чувство ностальгии — как будто дождь смывал не только грязь с асфальта, но и воспоминания о счастье. Сидя у окна и наблюдая, как дождь стучит по стеклу, я не могла не задуматься о том, как сильно люблю этот город. Сиэтл в дождливую погоду — это не просто место, это состояние души. Каждая капля, падающая на землю, кажется мне мелодией, которая играет для меня одну и ту же песню о любви и утрате, о надежде и тоске.
Я всегда считала, что дождь — это нечто большее, чем просто природное явление. Он окутывает город своим уютным покрывалом, заставляя людей замедлить шаги и заглянуть внутрь себя. В такие моменты я чувствую, как Сиэтл становится частью меня. Мягкий свет фонарей отражается в лужах, создавая волшебные картины, которые невозможно забыть. Это как если бы город сам шептал мне свои секреты, делился своими переживаниями.
Я люблю, как дождь обрамляет улицы, превращая их в блестящие реки, по которым можно гулять бесконечно. Каждый раз, когда я выхожу на улицу под зонтом, я чувствую себя частью чего-то большего. Я вижу, как другие люди тоже прячутся под своими зонтами, и в этом есть что-то объединяющее.
В такие дни я часто вспоминаю о своих любимых моментах: прогулках по Пайк-Плейс Маркет, когда дождь капал на свежие цветы и овощи; о том, как мы с друзьями прятались в уютных кафе с чашками горячего шоколада, смеясь и делясь мечтами. Эти воспоминания согревают меня даже в самые холодные дни, напоминая, что я все еще жива, что я способна что-то чувствовать.
Дождливый Сиэтл — это город контрастов. Он может быть серым и мрачным, но именно в этом мраке рождается красота. Я обожаю, как дождь смывает пыль с улиц и очищает воздух, как будто он дает городу второй шанс.
Я понимаю, что многие считают дождь унылым и тоскливым. Но для меня он символ жизни. Он напоминает мне о том, что даже в самых неприветливых условиях можно найти красоту.
Я сделала глоток холодного кофе, который остыл еще с вечера. Вкус был горьким и резким, как мое настроение. Я знала, что мне нужно собраться и выйти на улицу, но мысли о сером небе и промозглом ветре заставляли меня колебаться. Грустное утро обнимало меня своим холодным дыханием, и я понимала: сегодня будет один из тех дней, когда мир кажется немного более безнадежным, чем обычно.
Накинув на себя шелковый халат, который достался мне от мамы, я покинула комнату, направляясь на кухню. Часы показывали половину восьмого, а это значит, что скоро ко мне придет Валери со своими безумными идеями, как вытащить меня из дома. До этого времени мне хотелось привести себя в порядок, и первое, что могло мне помочь — это свежесваренный кофе. Зайдя на кухню, я сразу почувствовала приятный аромат своих ароматизаторов с ванилью, которые стояли сразу в четырех местах. Возможно для кого-то это слишком, однако мне очень нравится этот едкий запах, который впитывался во все, что находилось в комнате.
Я положила кружку в раковину, затем налила воды в чайник, и пока он кипятился, вымыла всю посуду, которая ждала своего часа уже несколько дней.
Заварив крепкого кофе и налив немного молока, я протерла обеденный стол, а затем села за него, закинув ноги на соседний стул. Мой телефон зажужжал, а экран загорелся.
Валери: «Тебе взять булочки с персиком или клубникой?»
Я: «С клубникой».
Валери: «Жди через десять минут!»
Я слегка улыбнулась, а затем отложила телефон в сторону. Несмотря на то, что в последнее время моя дорогая подруга заходит ко мне слишком часто, что, если честно, немного раздражает, я рада видеть ее у себя дома. История нашей дружбы не такая волшебная. Валери перевелась в нашу школу на последнем году обучения. Первые несколько месяцев мы друг друга не замечали, пока однажды я не села к ней за парту, поставив перед фактом, что теперь она будет сидеть не одна. С того дня мы потихоньку начали узнавать друг друга, а после стали важной частью друг друга. По сей день мы поддерживаем связь, видимся почти каждый день и ни капли друг от друга не устаем. Она была моей поддержкой в самые темные и сложные периоды моей жизни, за что я до конца своих дней готова выражать ей бесконечную благодарность.
Какое-то время мы даже жили вместе. На первом курсе университета я очень сильно поссорилась с родителями. Они просто поставили меня перед фактом, что не собираются оплачивать мне квартиру, раз я не хочу жить по их правилам. Во мне проснулся юношеский максимализм, поэтому в тот день, когда я ушла из дома, громко хлопнув дверью, я точно знала, что справлюсь и без их помощи. Только вот студентку-первокурсницу в моем лице без опыта и знаний никто не хотел брать на работу даже в кафе на должность официантки. Семейство Гринграсс лишили меня денег, и тогда на помощь пришла Валери, которая просто поставил меня перед фактом, что теперь я буду жить у нее. Она не только обеспечила меня крышей над головой, но и финансами, которые я почти не тратила. Сказать, что Валери Холл — мое спасение, ничего не сказать.
Через два месяца родители остыли, и я вернулась к привычной жизни, вернув все деньги своей подруге, которые она на меня потратила.
В коридоре послышался шум. Громкий хлопок дверью, тихие фразы, брошенные из женских уст, шум от пакетов сразу заполнили тихое пространство моей квартиры. А через несколько минут моя подруга уже оказалась на кухне.
Темноволосая девушка с каре и красивыми серыми глазами, подчеркнутыми черным карандашом. Ростом Валери ниже меня, однако ее бойкости можно только позавидовать. Мы были как инь и янь.
Я встала на ноги и крепко обняла Холл, которая тут же сморщила свой веснушчатый носик, пробурчав, что однажды она выкинет все ароматизаторы в окно.
— Не понимаю, как ты можешь жить среди такого едкого запаха… Я, конечно, люблю ваниль, но еще несколько минут и у меня будет передоз. Я открою окно? — спросила она, а затем, не дожидаясь моего ответа, приоткрыла окно, впуская в помещение свежий прохладный воздух. — Так-то лучше!
— Ты сегодня рано. Обычно я не жду тебя раньше двенадцати, — произнесла я, кладя в кофе-машину капсулу с кофе.
— Мне нужно быть на работе к одиннадцати. Мелинда попросила ее подменить, а не проведать тебя я просто не могла. Ты же тут с горя и помереть можешь.
— У
