно уставился на Жаркого.
– Дня четыре, – прикинул Сергей. Как раньше все это делалось от руки? Свихнуться же можно!
– Чтобы через два дня все было готово, – отрезал Востровский. – Свободен.
Не сказав ни слова, Сергей пошел за свое рабочее место. Черта с два он сейчас сделает что-то путёвое, в голове сплошная каша. Зато родилась гениальная идея подбить братьев на чисто мужские посиделки. Чтобы с пивом, закусками и обсуждениями без цензуры. Точно, так и нужно сделать.
Задумавшись, Жаркий не заметил, как на его стол присела Агата – молодой, но многообещающий дизайнер. Стройные ножки, обтянутые узкими светлыми джинсами, казались бесконечными. Худенькая, но со всеми положенными выпуклостями фигура. Тонкие черты лица. Строгое ассиметричное каре на черных волосах. Эффектная. Работает тут месяца три примерно. И определенно положила на него глаз.
“А может? – Сергей прошелся взглядом от ярких босоножек до лица девушки. – Нет, не стоит”.
Девчонке двадцать лет, в голове буйным цветом цветут романтические бредни. Пригласи разок на свидание, а она тут же свадьбу планировать начнет. Спасибо, все эти слезы, ревность и истерики он уже проходил. Ну у него на лбу, что ли, написано, что хочет жениться немедленно?
Как говорит Алла, это все из-за основательности его характера. Девушки чувствуют, что он будет хорошим мужем, регулярно притаскивающим мамонта. Вот про Данила такого не скажешь, все еще детство в одном месте играет.
– Привет, – пухлые губы Агаты, казавшиеся влажными из-за блеска, растянулись в соблазнительной улыбке. – Георгич сегодня злой, ужас, – широко распахнув глаза, сообщила она. – На всех наорал. У меня потом руки час дрожали, так разнервничалась.
“Переигрывает”, – спокойно отметил Сергей. Неужели думает, что он такой дурак, покупающийся на дешевые уловки? Видел он все эти статейки в Интернете под общим заголовком “Как охомутать парня”. Алка их читает вместо анекдотов. Говорит, помогает мозги разгрузить.
– Привыкай, Востровский часто не в духе, – не поддержал игру Сергей. Вот конкретно сейчас дико лень флиртовать. А хочется в бассейн. Зачем покупать годовую карту крутого клуба, если тупо некогда туда ходить? Вот просто выкинул приличную сумму на ветер, а был там от силы раз пять за полгода. Решено, берет себя в руки и начинает заниматься. – А уж когда заказчик не в духе, то вообще караул.
Агата сделала испуганный вид. Господи, или притворяется, или реально такая ромашка. Плохо в обоих случаях. Дизайнер, смущенно улыбнувшись, произнесла:
– Может, сходим на перерыв? – и соблазнительно закусила нижнюю губу.
Глава 3
– Извини, Агата, я только вернулся в офис, – Сергей старался говорить вежливо, но обозначить отказ твердо. Еще один поток болтовни за сегодня он не выдержит. Господи, Алла тоже порой болтает без умолку, но сестра ведет интересные беседы, а не пустой треп. Главное, не накосячить, а то допрос устраивает профессионально и ловит на малейшей нестыковке. – Очень много нужно внести изменений. Заказчик очень… – он вовремя прикусил язык, – внимательный. Контролирует каждую мелочь.
Алла приучила братьев следить за языками. Конечно, в своей компании можно высказаться прямо в лоб, а с коллегами лучше не надо. И заказчик не придурок и подкаблучник, а жена его не коза безмозглая и дотошная, а они милая пара, внимательная к проекту дома. Решено, если доживет до сдачи проекта, устроит с братьями загул. Вот просто до отключки.
И желательно дома. А то разок чуть залет не случился. Благо природная ответственность не дала совершить глупость. Против детей он ничего не имел. Но пока рано, и не по пьяни же!
– Сочувствую, – Агата продолжала восседать на его столе. Сергей такого терпеть не мог. – Хочешь, тогда я принесу тебе кофе? Как раз собиралась сходить.
– Нет, спасибо, от кофе станет только хуже. Извини, и вправду дел очень много, – толще намекнуть уже некуда, а сказать “Отвали!” воспитание не позволяет.
Агата, продолжая улыбаться, отлипла от
